Наша камера
на «Ланжероне»
Loboda Loboda
в Садах Победы
Погода в Одессе сейчас +6 ... +8
утром +7 ... +9
Курсы валют USD: 0.000
EUR: 0.000
Регистрация
Новости Одессы

«Швейк» или гармидер?

Четверг, 15 октября 2009, 01:42
В начале шестидесятых годов прошлого столетия на советские экраны вышла кубинская экранизация «Двенадцати стульев», очень похожая на оригинал Ильфа и Петрова. Только герои называли друг друга донами и сеньорами и искали песо вместо рублей. В конце фильма великий комбинатор вместе с Кисой в кузове грузовика едет рубить сахарный тростник. Почему-то именно этот фильм вспоминался мне во время премьеры спектакля театра Натальи Прокопенко по мотивам «Бравого солдата Швейка». Может быть такой же отдаленностью от оригинала? Создатели спектакля имели полное право показать свое видение произведения, тем более, что они мало чем рисковали – роман не входит в «обойму» модных, по нему не ставят блокбастеров и сериалов, поэтому его мало кто читает. Да и сатира Ярослава Гашека непроста и злободневна на все времена. Недаром до сих пор эта книга практически отсутствует в библиотеках воинских частей всех стран СНГ.
Роман Ярослава Гашека очень сложен для постановки и экранизации. Необходимо не только донести авторский текст, но и сыграть бравого солдата, ироничного и очень серьезного внешне. Герой практически не смеется и мало улыбается, чем и достигается максимальный сатирический эффект. Существуют три сорта рассказчиков: первый сам не смеется, смеются все окружающие, второй смеется вместе со всеми, третий смеется сам, не вызывая даже улыбки. В данной постановке создателям «удалось» перевести Йозефа Швейка то ли во второй, то ли в третий сорт. И дело даже не в том, что актер очень молод, мал ростом и, мягко говоря, не слишком субтилен. В конце концов, внешнее сходство – не главное для актера. Но в этот вечер на сцене кривлялся и фиглярничал типичный актер провинциального «камеди клаба». «Швейк» катался по полу, бурно и карикатурно, «по-харламовски», жестикулировал и даже, призывая к войне до победного конца, пел песню про Орленка, что само по себе не должно вызывать смеха. В дополнение к этому, фельдкурат Отто Кац, очевидно из соображений политкорректности, превратился в дюжего светловолосого парня из российской глубинки, что-то среднее между Василием Буслаевым и Сергеем Безруковым в роли Есенина. Тонко выписанный Гашеком национальный колорит образа оказался безнадежно утерянным, а попытки актера изобразить алкогольное опьянение своего героя вызывает лишь недоумение. Для этого совершенно не нужно размахивать руками как при косьбе и качаться, достаточно игры лицом и голосом, а это не получилось. Автор пьесы произвольно обрезает и кромсает текст романа. Например, из фразы «я знаю одну повивальную бабку, которая могла так ловко вывихнуть ногу, что можно остаться калекой на всю жизнь» почему-то выпало слово «ловко», что снизило комический эффект несоответствия позитивного наречия с негативным смыслом реплики. Не обошлось в пьесе и без традиционного снятия штанов и показа длинных армейских трусов – как же в наше время без «оживляжа»!
Можно долго перечислять неудачи и «ляпы» пьесы. Есть, конечно, и удачи. В частности, это сцены в сумасшедшем доме и госпитале и особенно образ доктора Грюнштейна. Удачно получилась роль поручика Лукаша, бабника и гуляки, зачем-то одетого режиссером в венгерскую военную форму. Актер моментами напоминает Хлестакова, но все равно это творческая удача, образ убедителен и жив. Прекрасен похититель собак Благник и его диалог со Швейком перед кражей пса у полковника Цилленгруда. Удалась сцена бомбежки. Но все портит финал. Ироник и оптимист Швейк вдруг заговаривает на языке персонажей «Рабыни Изауры» и «Не родись красивой». Никогда гашековский Швейк не стал бы так сентиментально вспоминать о «бедной маме», никогда не покидавшей Праги. Сентиментальность не свойственна ни прозе Гашека, ни образу Швейка и выглядит чужеродно и фальшиво. И уж совсем, как говориться, «ни в какие ворота не лезет» завершающий танец всех участников спектакля, исполнивших почему-то под польскую (?) музыку непонятные телодвижения, напоминающие чардаш и жок одновременно. Как-то не очень по-чешски получается! Конечно, каждый постановщик имеет право на свое видение произведения, но хотелось бы, чтобы подобных промахов было поменьше. Все-таки, за классику беретесь, господа! Иначе получается вот такая вот то ли окрошка, то ли кавардак, то ли гармидер. Ну, совсем не вкусно…

Odessa Daily
Система Orphus

11158

Комментировать: