Наша камера
на «Ланжероне»
Loboda Loboda
в Садах Победы
Погода в Одессе сейчас +6 ... +8
утром +7 ... +9
Курсы валют USD: 0.000
EUR: 0.000
Регистрация
Фильтр публикаций
Все разделы
Публикации по дате
Дата:

\"Застарелый пережиток\" или трудный перелом

Понедельник, 4 февраля 2008, 07:43

Вадим КОСТРОМЕНКО

Вечерняя Одесса, 29.01.2008

Национальному союзу кинематографистов — 50 лет

Творческий акт — дело сугубо индивидуальное, я бы сказал даже — интимное. Уединение, визит Музы. «Служенье Муз не терпит суеты...». И все же всегда, во все времена творцы, эти закостенелые индивидуалисты, стремились к объединению.

ВО ВРЕМЕНА Пушкина — «Зеленая лампа», потом, в изобилии — «Серапионовы братья», «Бубновый валет», «Желтая кофта»... Это у писателей и поэтов. У художников — «Общество передвижников», «Южно-русский союз художников», и еще, и еще... После революции — АХРР, АРК и так далее. В свободное от творчества время творцы собираются, дискутируют по животрепещущим вопросам, покидая свои кельи и башни из слоновой кости.

В стране, где искусство существует не по остаточному принципу финансирования, где народ воспринимает искусство иногда и как призыв к действию, ибо «поэт в России больше, чем поэт», эти сообщества двигают и развивают культуру. Объединялись всегда, как это традиционно принято в человеческом общежитии, чтобы защищать свои принципы, свои интересы, ибо «гуртом i батька добре бити».

И, когда в Стране Советов стало ясно, что искусство — это мощное идеологическое оружие, было решено взять это оружие под контроль...

В 1932 году был создан Союз писателей. Возглавил его признанный лидер «пролетар«ской» литературы Алексей Максимович Горький. С помощью его авторитета нужно было внедрить в ряды пишущей братии понятие «социалистический реализм». Потом объединились в союзы художники, композиторы... И только кинематографисты вели себя парадоксально. Их творчество — процесс коллективный, в одиночку никакого «кина» не снимешь. А не объединяются! Ни в 30-е годы, ни в 40-е... Не хотят? Отнюдь. Им не разрешают! Сталин до самой смерти не соглашался на создание Союза кинематографистов. Он руководил кинематографом сам. «Важнейшим из искусств для нас является кино». «Кино в руках советской власти есть мощное, неоценимое оружие», — это еще Ленин с великой прозорливостью сказал. Зачем же самое мощное оружие отдавать в руки общественной организации? Сталин сам принимал каждый фильм. Сам давал рекомендации и поправки. Сам щедрой рукой выделял средства на Сталинские премии в области кинематографии. К примеру, в 1948 году лауреат Сталинской премии в области кино получал на руки сто тысяч рублей! Чтобы была сегодня понятна эта цифра, переведем ее в автомобильный эквивалент: только что начали выпускать «Победу», она стоила 16 тысяч. Сопротивление Сталина созданию союза кинематографистов, возможно, мотивировалось и тем, что киношники — люди активные, и, не дай Бог, захотят «гуртом...».

И только после смерти Сталина кинорежиссер Иван Александрович Пырьев, используя свой непререкаемый авторитет в кино и статус депутата Верховного Совета, «пробил», наконец, постановление о создании Союза кинематографистов. Серьезное дело не делалось с кондачка, сначала было создано Оргбюро СРК — Союза работников кинематографии. Оно и готовило общественность и правительственные верхи к неминуемому — к созданию организации, объединяющей обладателей самого сильного и, как потом выяснилось, самого опасного оружия.

В ОДНОМ ИЗ КРУПНЕЙШИХ кинематографических городов страны, в Одессе, тоже не сидели сложа руки. Такова традиция города, по крайней мере — в кино, быть «впереди паровоза». И еще не состоялся первый учредительный съезд по созданию Союза кинематографистов Украины, пятидесятилетие которого мы отмечаем в первых числах февраля, а в Одессе уже начало работать Одесское отделение Союза работников кино.

Руководить им был избран молодой режиссер Василий Левин. У него были все основания занять этот хлопотливый пост: фронтовик, ранения, боевые награды, ученик Довженко, а главное достоинство — первый его фильм «Повесть о первой любви».

В Советском Союзе, как известно, «секса не было». Добрачных половых отношений у советского человека тоже «не было». И уж конечно, у подрост«ков, школьников, могла быть только «дружба». И тут Левин выдает «Повесть о первой любви» — любви у подростков! Фильм ломает стереотипы, пользуется большой популярностью у молодежного зрителя, делает огромные сборы в прокате.

На долю Левина и его верного помощника — тогда редактора Одесской киностудии И. С. Жиги-Резницкого — выпадает вся сложнейшая работа по подготовке и Первого нашего учредительного съезда, и по участию в создании первого Устава Союза кинематографистов Украины, и усилия по убеждению директора киностудии А. В. Горского, человека крутого, авторитарного, обсуждать и согласовывать с Союзом творческие планы киностудии... После Левина, по истечении обозначенного в Уставе четырехлетнего срока, первым секретарем правления Одесского отделения избирается, как ни странно, не режиссер, а оператор — Петр Тодоровский. После него — снова оператор, автор этих строк. Меня потом, в разное время, еще четыре раза избирали коллеги, и почти всегда, много лет, ответственным секретарем был с нами И. С. Жига-Резницкий, человек активнейший, непредсказуемый и неповторимый. Практически за все время существования нашего отделения, за исключением нескольких кратковременных экспериментов, оргсекретарями были Жига, Елена Марценюк и Галина Исаева. Спасибо им за это! На протяжении всех этих непростых лет отделением руководили также режиссеры Вадим Лысенко, Станислав Говорухин, художник Александр Токарев, кандидат философских наук Геннадий Пантелеевич Збандут, сценарист Рудольф Отколенко. Сейчас Союз возглавляет режиссер Ярослав Лупий.

Чем же мы занимались все это время? Заботились о творческих работниках — «выбивали» им квартиры, дачные участки, а в те времена, когда машины стоили не дорого, но купить их было невозможно, «выбивали» машины... Давали материальную помощь, оплачивали лечение и, увы, похороны коллег. Но не это было главным в нашей работе.

Мы активно влияли на репертуарную политику студии, с нашим участием решались вопросы пополнения творческих кадров, проводились ежегодные смотры-конференции. Оценивали свою работу, учились на собственных ошибках. Давали командировки сценаристам для сбора материала к сценариям, посылали на учебу на различные семинары, давали заграничные командировки. В «перестройку» организовали фестиваль «Золотой Дюк»; проводили широкие совещания кинематографистов страны под броским названием «Одесская альтернатива», собрали Музей кино, интереснейшую библиотеку по проблемам искусства... Бюро пропаганды киноискусства нашего отделения вело постоянный кинолекторий в городе, устраивало творческие встречи в сельских Домах культуры. Союз держал постоянную творческую связь с крупнейшим заводом «Азовсталь», создал там клуб «КиТы» (кино и ты). Мы, одесситы, были признаны лучшими в стране по военно-шефской работе... Короче, кроме создания фильмов, несли в массы киноискусство и, по мере своих сил, старались «сеять разумное, доброе, вечное». О художественном уровне фильмов, снятых членами Союза, говорить не буду — страна еще помнит наши картины.

НАСТУПИЛО ВРЕМЯ очередных крутых перемен. Министерство культуры и искусств стало Министерством культуры и туризма. Сельская киносеть исчезла, будто ее и не было. Из пятидесяти кинотеатров в городе (вместе с клубными установками), в почти миллионном городе Одессе, осталось всего шесть. Частные предприниматели от кино не опираются на коллективный разум кинематографистов, а воюют с ним. Понятное дело: как сказано на недавнем совещании по вопросам культуры при Президенте Украины, пора, наконец, покончить с «нашим колониальным прошлым». И уже не впервой раздаются в верхах голоса новоиспеченных руководителей культуры и туризма, что пора все эти творческие союзы «позакрывать». Аргумент: «Спiлки створювались сталiнським режимом, щоб керувати мистецтвом».

Да учите же историю, господа! С одной стороны, «ми живемо у демократичному суспiль«ствi», а с другой стороны, «позакрывать», — потрясающая логика.

Сегодня Одесское отделение вынуждено сократить юриста (а как без него сегодня защитить наши права?), других штатных работников, — нет средств! Где же им взяться, когда нет и кинопроцесса?! Нет средств, чтобы отремонтировать особняк, переданный в свое время Кабинетом министров Союзу для развертывания там экспозиции Музея кино (10000 единиц хранения — раритетные материалы!). Новые владельцы киностудии настаивают, что это здание — их, раз оно находится на территории студии. А те инвесторы с деньгами, которых мы с трудом находим, говорят: «Решите вопрос: чье здание? В имущество закрытого акционерного общества «Одесская киностудия» мы средства вкладывать не намерены». Хозяева киностудии не хотят дать нам свободный отдельный выход, и поэтому попасть в Музей человеку «с улицы» — проблема. Мы отказываем школам, многочисленным турфирмам, и уникальная история Одесского кинематографа остается недоступной свободным гражданам свободной демократической державы.

Так что, будем и дальше бороться с «пережитками нашего колониального прошлого»?

P.S. Выше я упомянул о кинематографистах как о владельцах самого опасного оружия. Сомневаетесь? А разве то, что сегодня валится на нас всех с экранов, не несет опасности психическому здоровью нации? Подрастет поколение, воспитанное мультяшками «Никельодеона» — в эту страну ехать будет страшно.
1270

Комментировать: