Наша камера
на «Ланжероне»
Loboda Loboda
в Садах Победы
Погода в Одессе сейчас -6 ... 0
днем 0 ... +2
Курсы валют USD: 0.000
EUR: 0.000
Регистрация
Из раньшего времени
Одесса в памяти

Баня, как очищение от суеты

Вторник, 30 декабря 2014, 10:22

Владимир Каткевич, Ирэн Адлер

Комсомольская правда, 10.06.2005

Вниманию граждан города! В субботу инженер Шанцер пустил днестровскую воду в баню Исаковича
(Объявление в "Одесском телеграфе" за 1888 год)

Помыть вас могут в трамвае, но в бане - никогда
(Разговор с голым)

Одессит женится.
- Он выпивает? - интересуется невеста.
- Только по праздникам, - показывают церковный календарь. - Еще после бани.
- Но сейчас же пост, а он выпивши.
- Тогда я пошел в баню, - говорит жених.
(Православный анекдот)

Человек, как известно, рождается голым. Забирают тело из Валиховского переулка тоже соответственно торжественности момента без кальсон, слабо охлажденным с биркой на ноге. Если есть охота возиться. В промежутке между событиями человек обнажается в трех случаях: когда надумает произвести еще кого голенького, на призывной комиссии и в бане. Пережитому в детстве стыду я обязан бане, он жжет меня до сих пор. До четырех лет бабушка водила меня в женское отделение, я все помню. Чуть позже подглядывал в то же самое женское отделение на Чижикова, оно находилось в подвале, стекла были закрашены, но форточку открывали. За прорезавшийся половой интерес мне не стыдно до сих пор...

Шарканье шаек на Чижикова я вспоминал, когда в сборно-щитовой бане старослужащие млели под сосками, из сосков робко сочилась еле теплая водица, а мы, молодые, коченели в очереди, полиэтиленовая пленка на окнах прохудилась. Так что не всякая баня уравнивает, как скорбное заведение в Валиховском переулке. Баню на Чижикова сгубила недальновидная склочность жильцов совместного двора, которые позавидовали обитателям банного двора на Болгарской. Болгарским мешали копоть, плеск и пар, они строчили коллективные кляузы, и троих жалобщиков осчастливили-таки хрущебами. Воодушевленные чужим успехом чижиковцы тоже стали жаловаться на неудобства, и баню, которую они посещали бесплатно, в конце концов запретила санэпидстанция.

СПРАВКА «КП»

До войны в Одессе было 56 бань, после войны - 30, в хозрасчетно-переломном 86-м за жизнь боролись 14 вместе с морскими ваннами, открытыми фрау Альфельбау еще в 1913 году, ванны почему-то обозначались баней № 13. До последнего держалась баня в Банном переулке с кудрявым двориком и террасами-верандами, на верандах было приятно прогуливаться в промежутках. Сейчас парят только три заведения: на Московской, 35 со странным режимом работы с 12.00 до 17.00, еще Дом здоровья на Средней и баня на Провиантской. Сауны не в счет, речь идет о банных услугах.

Баня-загадка на Провиантской бесперебойно парит уже 140 лет.

Над подъездом приземистого двухэтажного дома в виноградной ползучести гордо фанерная покоробленная вывеска «Баня № 4» как протест против банного произвола и забвения. Нет третьей бани, не помнят номера остывшей бани на Слободке, на Гаванной продали, разбиты мраморные ванны на 10-й станции Большого Фонтана, нет знаменитой бани Исаковича, она находилась неподалеку, не выжила Гарнизонная баня, куда водили строем с песнями и где в офицерском отделении работали банщицами женщины; а эта, как ни странно, есть и ритмично пыхтит вопреки убийственной логике рыночных джунглей. - В 91-м мы вышли из банно-прачечного треста и спаслись, - вспоминает директор четвертой Владимир Борисович Радзилевич. - Остальные попали на картотеку. - Кабинет, где размещается банное руководство вместе с директором, - в помещении бывшего женского отделения. Если женщина проникнет в баню, я потеряю половину клиентов, - опережает вопрос Радзилевич.

Мы выходим.

- Дядя Саша накурил, - говорит директор. В бывшем женском прижился еще и сапожник дядя Саша. Двор крохотный, как коробок, но незахламленный, нет ни машин, ни голубятен. Непонятно, как в подворотню, рассчитанную для подвод, протискивается автотанкер, привозящий мазут для бани. Банная котельная до сих пор работает на мазуте, перевести на газ, удешевить паропроизводство не позволяет стесненность, строительные снипы стреноживают, котельная чуть ли не в квартире, но жильцы не бунтуют, они бесплатно пользуются горячей водой. Сгорание топлива полное, как на корабле, потери тепла исключает водяная рубашка. Электричество вырабатывает приобретенный по случаю армейский движок. Белье гладят на немецкой машине «Бломберг», добытой в Германии переселившимися активистами бани-клуба. Пока от государства обезопасились арендой муниципальной собственности на 5 лет.

- Нас ничто не сломит! - говорит Радзилевич.

Четыре года назад он, поднимая полуторатонный котел, сломал позвоночник. Запасы воды тоже как на запасливом корабле - 20 тонн наверху и 40 под палубой. Мы поднялись на второй этаж, я распахнул дверь и сразу очутился в бане. Сразу - ягодицы, волосатое естество, дубовые веники, простыни, один прилег на лавке, нога на ногу, возле уха - сотовый.

- Не наговаривай в телефон, это дорого.

Взвешиваются на стареньких рычажных весах, бродят в буфет за пивом. Весы заклинило, хотя непонятно, что там может отказать при их механической примитивности, мастеровой мужик поправил их в охотку.

- Нюма, родина тебе не забудет, но и не вспомнит, - говорят.

Все сразу, как в одесских квартирах, кто помнит, открыл дверь - и ты на улице, на Молдаванке! Лавки старые, слегка обшарпанные шкафчики с наивными разнокалиберными замочками, никакого лоска, подлинная отечественная кондовость, трогательно-мрачный линолеум завода «Большевик». В тон антуражу довоенный фильм по телевизору. Тридцатилетние жадности к телевизору не проявляют, молодежь задает тон, возрастной диапазон замыкает дядя Яша с Нежинской, ему 91. Дядя Яша в своем необычном возрасте отходил веником еще троих и отдыхает. Пенсионерам - половинная скидка, за банное удовольствие гривня с полтиной. В небольшой опять парной душ десять поместилось, верхний ярус и завалинка: потешные детсадовские шапочки, веники, источник целительного жара - пупырчатая чугунная полусфера, которую самые наивные принимают за разоруженную плавучую мину. Эта чугунная штука - разгоряченное сердце бани. Полусферы трескаются от жара, новые изготавливают в литейном цехе горводопровода из сплава бронзы и железа, там же возле Чумки бесконечно отливают крышки люков, которые крадут. Под чугунным колпаком прячется печка с перевалом, шамот - огнеупорный кирпич. Печка ежегодно разрушается, и ежегодно в августе с цикличной обреченностью хлебопашцев, привязанных к земле, привязавший себя к бане персонал из семи универсалов перекладывает хитрую печку. При ремонте нет отбоя от добровольных помощников из пенсионеров.

Чтобы не потерять сознание, покидаю парную, возношусь по лесенке к микробассейну, это просто огороженный кладкой угол банного зала. Когда погружаюсь, вода выплескивается, и в этой моржовой переполненности естественный смак.

В банном зале массажист Виктор Иванович Приходько привычно мнет чью-то шею.

- Иной раз обращаются люди с защемлением шейных позвонков, как не помочь? - говорит массажист. Приходько - экс-директор спецшколы для трудных подростков, мастер спорта по легкой атлетике, моложавый человек, исповедующий красоту здорового сильного тела. Как совестливый плотник не может пройти мимо покосившегося штакетника, не поправив его, так и он не может отказать страдающим и зачастую помогает бесплатно. Лично знакомый с Куцем, Болотниковым, своим земляком Брумелем, он теперь хвастает:

- Я массажировал самого...

Мозолистов в бане нет из-за опасности СПИДа, но зато семеро массажистов. Буфетчик Сергей Борисович - бывший директор бани на Московской, в хиреющем банном бизнесе такая же кадровая толчея, как и в любом. Когда-то Сергей Борисович замахнулся было на Фонтанские морские ванны, ныне разоренные без толку. Прицеливался к бане на Комитетской, но заведующая банно-прачечным трестом придержала место для племянника, он дослуживал срочную. Племянник демобилизовался и сказал: «А зачем мне, молодому парню, баня?».

В результате город потерял одну из самых колоритных бань, а Сергей Борисович получил серию инфарктов. Тем не менее, насколько позволяет здоровье, экс-директор участвует в круговой обороне бани от бесконечных проверок. Досаждают бане и вредители местного значения, через банную крышу с табачной фабрики крали сигареты, повредили шифер, а лист восьмиволнового шифера стоит нынче 11.50. Кто-то из жильцов-соседей ворует электричество, бросает нулевую фазу к трубам, а от токов Фуко банные трубы расшиваются. Вредитель до сих пор не вычислен. Так и выживает в вечной борьбе этот заповедник, не воссозданный заново, а чудом сохранившийся. Выживает, кстати, по распорядку. В понедельник предбанник заполняют работники «Привоза», у них выходной. Во вторник - часовые мастера, фотографы, парикмахеры. Среда - санитарный день, дезинфекция, хлорирование. В четверг - «мокрушники», любители влажного пара, с утра обычно военные пенсионеры, во второй половине - закройщики. Патриарх закройщиков Семен Анатольевич с Тираспольской парится регулярно. По пятницам наведываются заядлые пенсионеры, которые позволяют себе париться дважды в неделю. В субботу - рабочий класс, который пока не напрочь истребили, хряпает вениками. По субботам с утра преподаватели вузов, которые теперь получили второй выходной. Еще врачи, помимо онкологов, возможно, у них собственные парные. В воскресенье от бизнесменов нет отбоя, заказывают шкафчики заранее по телефону, очередь более шести человек не собирается. В воскресенье вечером и в понедельник - авторитеты - такова банная правда.

Почему баня № 4 парит 140 лет? Организовалась она при артезианской скважине, которую пробурили возле Провиантских складов, они на Порто-Франковской, поближе к площади Толстого. Подводы, пересекавшие границу Порто-Франко, отдыхали у складов, проходя карантин, биндюжники, понятное дело, оттягивались в баньке, таков был дорожный ритуал, и купцы бани не чурались, в бане ведь нет генералов. Такой порядок сохранен до сих пор, в бане обращаются по имени: Миша, Кела... И этот порядок, возможно, настоятельно необходим больше острого пара и генералу от железной дороги, и маститому юмористу-земляку, и просто по-земному нормальному человеку. Этот живительный карантин - экскурс к похеренным традициям. Переоценка ценностей уже случилась. Если раньше козырем бани Исаковича было изобилие днестровской воды, то нынче артезианская безопаснее и дороже жэковской.

После такой демократичной реабилитации прошлым легче погружаться в мучительную глубину действительности и водолазно выдерживать чудовищное, все возрастающее давление ее. Когда я уходил, дядя Яша с Нежинской пошлепал к трапу в подвал за добавкой пара.

* * *

Старейшая баня Одессы: здесь убили Карабаса и парился Черномырдин

Думская.net, 20.02.2013
 
Двор бани № 4 на улице Асташкина (бывшая Провиантская) — место историческое. Именно здесь в уже далеком 1997-м было совершено убийство Виктора Куливара (он же Карабас), легендарного криминального авторитета, которого еще называли «одесским Робином Гудом». Но «Думская» пошла в баню не только для того, чтобы вспоминать старые добрые девяностые…

Стены старинного здания выложены из ракушечника, впитавшего в себя не один золотник пота первых одесских поселенцев, лихих контрабандистов и их раскованных подружек, созданий падших, но милых… Двухэтажный домик, где сегодня размещается парная, мастерская по ремонту обуви и жилые квартиры, был построен в 1861-м. Баня там – с самого первого дня. Тогда она работала при постоялом дворе с «нумерами», как говаривали в старину.

— Почему улица называлась Провиантской? Неподалеку находились Провиантские склады, где выдерживали привезенный товар на карантине, — рассказывает замдиректора шаечно-помывочного заведения Виктор Леонов. — А те, кто их привозил, отдыхали здесь, на постоялом дворе, который завел какой-то купец второй гильдии. Строился дом из ракушечника, который выбирали на этом же месте, долгое время здесь находился вход в катакомбы. Тут у нас на втором этаже жил сосед. Так он рассказывал, что во время оккупации ездил на велосипеде по катакомбам на свидания к своей девочке, которая жила на Градоначальницкой. По верху это расстояние километра в полтора, а под землей на дорогу уходили считанные минуты! Но уже на нашей памяти, когда прорвало канализацию под домом, вход в катакомбы замуровали, просевший флигель укрепили опорами, посадили на бетонную основу.

Тут все работают подолгу, до гробовой доски. Никакой текучки кадров! За много лет уволился только один человек, и то в связи с отъездом из страны. Не случайно Национальный бизнес-рейтинг из года в год объявляет одесскую баню № 4 лидером отрасли. Вот только за медалями в столицу они не ездят – некогда.

Виктор Ольгердович заводит нас с фотокором в предбанник — здесь все остатки былой роскоши банно-прачечного комбината, почившего в бозе еще во времена Горбачева! Например, вполне себе рабочий электрический фен с колпаком. Дубовая лавка из уже не существующей бани на Ришельевской («Только сидение перетянули, а так она еще нас всех переживет!»). Вот жалко, конечно, что нет здесь таких роскошных мраморных ванн, какие были в самой старой бане города, что была на Гаванной… Недавно одну из этих ванн опознали в кадре фильма Киры Муратовой «Два в одном» — это ж завладел какой-то счастливец… Киношники баню на Провиантской тоже вниманием не обошли, сняли здесь несколько сцен для сериала «Охотники за бриллиантами». Алексей Серебряков снимался в главной роли, заодно и попарился.

Надпись на кассовом аппарате строго предписывает: «Заплати деньги и иди в баню». На косяке входной двери вырезан жизненный девиз: «Париться — не стариться» (это верно — все сотрудники бани не по годам бодры и свежи, лица румяные, гладкие, без морщинок). Вся «наглядная агитация» в бане на Провиантской — дело рук постоянного клиента, известного художника и искусствоведа, старшего научного сотрудника Музея западного и восточного искусства Сергея Ильина.

ОПАСНАЯ «МИНА»

Директор бани Владимир Радзилевич, работающий здесь уже 27 лет, подтверждает: регулярное посещение парилки гарантирует здоровье и бодрость. Сам он, несмотря на инвалидность второй группы и наличие двух искусственных тазобедренных суставов, подвижен и энергичен. Правда, и травму, сделавшую его инвалидом, заработал здесь, в бане, — переставляли котел-«мину» (таких теперь не делают — чугун с примесью цветных металлов), и вдруг эту драгоценность на полторы тонны повело в сторону, директор удержал, но повредил себе при этом позвоночник и суставы.

К «мине» тут относятся поистине как к драгоценности. Работает она на мазуте, который приходится в наше время везти аж из России. Если, не дай Бог, даст сквозную трещину — где ее залатаешь? «Центролит» накрылся медным тазом, пардон за каламбур, везти в Днепродзержинск — стоимость «мины» возрастет так, что проще сделать сразу новую, из чистого золота.

Парилка видела без малейших прикрас многих выдающихся людей! Например, постоянным клиентом был ныне живущий в Америке художник Люсьен Дульфан. Артисты комик-труппы «Маски-шоу» захаживали попариться, причем Владимир Комаров до сих пор приходит. Команда КВН «Одесские джентльмены» провела здесь молодые годы, а самым рьяным парильщиком был Олег Филимонов! В 1999 году здесь попарился, воспользовавшись случаем, сам Виктор Черномырдин, приезжавший сюда по делам компании «Лукойл». А уж певцов, музыкантов — не счесть, ведь неподалеку консерватория, возле нее компактно проживают многие нынешние профессора, в детстве удобств больших не имевшие и получавшие помывку по строгому ритуалу — с шайкой, банщиками в длинных сатиновых трусах (это униформа такая у них была, сейчас люди приходят компаниями, сами друг друга вениками нахлестывают).

Когда-то в бане было женское отделение, но пар шел в квартиры жильцов сверху, и в 1969-м СЭС его закрыла, теперь там кабинет директора. Мужское отделение двухэтажное, никому не мешает, и женщины тут парятся группками в выходной день, который у бани по средам.

Частное предприятие «Банком» (сокращенно — «банный комфорт») работает строго по расписанию, у всех постоянных клиентов свои дни недели. Привоз парится по понедельникам, врачи по субботам, по воскресеньям — студенты, неимущим половинная скидка.

— Что касается студентов, строго за оплатой не следим, воспитываем клиента на перспективу, — улыбается Владимир Борисович. — Баня — это такая зависимость! Раза три сходил, и организм еще требует, сладу нет, весь чесаться начинаешь перед банным днем… Студенты оканчивают институт, идут на работу, приходят сюда уже с коллегами, вырастают до больших начальников, так что студентов мы любим!

КАРАБАСА СГУБИЛА ПРИВЫЧКА

Виктор Куливар (Карабас) парился здесь каждый понедельник, мог приехать в семь утра, мог в шесть или полседьмого. Эта привычка и помогла киллеру застать авторитета врасплох. Директор бани показывает парадную, из которой стрелял автоматчик (он оставил на месте преступления глушитель от чешского «Скорпиона», выбежал на улицу, где его ждал мотоциклист, и был таков), а также место на тротуаре, где застал еще живого Карабаса:

— У него в руке ключи были, так пальцы еще двигались… Очень тяжело было мне это видеть. Милиционеры приехали, причитали: «Витя, Витя, тебя же предупреждали…» Уважали его. У нас вообще бывало, что бандиты и милиционеры вместе парились, оружие в раздевалке сдавали: «А где чье?» — «Мы знаем, где чье!». Я сам тогда с оружием ходил, время было такое. Яркое было время… За что Карабаса уважали? Не допускал в городе беспредела, вот за что. При нем невозможно было дом снести, а людям квартиры не дать, горисполком всегда думал: а что скажет Карабас? Меня лично он вводил в приемную председателя Ленинского райисполкома, когда у меня проблемы возникали. Не ладил с Гурвицем, был против того, чтобы отдавать землю в городе чеченцам, за это не любил его Гурвиц… Дань с цеховиков собирал, да, но им же и помогал, добивался нужных решений властей, поступали деньги на расширение производства. Я сам в то время был цеховиком (баня – скорее, мое хобби), у меня работало два закройщика, 67 швей, четыре гладильщика, двое на упаковке, плюс кладовщик и бухгалтер, и все были официально оформлены, налоги я платил. Теперь китайцы для нас шьют, и не факт, что лучше.

По описанию директора бани, Карабас был мужчиной видным, рослым, с несколько суровым выражением лица, спортивным, и нередко перед баней он играл в футбол босиком на гаревом поле, так что если бы не убийца, жить ему да жить, организм был рассчитан надолго. Как-то в самой бане погасил с полуслова конфликт: авторитет Коля Репин (его тоже уже нет в живых) решил выгнать всех вон и париться в одиночку, но Карабас резонно напомнил, что в бане все равны, генералов нет! Удивительно, но факт: есть люди, которые вроде бы вразрез с правом и законом жили, а вспоминают их только добрым словом, украшают живыми цветами мемориальную доску и могилу на кладбище, как вот вышло с Карабасом. А есть вроде бы вполне законопослушные и даже призванные следить за соблюдением законности, но даже при жизни доброго слова о них никто не скажет.

— Можно быть с виду законопослушным, и людям пакости делать, а Карабас был справедливым! — волнуется Виктор Борисович. — Он помогал неимущим, у него можно было одолжить денег без процентов. Меня почему прокуратура после его гибели два года на допросы таскала? У него на телефоне мой звонок последним был. Значит, я его вызвал — такой вывод сделали. Нет, не так все было. Мне нужно было денег у него занять, я как раз квартиру купил, а старую еще не успел продать, вот и позвонил ему, спросил, будет ли он в бане, как обычно, хотел об этом с ним поговорить. Не вышло. А вскоре после его смерти многое в Одессе пошло не так…

В БУДУЩЕЕ – С ТРЕВОГОЙ

Больше всего боится директор легендарной бани, что рядом начнется стройка, против которой сейчас протестуют жители района. Три высотки «убьют» все старинные строения, и не только эстетически.

— Я очень уважал Матковского (экс-вице-мэр, сейчас – замгубернатора Валерий Матковский), это настоящий профессионал, знал в городе каждую трубу, именно он спас наше здание, когда прорвало канализацию, — вздыхает Владимир Радзилевич. — Но сейчас его в команде горсовета нет. Удастся ли сохранить наш уникальный район, по которому проходила черта порто-франко? Начало стройки — это будет наш последний час. А нам хочется жить и не париться по таким поводам, а париться по-настоящему, с веничком березовым…

Неспетой песней директора осталось возрождение знаменитейшей бани на Пересыпи, где с 1941 года засыпаны камнем и щебнем разбомбленные бассейны, в которые поступала вода из самого синего в мире Черного моря. И трубопровод, связывавший баню с нашим заливом под завалами, и насосы. Возможно, будь Карабас сегодня жив, это предприятие бы процветало, как в старину: «сперва в морские ванны, а после — на диваны…» И старенькой бане на Провиантской не пришлось бы трепетать видавшими виды стенами, опасаясь разрушительных колебаний от никому не нужного (кроме тех, кто украдет на нем) строительства. Как знать, как знать…

Фото Владимира Андреева

183

Комментировать: