Наша камера
на «Ланжероне»
Loboda Loboda
в Садах Победы
Погода в Одессе сейчас +7 ... +9
днем +7 ... +10
Курсы валют USD: 0.000
EUR: 0.000
Регистрация
Фильтр публикаций
Все разделы
Публикации по дате
Дата:

«Я не покорюсь!»

Вторник, 25 июня 2013, 20:52

Лев Санин

Юг, 13.06.2013

В испанской тюрьме погибает смертельно больной украинский капитан. Ценой собственной свободы и жизни он отстаивает свою невиновность, настаивает на лживости предъявленных ему обвинений и готов идти до конца, пока не услышит оправдательный вердикт.

«РУССКО-УКРАИНСКАЯ МАФИЯ»

Сергей Масленников — профессионал, вся сознательная жизнь которого связана (с 1966 года) с работой в морской отрасли. Вырос без родителей (отец погиб в шахте, мать умерла), их заменила ему бабушка. После окончания Килийской мореходной школы он был матросом в Дунайском пароходстве. Затем — армейская служба, учеба в Одесском высшем инженерном морском училище, работа на судах крупнейшего Черноморского морского пароходства. Там прошел путь от четвертого помощника до капитана. После развала ЧМП остался, как и многие, у разбитого корыта. Капитан дальнего плавания с шестнадцатилетним практическим опытом, лишившись работы, он был вынужден трудиться на «подфлажниках».

В свой последний рейс Сергей ушел в феврале 2003 года из Ильичевска к берегам западноафриканской республики Того. Однако по пути обнаружился ряд неисправностей главного двигателя, понадобился ремонт. Таким образом судно оказалось в порту Миндело Республики Кабо-Верде (Острова Зеленого Мыса). Шестого октября, по распоряжению тамошних властей, океанский буксир «Zudar VI» под командованием Масленникова вышел на спасательную операцию, а уже 25 октября весь экипаж был арестован и помещен в тюрьму Прайя столицы Кабо-Верде за оказание содействия в транспортировке наркотиков в особо крупных размерах. Причем в материалах дела присутствовала любопытная формулировка — «русско-украинская мафия», моментально перекочевавшая в сенсационные заголовки западных СМИ.

Как стало известно со временем, именно тогда в Испании начали масштабную борьбу с русским наркотрафиком и отмыванием денег в банках своей страны. В сети тамошних спецов попали сразу более полусотни выходцев из России, Грузии и Украины. Один из эпизодов их преступной деятельности — транспортировка около семи тонн кокаина (в разных документах количество наркотика колеблется от шести до семи с половиной тонн. — Авт.) судном «South Sea». Оно принадлежало гражданину России Эдуарду Оруджеву. Он же владелец и «Zudar У1», зарегистрированного на Мальте и стоявшего во время заводского ремонта рядом с «South Sea», который несколько позже задержали у берегов Португалии с наркогрузом.

Правда, на тот момент Сергей Масленников уже не служил на вышеупомянутом буксире — его и команду перевели на сухогруз, транспортировавший металл из порта Кабо-Верде. Однако стражи правопорядка, отслеживая все связи Оруджева, включили в число подозреваемых и бывших его подчиненных — капитана Масленникова с экипажем в пять человек.

Тот факт, что судоводителя на буксир «Zudar VI» нанимала крюинговая компания «Юми трейд», зарегистрированная в Одессе, согласно отечественному законодательству, испанского следователя не интересовал. Как и то, что сам капитан всего несколько раз видел судовладельца и разговаривал с ним: Оруджев поднимался на борт буксира в одном из рейсов. Этого оказалось достаточно, чтобы определить причастность украинского судоводителя к наркоторговле и удерживать его годами (!) без обвинения и судебного вердикта.

«В ТЕЧЕНИЕ МЕСЯЦА ОБВИНЕНИЕ ПРЕДЪЯВЛЮ»

— Нас было пятеро, — рассказал старший механик Владимир Калинин. — Помимо капитана и меня, это еще старший помощник Роман Кутепов, боцман Алексей Асадчев и моторист Василий Гуревский. — Удерживали нас в тюрьме двести двадцать семь суток, хотя по законодательству подозреваемых в подобном правонарушении, но не осужденных можно содержать под стражей не более трех месяцев. Это согласно законодательству, действующему в Кабо-Верде. Поместили в трехметровые карцеры-одиночки, но по двое! Ни есть, ни спать, даже просто развернуться было негде, сплошная пытка, плюс полнейшая изоляция…

Мы пытались отстаивать свои права: заявляли протесты, бастовали против перегибов пенитенциарной системы, писали во все инстанции. После объявления голодовки администрация тюрьмы прекратила также доступ адвоката, категорически запретила телефонную связь с юристом и родственниками.

Голодовка продолжалась девятнадцать суток и была приостановлена моряками только после того, как в дело вмешалось руководство Федерации морских профсоюзов и, по сути, вынудило направить в Кабо-Верде представителя украинского МИДа Николая Собко, консула в Республике Гвинея.

Накануне администрация тюрьмы Кабо-Верде потребовала прекратить голодовку, угрожая нашим морякам карцером. Тогда один из них заявил, что перережет себе вены: моряки серьезно опасались, что если они перестанут протестовать, о них опять все забудут. За три дня до окончания акции самый молодой член экипажа ветеран афганской войны Роман Кутепов был в тяжелом состоянии доставлен из тюрьмы в больницу. После оказания медпомощи его вновь вернули в камеру…

На претензии об отсутствии в уголовном деле даже косвенных улик, которые бы подтверждали вину моряков, следователь упрямо твердил: «В течение месяца предъявлю». И вот так — более семи месяцев!

Да и что, собственно, могло выдвинуть следствие, когда тонны наркотика, о которых шла речь, просто физически негде разместить на буксире, корпус которого в длину тридцать два метра?! Все имевшиеся помещения были заполнены инвентарем.  

Обидно и досадно украинцам, что их крик о помощи не услышали на родине: потребуй государство соблюдения законности в отношении своих граждан, их могли бы и выпустить, но… Характерно и то, что сострадание и сочувствие проявил к заключенным-иностранцам руководитель одной из тамошних общественных организаций. Оказалось, что в свое время он закончил судоводительский факультет Одесского высшего инженерного морского училища. Памятуя принципы курсантского братства, он делал все возможное, чтобы передавать в тюрьму украинским морякам фрукты, овощи, травяные чаи.

— Благодаря его стараниям мы не умерли с голода, — продолжает «дедушка» (так на флоте, любя, именуют старших механиков. — Авт.). — И все же заметно «подтаяли» — я, например, потерял четырнадцать с половиной килограммов. За нашу защиту взялись… Нет, не полномочные украинские структуры, а наши же родственники. Они стучались во все возможные кабинеты власти, сумели добиться прибытия к нам в тюрьму консула, работающего в украинском диппредставительстве в Гвинее (в Кабо-Верде нет консульства Украины). Несколько суток ему не давали встречи с руководством Верховного суда. Все же председатель суда его принял и заверил в том, что нас выпустят и отправят домой, поскольку следствие не представило обвинительные материалы. Нас выпустили из этой тюрьмы и сразу же отправили в другую — Сото-де-Реаль в Мадриде. Затем — в Галисио…

Там условия содержания гораздо лучше. Например, в порядке демонстрации гуманизма выдают в месяц четыре презерватива — на случай разрешенного свидания. Еще можно учить испанский язык в лингвистических классах, чем мы и воспользовались. Вместе с тем предварительное заключение может продолжаться сколь угодно долго и пребывание в камере не засчитывается в срок будущего наказания. Так, возможность встречи со следователем нам предоставили спустя восемь с половиной месяцев.

В какой-то момент испанским властям стало просто-напросто невыгодно содержать «подозреваемых» — пусть и за решеткой, пусть и на ничтожном довольствии…

Словом, не по-европейски как-то. Поэтому 7 октября 2005 года моряков «выставили» на волю, взяв подписку о невыезде до суда и об обязательном ежесуточном отмечании в полиции.

«СЕРЕЖА ПОСТРАДАЛ ИЗ-ЗА СВОЕЙ ПОРЯДОЧНОСТИ»

Без гроша в кармане, без крыши над головой, дипломированные моряки были вынуждены устроиться шабашниками на стройке. Узнав, кто они на самом деле, хозяин оценил их труд в половину суммы, выдаваемой «своим» наемникам. К тому же и эти копейки уходили на пропитание, жилье и прочие бытовые нужды.

Вскоре приютом для украинцев стали мадридские ночлежки для трудовых мигрантов, а питались они по карточкам Красного Креста в комедорах (своеобразном общепите).

Абсолютно ясно: контроль над пребыванием в стране со стороны властей был не строгим, что лишний раз опосредованно подтверждает их непричастность к нарокотрафику. Воспользовавшись временным паспортом, Владимир Калинин 29 октября 2005 года просто-напросто выехал в Украину. Как полагает он сам, испанские власти «где-то были даже довольны произошедшим: в случае доказанности невиновности украинцев им были бы обязаны выплатить солидную компенсацию». В сложившейся же ситуации он стал нарушителем режима, которому по законодательству уже ничего не полагается.

Следом за старшим механиком ненавистную Испанию покинули еще трое моряков — его товарищи по несчастью. Капитан же остался в полной уверенности, что дождется суда и сможет доказать невиновность — свою и подчиненных.

— Сережа пострадал из-за своей порядочности, — убеждена Инна, супруга Масленникова. — Его просто-напросто подставили нечестные на руку работодатели. В результате он, невиновный, сидит в зарубежной тюрьме, а они разгуливают на свободе. Мы практически нищие, вынуждены были продать квартиру в центре Одессы и перебраться в другую область в село… Сережа же в ожидании суда после октября 2005-го провел в Испании еще три с половиной года. Несмотря на то, что еще во время нахождения в тюрьме «A Lama» у него был диагностирован рак горла.

Из письменного доклада капитана Масленникова Центральному следственному суду № 4 Мадрида: «После двух лет заключения я и экипаж были освобождены под подписку о невыезде из Испании, до суда. Без права на трудоустройство, после операции (рак горла), без средств к существованию, с обязательной ежедневной отметкой в полиции. Ожидание суда длилось с октября 2005-го по февраль 2009 года. Экипаж покинул Испанию из-за невозможности существования. Учитывая, что нахожусь в демократическом правовом государстве, и понимая, что мой побег будет признанием вины, я остался, чтобы не нарушать закон. Три с половиной года ожидания суда существовал, как мог, не нарушая закон. Остался, чтобы в обществе не получить клеймо наркоторговца, мафиози, так как на период задержания судна «South Sea» пресса Испании писала о задержании «русско-украинской мафии» и меня к ней причисляли. Хотя из задержанных более пятидесяти человек, исключая мой экипаж — пять человек, был один гражданин России — Армен Арутюнян и один — украинец (капитан и стармех т/х «South Sea»), но мафия была «русско-украинская».

В течение двух лет нахождения в тюрьме «A Lama» я был лишен постоянного адвоката, хотя неоднократно просил об этом (есть документы, подтверждающие этот факт). В течение двух лет я не получил ни одного ответа на мои рекурсо (апелляции. — Авт.), которые готовил без адвоката (также есть подтверждающие документы). В конце 2004 г. в тюрьме «A Lama» у меня появились боли в горле, и я просил письменно оказать мне медицинскую помощь. Консул Украины Коваль А.В. неоднократно обращался к начальнику тюрьмы об оказании мне медицинской помощи, а также к главврачу тюремной больницы, но безрезультатно. И только в мае 2005 г., когда я объявил голодовку — не только в знак протеста, но и из-за невозможности принимать пищу, — мне после десяти дней голодания начали оказывать медпомощь, это оказался рак горла. Испанский суд, в который я подал иск, в этом факте не усмотрел нарушений прав человека…

…На суде демонстрировалась первая судовая роль экипажа «Zudar VI» в оригинале. Она была подписана директором компании «Юми трэйд» Кононенко К.А., на что я обратил внимание суда, что первую судовую роль подписывает наниматель. Это говорит о том, что я и экипаж «Zudar VI» изначально были назначены виновными. Однако самое главное в том, что к бывшему директору Оруджеву Э.Г., о преступной деятельности которого я должен был догадаться (как утверждают следователи), Испания претензий не имеет. Справка Интерпола от 19.08.11 №1/960».

Хотя и это еще не все: испанскому правосудию документы оказались просто неинтересны. Более того, многие неопровержимые письменные доказательства невиновности Масленникова в суде… отсутствовали. Чтобы вынести обвинительный вердикт — девять лет и один день тюремного заключения, плюс астрономический денежный штраф в 69 миллионов 610 тысяч евро, — суду хватило… обычного делового знакомства обвиняемого с судовладельцем, которому принадлежал, в частности, «Zudar VI». Речь идет, как вы поняли, об Эдуарде Оруджеве — том самом, к которому «Испания претензий не имеет».

В конце 2009 года Масленников подал кассационную жалобу в Верховный суд Испании с целью пересмотра и отмены приговора. Два года спустя, в конце 2011-го, жалобу отклонили без мотивации.

Не вдаваясь в юридические нюансы, заметим лишь, что в приговоре не указывается, были ли (не были ли) наркотики на судне, которым командовал Масленников. Обвинение лишь предполагает, что он знал: наркотрафиком занимается руководитель компании (тот самый Оруджев, которого Испания так и не объявила в розыск). Обвинение также предполагает, что он знал: наркотики есть на судне.

Подобных «изысков» в так называемом «деле Масленникова» не счесть. Однако они предмет изучения и обжалования профессиональными юристами (адвокатами).

«Я НЕ ПРЕСТУПНИК»

…Только после бесчисленных устных и письменных обращений Масленникова за медпомощью и объявленной бессрочной голодовки тамошние медики соизволили, полгода спустя, осмотреть украинского «наркоторговца».

— Капитана исследовали в городской больнице, где диагностировали рак горла, а затем прооперировали, — рассказали в фонде помощи морякам «Ассоль», который уже ряд лет содействует (насколько это возможно из-за границы) разрешению этого сложного дела. — Хирургический разрез прошел от уха вниз, до самой ключицы и вверх — до середины подбородка. Оперировавший врач, обнаружив огромную опухоль, словно в насмешку, ругал капитана за несвоевременное обращение за медицинской помощью. Как будто тот находился не в заключении, где медпомощи лишали его нарочито. (К слову, когда капитан подал жалобу на несвоевременное оказание медпомощи, получил откровенную отписку. Спустя четыре года!).

После операции — курс химио- и радиотерапии. Как следствие, у пациента стремительно прогрессировал кариес. К постоянной зубной боли добавилось образование язв в полости рта. К моральным страданиям, вызванным ошеломительным приговором, присоединилась постоянная, не прекращающаяся ни на минуту боль физическая.

«У меня нет выхода, — писал капитан Масленников в своем обращении к Президенту Украины, Министерству иностранных дел и уполномоченному Верховной Рады по правам человека. — Я не могу добиться правды, и мне нечего терять. Испанское «правосудие» уничтожило мою жизнь, жизнь близких мне людей (за время тюремного заключения у Масленникова на родине трагически погиб сын. — Авт.), отняло любимую работу. Оно отняло у меня все, даже не побрезговало здоровьем. Но я не покорюсь, я сделаю все, чтобы доказать родным и близким, что я не преступник, хотя в это они и так верят…».

Именно благодаря активности «Ассоли» в конце прошлого года удалось организовать встречу Сергея и Инны.

— Мы заручились поддержкой дипломатических служб Украины в Испании, Международного комитета Красного Креста в Украине и Испании, — говорят в благотворительной организации. — Была затрачена масса сил, но своего добились: поездку и два свидания разрешили. Деньги на это собирали, как говорится, всем миром.

— Была договоренность о двух свиданиях, но перед самым отъездом удалось увидеть Сергея еще раз, — рассказывает Инна Масленникова. — В этом «бонусе» — заслуга отечественного консула в Испании Анастасии Негоды и православного священника тамошней русской диаспоры отца Андрея. За те почти десять лет, что мы не виделись с Сережей (плачет), скажу честно, я его не узнала… Выглядит он ужасно, болезнь не отступает, постоянного медицинского контроля нет. У него снова воспалительный процесс в горле. Для получения медпомощи надо написать заявление по особой форме, потом ждать ответа. Сергей написал…

Свидания проходили по два-три часа, прямо в тюремном помещении. Кажется, что и поговорить-то толком не успели. Так, по верхам… Когда я коснулась вопроса об экстрадиции в Украину — ведь он отбыл уже большую часть срока, — Сережа моментально прервал меня и как-то даже возмутился. Он категорически отрезал: «Я не намерен возвращаться на родину в качестве осужденного за уголовное преступление, которое не совершал». Он будет продолжать бороться за свое полное оправдание, требовать от испанских властей проведения настоящего расследования, найти истинно виновных. Сережа еще раз подчеркнул: «Я прошу не помилования, не снисхождения, а справедливости и защиты у своего государства».

Хватит ли у Масленникова сил и здоровья? Ведь взамен вырезанной опухоли в горле появилось другое новообразование…

— Капитан почувствовал те же симптомы болезни, — объяснили в «Ассоли». — Опять ему пришлось настаивать на своих правах, добиваться проведения сканирования, других исследований. Наконец, в марте Масленникову сделали операцию, еще одну…

Этот «шаг доброй воли» можно расценивать по-разному: и как ответную реакцию на многочисленные протесты мирового морского сообщества, возмущенного противоправными действиями по отношению к судоводителю, и как «презент» к его дню рождения. 31 марта Сергею Масленникову исполнилось 64 года. Десятый год он томится в заключении за рубежом. Окончание тюремного срока — 2016 год...

Общими усилиями найден хороший адвокат, который согласился вести дело капитана Масленникова. Средства на оплату услуг защитника опять же пришлось собирать, «с шапкой по кругу»: деньги давали соученики, друзья-моряки, просто неравнодушные люди. Есть надежда, что теперь что-то сдвинется с мертвой точки и удастся добиться справедливости.

— К сожалению, наша страна практически утратила отечественный флот, — прокомментировал общую ситуацию аналитик благотворительной организации «Фонд помощи морякам «Ассоль» Андрей Шевченко. — Сегодня морякам фактически идти некуда, только «под флаг». Работу они получают через посредников, при этом ряд крюинговых агентств, появляющихся на рынке, — это всего лишь конторы-однодневки, пытающиеся сорвать куш и быстро скрыться в тень. У них даже нет лицензии на деятельность и, конечно, они не собираются нести ответственность за то, что в дальнейшем происходит с нанятыми моряками.
4665

Комментировать: