Наша камера
на «Ланжероне»
Loboda Loboda
в Садах Победы
Погода в Одессе сейчас +5 ... +7
днем +6 ... +7
Курсы валют USD: 0.000
EUR: 0.000
Регистрация
Фильтр публикаций
Все разделы
Публикации по дате
Дата:

Жизнь и тайны Петра Лещенко

Среда, 6 ноября 2013, 10:41

Игорь Плисюк

Одесский вестник, 02.11.2013

«Звезды замученной в аду кровавые лучи»
Редьярд.Дж. Киплинг
«Баллада о Томлинсоне»

В этом году практически незамеченным прошел 115-летний юбилей Петра Лещенко – одного из кумиров эстрады ХХ века, всемирно известного певца русского зарубежья, которому рукоплескали Париж и Лондон. И лишь на родине был он под негласным запретом, хотя записи его слушали все – от простых советских людей до высшей партийно-государственной элиты… Песни «эмигранта» трогали почти всех, кроме отпетых снобов, своей искренностью и теплотой, а бархатный, неповторимый баритон вызывал восхищение даже певцов классического жанра. Должно быть, то нелегкое, предгрозовое межвоенное время требовало некоей эмоциональной отдушины, одинаково необходимой и жителям Европы, и гражданам Страны Советов. А цыганские романсы, танго и фокстроты Лещенко давали ее, воспевая нормальные человеческие чувства, а не «вечную борьбу». Но по жестокой иронии судьбы именно он, аполитичный певец любви, стал одной из жертв беспощадного века…

Прошедший по каналу «Интер» российский восьмисерийный фильм о нем – «Петр Лещенко. Все, что было…», казалось бы, делает благое дело – возвращает память о талантливейшем нашем земляке. Однако оставляет он двойственные впечатления. С одной стороны, – блестящая актерская игра Константина Хабенского, создавшего достоверный и вызывающий симпатию образ, хорошая постановка режиссера Владимира Кота. С другой же, – сомнительное авторское решение о том, что петь песни Лещенко будет Хабенский. Сомнительное не потому, что это сделано плохо, – с удовольствием бы пошел на концерт «Хабенский поет песни Лещенко». Но когда речь идет о конкретном исполнителе, тем более – с действительно неповторимой манерой, остро индивидуальным тембром, понимаешь: в биографическом фильме подобная вольность вызывает явный диссонанс восприятия. Мы видим яркую и симпатичную личность героя, но его вокал, воспринимаемый публикой в фильме «на ура», явно не соответствует ни восторженной реакции, ни, что самое главное, блистательному оригиналу. Согласитесь, прочувствованное актерское исполнение не может служить адекватной заменой профессионального оригинала. Невольно вспоминается старый одесский анекдот:

— Рабинович, вы слушали Карузо?
– Да чепуха это!
— ???
– Мне Хаймович напел пару арий… ничего особенного…

Кстати, во множестве фильмов подобного жанра никто не дерзает озвучивать, скажем, Эдит Пиаф или Федора Шаляпина голосами актеров, играющих их роли. Ведь именно абсолютная неповторимость вокала и сделала их великими на все времена. Тем паче – записей Петра Лещенко сохранилось множество.

Есть и еще весьма серьезные претензии, но уже к сценарию. Написанный маститым Эдуардом Володарским, он хорош в художественном плане. Но многочисленные «авторские вольности» когда упрощают реальную биографию артиста, а когда вносят явные искажения. Да и трагический финал жизни Лещенко показан уж больно неубедительно, в духе перестроечных времен. Дескать – захотела «кровавая гебня» замучить его – и замучила… Мы попытаемся дать вам некоторое представление о том, что оказалось «за кадром» телефильма, исправить наиболее явные ошибки и хоть на шаг подойти к разгадке причин его гибели.

МАЛЬЧИК ИЗ ПРОВИНЦИИ

Петр Константинович Лещенко родился 3 июня 1898 года недалеко от Одессы, в селе Исаево. Своего отца он не знал, ибо был рожден вне брака. А в 1906 году мать переезжает в Кишинев, где вскоре выходит замуж. Не было у юного Пети жестокого отца-фельдфебеля, выбивавшего из него тягу к музыке. Напротив, его отчим – добрейший человек, Алексей Васильевич Алфимов, всячески поддерживал его, да и мать, простая, неграмотная крестьянка, обладавшая природным прекрасным голосом и слухом, с ранних лет пела ему народные песни. Мальчик учится в четырехклассном училище и одновременно получает неплохую вокальную подготовку в солдатском, а потом и церковном хоре. Уже тогда регенты обращают внимание и на редкой красоты голос, и на буквально врожденный артистизм Пети, бывшего еще и одаренным танцором. Он прекрасно играет на гитаре и аккордеоне… А в 1914-м, сразу после начала Первой мировой войны, идет добровольцем-вольноопределяющимся в 7-й Донской казачий полк, откуда попадает в Киевскую школу прапорщиков. Новоиспеченный офицер храбро, но недолго сражается на румынском фронте, получив тяжелое ранение. Но жизнь его после госпиталя покрыта мраком: по версии фильма – Лещенко успевает повоевать в Белой армии, уходит с врангелевцами за кордон, откуда вскоре возвращается в родной Кишинев, к тому времени оказавшийся частью Румынии. Так это или не так, – мы не знаем. Сам Петр Константинович никогда об этом не рассказывал, да и в жизни разнообразных белогвардейских обществ не участвовал. Судя по всему, был он человеком достаточно аполитичным, и главной страстью его жизни стали музыка и сцена. Причем – в захолустном, провинциальном городе приходилось ему и в столярной мастерской работать, и служить псаломщиком в церкви. Но талант требовал реализации. И уже в 1919-м его принимают в танцевальную группу «Елизаров», с которой несколько лет «кочует» с гастролями по Румынии. А в 1925-м едет в Париж, где зарабатывает на жизнь танцором в ресторанах и учится классическому танцу. Там он и знакомится с юной латышкой-балериной Евгенией Закитт, тоже приехавшей завоевывать Париж. Они женятся и уже вместе выступают как хореографический дуэт, имея некоторый успех. А дальше – гастроли по Европе и Ближнему Востоку, нелегкая жизнь бродячих артистов. Удача приходит только в начале 30-х, когда на родине жены, в Латвии, он, по существу, дебютирует как певец на сцене, да еще и знакомится со знаменитым композитором, автором модных танго Оскаром Строком. Его шлягеры приносят первый успех. А затем – буквально лавина хвалебных рецензий, все более прибыльные ангажементы, записи пластинок в знаменитых фирмах, гастроли в столицах…И здесь появляется первый намек на тайну: по мнению многих, помогла «раскрутиться» никому неведомому певцу Надежда Плевицкая — звезда русской эстрады, исполнительница народных песен и цыганских романсов, любимица Николая Второго и… жена белогвардейского генерала Николая Скоблина. А заодно – агент, как и ее муж, советской разведки. Они были известны под псевдонимами «Фермер» и «Фермерша»…

Нельзя исключить и то, что помощь Плевицкой была сопряжена с вербовкой молодого певца. Как и многие русские люди, он страдал ностальгией. И оказать помощь Родине в надежде когда-нибудь вернуться домой вполне мог. Его голос оказался весьма выигрышным при грамзаписи, а песни, несмотря на непонятный русский язык, – одинаково трогали французов, немцев и англичан, не говоря уж о соотечественниках. И сам великий Шаляпин одобрительно отзывался о новой знаменитости, полушутя сказав: «Он хорошо поет плохие песни»…

А карьера гастролирующего певца вполне могла быть идеальным прикрытием для разведчика, осевшего в Бухаресте, но имевшего возможность бывать повсюду. Тем более его поклонниками были многие влиятельные люди, вплоть до румынского короля Кароля. Но приближалась война.

ВОЙНА И ГИБЕЛЬ

В декабре 1941 года газета «Комсомольская правда» публикует резчайшую статью Овадия Савича «Чубчик у немецкого микрофона», где Лещенко обвиняют в том, что он по немецкому радио агитировал советских солдат сдаваться в плен, перемежая уверения в любви Гитлера к русскому народу пением своих шлягеров… Не было в этом опусе ни слова правды – румынский подданный Петр Лещенко категорически отказывался от любого участия в антисоветской пропаганде и более того, будучи офицером запаса румынской армии, всячески уклонялся от службы, рискуя оказаться под военным судом. Однако сегодня мы можем предположить, что именно эта статья… свидетельствовала о работе Петра Константиновича на нашу разведку. Савич — сам бывший эмигрант — был весьма близким к «органам» человеком. А хулительная публикация… спасла певца от реальной опасности со стороны румынской «Сигуранцы», проявлявшей к нему пристальный интерес. После нее он все-таки был вынужден надеть офицерскую форму, хотя служба не слишком мешала его гастролям, в том числе – и в Одессе… Само собой, не было в них никакой мифической передачи его будущей второй жене – юной одесситке-певице — чемодана с динамитом, равно как и не менее мифического взрыва немецкого крейсера. Не было и инфернального костолома из гестапо, щеголявшего в цивильном платье, но – при повязке со свастикой на рукаве. Это у сотрудника ТАЙНОЙ полиции-то! Но вот работа на нашу разведку могла быть вполне.

Об этом свидетельствует и то, что после прихода наших войск в Румынию в 1944 году «скоропостижно» ставшую нашей союзницей, ни Лещенко, ни его жену Веру Белоусову никто не тронул. Они выступают перед нашими солдатами и офицерами, работают в местном эстрадном театре, причем им аплодируют маршалы Жуков и Конев! И это в то время, когда контрразведка «СМЕРШ» безжалостно «фильтровала» и бывших военнопленных, и репатриантов, не говоря уж о тех, кто работал на оккупантов!

Его взяли только в 1951-м, а Веру – больше чем через год. А посему киноверсия того, что причиной всех бед послужила «измена родине» Веры Георгиевны, вышедшей замуж за «иностранца», и от Лещенко требовали отречения, не стоит и выеденного яйца. На наш взгляд, ключ к тайне гибели Петра Константиновича кроется в …дате его ареста. Именно в 1951 году начинался очередной виток внутренних разборок в верхах советских служб безопасности. Был арестован глава МГБ Виктор Абакумов, руководители внешней разведки генералы Питовранов и Эйтингон. Несложно допустить, что из сотрудничавшего с нашими спецслужбами Лещенко пытались выбить нужный компромат на его бывшее руководство. Либо – аналогичные показания на румынских политиков – ведь он бывал вхож в высшие сферы Бухареста, а там происходил весьма болезненный переход от монархии к социалистическому строю с соответствующими репрессиями.

А Петр Константинович, будучи глубоко порядочным человеком, отказался марать свое честное имя участием в грязном политиканстве…Он странно умирает в 1954 году в румынской тюрьме. То ли после операции язвы желудка, то ли – от отравления. Веру Белоусову-Лещенко вскоре после этого выпускают на волю, причем с полной реабилитацией! Это после смертного приговора, замененного 25 годами заключения! До самой смерти в 2009 году вспоминала она единственную встречу с мужем после его ареста. Его последними словами было: «Я ни в чем и ни перед кем не виноват»…

Кстати, версию о том, что певец пострадал из-за того, что в свое время помогал нашей разведке, косвенно подтверждает и то, что дело его до сих пор не раскрыто, а сам он – не реабилитирован. Подобная странная секретность свойственна только делам, связанным с агентурной разведкой.

Но песни его до сих пор не потеряли своего удивительного обаяния, и слушают их отнюдь не только люди старшего поколения. Очевидно, естественность истинных чувств трогает и молодежь, уставшую от целлулоидного гламура и электронной фальши современной эстрады. А правда о человеке-легенде, сильном и талантливом человеке, сумевшем сохранить достоинство и честь в страшное время, рано или поздно выйдет на свет. И свет замученной звезды засияет во всей своей силе.
5313

Комментировать: