Погода в Одессе
Сейчас от ° до °
Утром от ° до °
Море +°. Влажн. %
Курсы валют
$26.98 • €30.65
$27.75 • €31.45
$27.70 • €31.40
Жители Одессы

Семен Лившин: К норд-весту от зюйд-оста

Среда, 30 октября 2019, 11:44

Эдуард Амчиславский, Евгений Голубовский

ЭДУАРД АМЧИСЛАВСКИЙ

Для одесситов не нужно объяснять о ком идет речь… Один лидеров, основных авторов и участников первой одесской команды КВН, журналист, редактор, писатель, киносценарист.

Родился в Одессе 9 января 1940 года. В конце 1960-х годов приходит в одесскую газету «Комсомольская искра» и вскоре становится зав. отделом сатиры и юмора «Козлотур». После создания «Вечерней Одессы» с 1973 года становится зав. отделом сатиры и юмора с легендарным названием «Антилопа-Гну». Следующий поворот судьбы, уже в годы перестройки – пятилетка в качестве фельетониста московских «Известий» (1986-1991).

Тогда же он однажды прикоснулся к миру кино, выступив в качестве соавтора сценария (совместно с Леонидом Загальским) кинокартины «Белая кость» (1988). Режиссеры картины Рубен Геворкянц, Георгий Кеворков, киностудия «Арменфильм».

И заключительный штрих на советской земле — с 1991 по 1992 г. — один из основателей и первый главный редактор иронического журнала «Магазин Жванецкого» (Москва).

Дальше начинается американский период жизни и творчества.

С 1993 по 1999 г. вместе с КВНщиком нового поколения Евгением Каминским выпускает первую в Америке русскоязычную юмористическую газету «О'Кей!».

За годы творчества им выпущено несколько книг иронической прозы (в Одессе и Москве).

Юмористический талант Семена Лившина отмечен международной юмористической премией «Алеко», премией «Золотой Теленок» «Литературной газеты»…

Это, как говорится краткая, почти официальная справка…

Мне довелось неоднократно общаться с Семеном Адамовичем в Одессе. Встречались мы и на американской земле.
Он приезжал на игры КВН в Нью-Йорк, в качестве члена жюри.
Встречались мы и в Сан-Диего, куда я прилетел на один из семинаров. А проходил семинар в здании Общинного центра, где работал Семен Адамович. Конечно же, из двух семинарских дней я больше просидел в его кабинете, чем в аудитории, где находились все участники мероприятия и где читались учебные лекции, проходили собеседования…

На память (еще из Одессы) осталась книга пародий «Хозяйка Мятной горы»…

ЕВГЕНИЙ ГОЛУБОВСКИЙ

Мы дружили. Вместе работали. Даже вместе начинали писать роман, который так и не завершили. Я еще расскажу о нем, напишу.

А пока — эссе, которое было написано при его жизни и нравилось герою.

Говорят, поэты — пророки. Сами того не ведая, предрекают на века, к примеру, «умом Россию не понять»… Позволю себе продолжить мысль и высказать крамольную идею: и прозаики нередко провидят будущее. И пример из нашей, казалось бы, провинциальной жизни. В шестидесятые — семидесятые годы, победив несдающийся бастион под названием издательство «Маяк», журналист (а точнее, юморист-сатирик) Семен Лившин издал книгу с загадочным названием: «К норд-весту от зюйд-оста».

Кто мог тогда предположить, что спустя десяток лет автор — не виртуально, а реально, переместится вначале в Москву, в редакцию «Известий» (норд), затем в США, Сан-Диего (вест), где не только не перестанет быть журналистом и создаст первую (!) в Америке федеральную юмористическую газету с мажорным (школа Одессы!) названием «О’кей». И это в стране Марка Твена и О’Генри, Арта Бухвальда и Вуди Аллена.

Но вернемся к истокам. Смею предположить, что в XXI веке на здании инженерно-строительной академии появится мемориальная доска: «У Семена Лившина и Валерия Хаита, закончивших наш хедер, хватило юмора забыть свою профессию и возродить нежное отношение к юмору в Одессе, даже у очень руководящих товарищей».

Так как же все начиналось? Свидетельствую как очевидец. Ничто не раздражало меня в газете «Комсомольская искра» так, как ежедневно приходящая, естественно, в отдел культуры, толпа «непризнанных гениев». Они несли стихи, поэмы, рассказы, романы, даже шарады. И вот в этой веренице нештатных авторов пришел Сема Лившин с коротким рассказом. То, что текст был короткий, радовало, то, что он был художественный, а не документальный, огорчало. Я попросил его написать на эту же тему статью с реальными героями … из ЖЕКов. Знал на 90 %, что после такого задания «гений» в редакцию не возвращается. Но я не знал еще Сему Лившина. Через неделю его мама, Эсфирь Самойловна, она у нас впоследствии служила «почтальоном», принесла написанную им от руки, крупными буквами, статью. Хорошую статью. Ее мы и опубликовали.

Нештатным автором Лившин оставался пару лет (как и я в свое время). Потом в редакции появилась вакансия — не помню, на полставки или на четверть ставки, такие у нас тогда были «игры», взяли Семена.

Я употребил слово — «игры». А к этому времени Лившин уже прославился и в большой игре. Одесса не только соревновалась в межвузовском КВНе, но была приглашена и во всесоюзный конкурс. Именно экраны телевизоров принесли славу Валерию Хаиту, Юрию Макарову, Сергею Калмыкову, Валентину Крапиве. Кстати, последний написал и опубликовал книгу «КВН нашей памяти», где есть глава, посвященная Семену.

Чего здесь только нет! И как Лившин писал «приветствия», и как выходил на сцену, и как угощал команду «взятым напрокат» июльской ночью на Пушкинской компотом. Проделки молодости? Естественно. Но это был его характер, легкий, авантюрный, жизнерадостного человека, не терявшего и не потерявшего одесского шарма с годами.

В газетах — «Комсомольской искре», а затем в «Вечерней Одессе» — Семен Лившин доказал, что имеет право писать не только репортажи с политзанятий, со сдачи новостроек, но и фельетоны. Это он создал «Козлотур» и «Антилопу Гну», экипажа которой боялись чиновники всех рангов. Обычно фельетоны писали в четыре руки (школа Ильфа и Петрова) — Лившин и Макаров, Лившин и Лошак, Лившин и Романов. Их фамилии были тогда на слуху у горожан. Нужно признать, что Борис Деревянко брал на себя ответственность за публикации. Он подписывал газету, он вел бои в обкоме, иногда подсказывал своим сотрудникам темы, иногда, увы, резал текст «по живому». Но таковы тогда были условия редакционной работы.

Кстати, о редакционной работе. Думаю, все, кто зачинал «Вечерку», запомнили эпизод, когда в редакцию наведался сановный гость — первый секретарь обкома П.П. Козырь. Он шел в окружении свиты, открывал дверь каждого кабинета, вежливо здоровался, иногда задавал стандартные вопросы. И вот дверь кабинета, где сидел Лившин сотоварищи. Козырь приоткрывает дверь, смотрит на плакаты, пожарную каску, афиши концертов и буднично спрашивает: «Нет проблем?».

Дальше рассказывал Дмитрий Романов. Он увидел, как в глазах Семена зажглись огоньки, попытался потянуть его за штанину, но было поздно. Как писали классики, «Остапа несло»:

—У нас все в порядке. Но если у вас возникнут проблемы, приходите, обязательно поможем!

Козырь смутился. Свита отпрянула. Деревянко прикрыл дверь. Позднее он вызвал Лившина. С его слов знаю, что все, сказанное в кабинете, на бумаге ни кириллицей, ни латиницей не передать, разве что резюме: «Вон!!!».

В памяти остаются такие вот шуточные — тогда драматические, ситуации. Но главным, конечно, были фельетоны и реакция на них. Тогда, после выступления газеты, нужно было отвечать, кого-то снимать с работы, кого-то из милиции разжаловать. В книге «К норд-весту от зюйд-оста» всего шесть фельетонов (кстати, понадобилось предисловие самого Сергея Михалкова, чтобы она тиражом в 65 000 экземпляров увидела свет и за месяц разлетелась из книжных магазинов города), но фельетоны и до сих пор кажутся остроумными. Это литература. Тем более — читаются пародии — тут Лившин был мастером. Кстати, общее название книги взято из пародии на морскую прозу Виктора Конецкого.

Чтобы вы представили себе иронию, стиль, жесткость Семена Лившина, приведу отрывок из его пародии на «Алмазный мой венец» Валентина Катаева:

«Вдогонку щурился подслеповатыми витражами бретонский городок Собака на Сене. Он знаменит тем, что никто из моих знакомых литераторов в нем не жил. Пончик ухитрился трижды не побывать там, хотя описал городок в сонетах до мельчайшей консьержки.

В ту пору Пончик еще не стал поэтом с мировым именем Юрий, а был всего лишь талантливым босяком, каких в Одессе можно встретить на каждом шагу.

Что ни день, на литературном небосклоне Молдаванки вспыхивала очередная звезда. Тогда, где-то в двадцатых числах тридцатых годов, и родились строчки, которые до сих пор будоражат воображение каждого сантехника: «Кто услышит раковины пенье, бросит берег и уйдет в туман». Берег. Море. Белеет парус одинокий….

Сейчас уже трудно припомнить, кто придумал эту фразу — я или Дуэлянт. Да и стоит ли? Ведь позднее один из нас дописал к ней целую повесть».

В библиотечке «Крокодила» массовым тиражом эта пародия вышла еще при жизни Валентина Катаева.

Кстати, к тому времени известинцы переманили Семена Лившина в Москву. А потом там же он при театре Михаила Жванецкого открыл сатирический журнал «Магазин», который после его отъезда редактировал «правдоруб» Игорь Иртеньев.

А Лившин? Семья перебралась в США, а с ней и наш герой. Но и в Сан-Диего он не захотел «терять форму». Началом было создание газеты «О’кей», а потом — невероятное. Американцы поняли, перевели, ощутили, что такое КВН. И неизменным членом жюри стал одессит Семен Лившин. Кстати, как видно, «жюрить» ему нравится. Дважды в США прошел всемирный литературный конкурс в Интернете среди одесситов — «Сетевой Дюк». И дважды в жюри был Семен Лившин.

«Поговорим о странностях любви» — назвал он третью свою книгу. Вот и поговорили.

Сегодня, пожалуй, я написал бы о Семене иначе. Горестнее. Невероятно талантливый человек, реализовавший себя далеко не полностью

«Времена не выбирают»…

Артистов провожают аплодисментами. Лившин их заслужил.

Светлая память.

Семена Адамович Лившин ушел из жизни 17 января 2019 года в Сан-Диего

11229

Комментировать: