Наша камера
на «Ланжероне»
Loboda Loboda
в Садах Победы
Погода в Одессе сейчас +7 ... +10
вечером +7
Курсы валют USD: 0.000
EUR: 0.000
Регистрация
Фильтр публикаций
Все разделы
Публикации по дате
Дата:

Вадим Черный: Анархист-комбинатор

Среда, 7 августа 2013, 15:01

Станислав Мирошниченко

Окна, 31.07.2013

В Одессе главу партии «Союз Анархистов Украины» Вадима Черного знают как самого скандального местного политика. Чиновников во главе с мэром он публично называет идиотами, что, впрочем, не мешает ему успешно вести в городе бизнес.
В свои 42 года Черный сколотил многомиллионное состояние, участвуя в сделках с недвижимостью, пережил несколько покушений на свою жизнь и, несмотря на публичную войну с государственной властью, изо всех сил рвется в Верховную Раду. Пока — безрезультатно.
На голове одесского бизнесмена Вадима Черного все еще «красуются» свежие шрамы. Это следы от ударов металлической трубой, которой его поколотили в апреле этого года.
Нападавший, проломивший ему череп в пяти местах, до сих пор не найден. За его труп Черный обещает $30 тыс. Причем вовсе не боится, что если обидчика найдут мертвым, подозрения сразу же падут на него.
«Я родом из тех лет, когда отучился пугаться, — флегматично заявляет он. — Да, я опасаюсь, принимаю меры, но никогда не боюсь».
Жесткая бескомпромиссность в борьбе со своими врагами — отличительная черта Черного. В равной степени это проявляется как в бизнесе, так и в политике.
Благодаря его стараниям в 2010 году из мэрского кресла в Одессе был выбит Эдуард Гурвиц, а на его место поставлен тогдашний глава Антимонопольного комитета Алексей Костусев. В благодарность за это Черный получил одну из самых денежных должностей в городской управе — место советника городского головы по борьбе с коррупцией.
Однако уже через год решил от нее отказаться, заявив, что «не может высидеть на двухчасовых совещаниях с выступлениями идиотов». Вопрос финансов уже не стоял — на горизонте замаячили новые выборы. На сей раз парламентские.
Черный решил выдвинуть свою кандидатуру по одесскому 133 мажоритарному округу, однако на выборах занял лишь шестое место. Что, впрочем, совсем его не огорчило.
Спустя 9 месяцев после выборов глава «Союза Анархистов Украины» без стеснения признается, что был техническим кандидатом. Причем главная функция, которая на него возлагалась, была весьма необычной — вести подрывную работу против официального кандидата от власти Алексея Гончаренко.
Пикантность ситуации заключалась в том, что оттягивать голоса нужно было с подачи Администрации президента, которая в условиях высокого рейтинга Гончаренко нашла в Вадиме Черном, пожалуй, самого опытного одесского политика, умеющего с помощью грязных пиар-технологий красиво и за деньги «топить» политических конкурентов.

— Если не принимать во внимание то, что на выборах вы частенько выступаете в качестве технического кандидата, как думаете, почему за вас так мало голосуют?

— Потому что я не люблю обманывать. Я человек обеспеченный и не боюсь говорить правду. Я не хочу ни перед кем плясать, как Петрушка на нитке. Если их устраивает правда — они голосуют, если не устраивает, — я пошел дальше заниматься своей работой. Естественно, избиратель голосует за того, кто говорит ему приятные вещи, а не за того, кто говорит, что ситуация не улучшится в ближайшие десятилетия, что мы можем просто уменьшить темпы ее ухудшения.

— Вы являетесь лидером политической партии с громким названием «Союз Анархистов Украины». Почему выбор пал именно на анархизм?

— Тут сыграли два фактора. Это моя личная приверженность идее свободы, неприятие чиновников, которые ее насилуют, а с другой стороны — это была единственная политическая ниша, которая на тот момент существовала. Остальные идеологические ниши были заняты. Если бы ниша была связана с коммунизмом или иной мерзкой идеологией, то, пожалуй, я бы политикой не занялся, но в данном случае была коммерческая и административная привлекательность.

— «Союз Анархистов Украины» — карликовая партия. В чем ее коммерческая привлекательность?

— Я бы не стал организовывать партию, которая является хронически убыточной. А вообще, знаете, любая хорошо раскрученная партия приносит доход.

— Но ведь ваша партия не раскрученная. О ней в масштабах Украины мало кто знает.

— Поэтому она и не дает больших доходов. Но себя окупает. Прежде всего, за счет участия в выборах, а также проведения акций, связанных с рейдерскими захватами и противодействием им.
Во время выборов всегда есть необходимость в технических кандидатах. Я не скрываю, что партия выдвигает технических кандидатов без какой-либо надежды на победу. В основном это делается для того, чтобы «мочить» того или иного оппонента.
Кроме того, мы зарабатываем на акциях против рейдерских захватов, ведь правоохранительные органы на подобные мероприятия со стороны партий реагируют быстрее, чем на протесты со стороны самих пострадавших.

— Какова стоимость ваших услуг?

— Наши мероприятия не должны быть убыточными. Дотировать что-либо мы не можем. В той мере, в которой это не убыточно, меня все устраивает. Я абсолютно уверен, что ни одна партия в Украине не живет за счет членских взносов, даже Партия регионов. Там, как правило, руководители партийных ячеек платят за всех остальных, потому что члены-то фиктивные.

— А у вас разве не фиктивные?

— Нет, у нас же маленькая партия, то есть мы ее не раздуваем до сотен тысяч членов.

— Как же вы обходите требование Минюста о наличии партийных ячеек в 2/3 областях?

— Это распространенная позиция Минюста, которая никак не связана с законом. Требование о количестве ячеек существует на момент регистрации. Но ведь никто не обязывает содержать такое количество ячеек после регистрации партии.
У нас есть какое-то количество ячеек, они все на самоокупаемости, дотируемых ячеек у нас нет.

— Кто является спонсором вашей партии?

— Говорить об этом было бы некорректно, потому что в отличие от других партий, которые называют фиктивных спонсоров, я не хочу обманывать. У нас нет крупных спонсоров. Партия не стоит больших денег, потому что у нас нет платных членов, платных мероприятий. Люди выходят, получают оплату своих расходов и этого достаточно.

— Одно из требований вашей партии — разгосударствление. При этом вы сами были мэром города Арциз в Одесской области. Не чувствуете диссонанса?

— Мэр города — это не государственная должность, а антигосударственная. Это местное самоуправление, которое как раз балансирует госвласть. Чем больше местного самоуправления, тем больше разгосударствления, тем меньше государственной власти.

— Тем не менее это власть. Посмотрите на нынешнего мэра Одессы Алексея Костусева или на предыдущего — Эдуарда Гурвица. Ведь они своего рода местные князьки. Чем вы отличаетесь от них?

— Безусловно, мэр может стать местным князьком. Одна и та же власть может быть направлена как на добро, так и на зло. Когда я был мэром, у меня весь аппарат горсовета состоял из 4 человек, включая меня. Так что не думаю, что кто-то скажет, что я пользовался властью во зло.
Тогда мы максимально развалили госсистему. Это было видно по тому количеству предпринимателей, которое появилось в моем городе. На 20 тысяч населения было зарегистрировано около 1,5 тысяч предпринимателей. Им никто не мешал, и они нормально работали.

— Вы и сами бизнесмен, владеющий миллионными активами. Однако анархисты в своем большинстве выступают за ликвидацию частной собственности. Неужели вы готовы отдать свои капиталы государству?

— Мы больше тяготеем к анархо-капитализму. К рынку, свободному от влияния государства. Безусловно, частная собственность должна существовать, но это не должна быть массированная частная собственность, которая переходит в монополию, когда это единственное предприятие в городе, основное предприятие в стране, когда это ключевая инфраструктура.
А вот мелкая и средняя частная собственность — это совершенно нормально. Крупная же собственность должна быть в общем управлении. Для этого во всем мире уже давно существуют акционерные структуры, то есть для этого государство тоже не нужно.

НЕ ПАТРИОТ

До кризиса основные активы Вадима Черного были сосредоточены в сфере недвижимости. Наибольший доход, как, впрочем, и головную боль, приносила сдача в аренду офисных помещений.
К примеру, неприглядное здание на Греческой площади в центре города, в котором разместились десятки фирм, — предмет нешуточной многолетней войны с экс-мэром Одессы Эдуардом Гурвицем.
В борьбе за здание и земельный участок под ним Черный, нынче на заказ отбивающий атаки рейдеров для других, на собственной шкуре испытал все прелести рейдерских захватов. Его даже хотели убить, чтобы решить проблему, но он сумел договориться с киллером.
В итоге все ограничилось двумя взорванными автомобилями и засыпанным подземным паркингом, который Черный строил возле своего офиса.
С приходом к власти Алексея Костусева нападки на бизнес нашего собеседника прекратились. Правда, он по-прежнему осторожен и предпочитает молчать о собственных активах.
«Это слишком личный вопрос, чтобы я его обсуждал. В этой стране не очень принято рассказывать о своем имуществе, и я бы не хотел быть исключением», — заявляет он.
Ведь когда-то Черный и с Гурвицем был дружен, а теперь они — заклятые враги. В большом бизнесе, где крутятся миллионы, нет никаких гарантий, что ситуация не повторится. Только теперь уже с новым мэром.
Ну а начинал Вадим Черный, как и многие проворные одесситы, с торговли. В период перестройки он оказался одним из первых, кто на «черном» рынке в Одессе «толкал» компьютеры. Правда, почувствовать вкус настоящих денег смог, лишь когда занялся торговлей платиной, золотом и бриллиантами.
Поставки драгметаллов молодой коммерсант наладил из Баку, а вот за бриллиантами приходилось ездить самостоятельно в Москву. Те непростые и, по признанию самого Черного, жуткие годы закалили его характер.
Оттого нынешние попытки отобрать у него бизнес нашему собеседнику кажутся сущими пустяками. Хотя дела в Украине он все же постепенно сворачивает, переводя активы за границу.

— Многие из ваших компаний зарегистрированы в офшорах на Виргинских островах. С какой целью вы это сделали?

— С целью ухода от налогообложения, а как еще в этой стране бывает? В этой стране частная собственность не имеет никакой ценности. Тут пересматривают права собственности двадцатилетней давности. Сейчас Одесская областная прокуратура заявляет иски по объектам, приватизированным в 1991 году, 1996-м.

— По вашим объектам такие прецеденты тоже есть?

— Нет. По нашим, конечно, есть определенные вопросы, но они более локальные. Например, есть вопросы по тем или иным земельным участкам. Понятно, что из-за постоянно меняющейся запутанной процедуры оформления земли в любом землеотводе можно найти нарушения. К нам тоже по некоторым землеотводам стали цепляться.
Думаю, что мы выиграем, но это сложный процесс. Пока же мы вынуждены выстраивать сложные структуры владения бизнесом, так как в Украине не признается право частной собственности. Наша компания, к примеру, является дочерней от очень крупной американской корпорации [ANB INTERNATIONAL CORPORATION]. Именно оттуда идут основные учредители. В общем, это очень запутанная корпоративная структура.

— Из каких соображений вы выбирали именно эту компанию?

— На счет ухода от налогов — это я пошутил… На самом деле это был вопрос инвестиций, вопрос контроля над собственностью. У нас давние отношения с американцами.

— Какие сферы инвестирования для вас сейчас наиболее интересны?

— В Украине — никакие. Мы здесь полностью остановили все новые проекты и ничего более запускать однозначно не планируем.

— О каких замороженных проектах идет речь?

— Мы собирались строить Торговый центр возле Привоза в Одессе. Еще — крупный жилой комплекс, коттеджные поселки за городом.

— Проекты, о которых вы говорите, связаны с недвижимостью. Между тем строительный и девелоперский рынок все еще не оправился от кризиса. Возможно, есть смысл переключиться на что-то другое?

— В реальности для украинских компаний сегодня осталось лишь три направления работы: если это мелкий бизнес, то он открывает магазинчики и через пару лет выходит из бизнеса; если это окологосударственный бизнес, то он аккуратно ворует на тендерах; если это крупный бизнес, то он обычно уходит в девелоперские проекты.
Очень многие мои друзья, у которых был самый разнообразный крупный бизнес, перешли либо в чисто финансовые операции, либо в девелоперские проекты. Потому что размещать в Украине производство нет никакого резона.
По сравнению с тем же Тайванем или Китаем у нас в принципе нет никаких конкурентных преимуществ. Если говорить о европейском лейбле, то лучше уж открыть производство в Чехии или Венгрии.
В Украине промышленности никогда не будет, забудьте об этом. Олигархи, которые амортизируют до нуля старые советские комбинаты, — это и есть вся промышленность.

— Вы бы хотели перевести свой бизнес исключительно за границу?

— Вопрос сложный, но в Украине мы действительно весь бизнес потихоньку сворачиваем. Я жил и в Америке, и в Эмиратах. То, о чем вы спрашиваете, — один из возможных сценариев развития событий. Украина в нынешнем состоянии, мне кажется, не может быть интересна ни одному нормальному человеку.
Страна уже прошла тот уровень, когда ее можно было восстановить. Мы привыкли, что есть страны, неспособные создать государство. Мы не удивляемся, что государства нет в Сомали, Афганистане или в Судане.
Но ведь Украина оказалась такой же страной, в которой невозможно создать государство. Государственный эксперимент не удался.

ПЛОТСКИХ УТЕХ МАСТЕР

Тема, которая явно не по душе Вадиму Черному, касается гостиницы «Зирка». В Одессе этот небольшой отель, принадлежащий нашему собеседнику, снискал славу борделя.
Местные жители говорят, что в разгар избирательной кампании 2012 года жизнь здесь била ключом: милиция то и дело устраивала облавы на сутенеров и проституток, а Черный уверял, что все это — провокация со стороны его политических оппонентов.
При этом на сайте гостиницы долгое время была размещена весьма любопытная инструкция для туристов, желающих провести ночь в компании одесской красавицы. Ее авторы рассказывали, как необходимо знакомиться с девушкой, сколько она должна выпить перед тем, как лечь с вами в постель, и чем услуги профессиональной проститутки отличаются от услуг любительницы.
Пикантности добавлял тот факт, что отельеры настоятельно рекомендовали идти с девушкой не к ней домой, а именно в отель. Дескать, так будет намного безопаснее. А поскольку бюджетная гостиница Черного находится недалеко от центра, лучшего места для плотских утех за деньги попросту не найти. Да и сама реклама «Зирки», расклеенная на городских маршрутках, и сейчас предлагает бюджетно «уединиться» на пару часиков именно в этом отеле.

— В Одессе существует устоявшееся мнение, что ваши отели — рассадники проституции и сводничества. Как вам такие обвинения?

— Они мне безразличны. Если бы что-то подобное было, милиция не прибегала бы к неоднократным провокациям. Несколько раз мы ловили милиционеров в «Зирке» на том, что они организовывали провокацию, приводя проституток. В силу своей недалекости они не понимали, что фигурируют на всех камерах слежения. Так что ничего подобного там нет. В «Зирке» неприятие проституции больше, чем в любой другой гостинице Одессы.

— Это еще почему?

— По простой причине: профессионалки отпугивают любительниц. Приходя заняться сексом и встречая профессионалку, любительница второй раз уже не придет, а это наши основные клиенты.
Поэтому проституция категорически не допускается. Немало сотрудников вылетело с работы за косвенное участие на уровне раздачи визитных карточек.

— И все же милиция заявляла о документировании нескольких фактов проституции в вашем отеле.

— В каждом таком случае на сайте «Храбро» опубликовано видео с камер наблюдения. И на каждом таком видео видно, что милиционеры сами приходили в гостиницу с проститутками. Причем эти проститутки были одеты как любая другая женщина — абсолютно не вызывающе. Каким образом администратор должен их проконтролировать? Никаким.

— По городу развешана реклама вашего отеля с обнаженной парой, дескать, хотите уединиться — милости просим. Номер на 2 часа, стоимость 72 гривни. Все очень недвусмысленно…

— Никто и не говорит, что в гостиницу люди не приходят заняться сексом. На вопрос об организованной проституции я дал прямой ответ — категорически нет. Люди же приходят заняться сексом, им нужно где-то заниматься.
Мы живем не в XVII веке, когда настоящие леди не шевелятся. Леди уже привыкли шевелиться. Потому что чем заниматься сексом в подъездах или у родителей дома, или в отсутствие жены дома, наверное, это лучше делать в гостинице.
Это один из эпатажных проектов, который я, честно говоря, люблю. Креативщиком данной рекламы был я.

— Руководство о том, как провести время с одесскими девушками, вероятно, тоже было разработано вами?

— Нет, не мной. Думаю, его написали авторы сайта, но не вижу никаких проблем. Я привык полностью отвечать за действия своих сотрудников. А какие проблемы?

— Там легко читается призыв к туристам пользоваться услугами проституток. Причем в отеле. Как я понимаю — в вашем отеле.

— Я сторонник легализации проституции. Не вижу в этом ничего плохого. Я вижу много плохого в деятельности сутенеров, милиционеров, которые «крышуют» проституцию и получают деньги от этих женщин.
Я не вижу проблемы в деятельности самозанятых проституток. Не понимаю, почему более разумно или морально женщине работать секретаршей за 1400 гривен в месяц, чем получать эту же сумму за один день?!
Если вы мне в религиозном тексте покажете запрет сексуальных отношений, я удивлюсь. Есть запрет на связь с девственницей. Есть запрет на связь с замужней женщиной. Никаких других запретов нет. Рекреационный секс никем не запрещен.
Мы живем в XXI веке, мы живем в эпоху, когда в магазинах продаются вибраторы, когда со спутника распространяются сотни порноканалов. Я не думаю, что нужно создавать моральную проблему из того, что к морали не имеет никакого отношения.

УЧЕНЫЙ ФОТОГРАФ

Вне бизнеса и политики главное увлечение Вадима Черного — наука. На протяжении многих лет он вплотную занимался теологией, а его скандальная книга «Иисус, не знавший Христа» наделала немало шума в религиозной среде. Однако самым главным своим научным достижением Черный считает разработанную им новую теорию гласных.
Согласно ей многие языки мира изначально были языками литургии, то есть предназначались для пения, а уж потом стали средством для бытового общения. Впрочем, есть у нашего героя и куда более приземленное увлечение — фотография. Именно о ней бизнесмен говорит с особым воодушевлением.

— В каком жанре вам нравится фотографировать больше всего?

— Когда-то я профессионально занимался гламурной фотосъемкой. Сейчас больше нравятся животные, их естественная мимика.

— Для этого вам достаточно одной Украины или же вы предпочитаете путешествовать по другим странам в поисках удачного кадра?

— Возможность сфотографировать интересных животных можно найти в любой стране. Но я люблю это делать в Африке, Европе, Японии. Чаще всего в зоопарках.

— Какой фотографией из вашей коллекции вы гордитесь в особенной степени?

— Это было в зоопарке Сан-Франциско. Там был носорог, а в соседнем вольере самка носорога. Она к нему все время поворачивалась задом. Носорог ходил по кругу у этого забора, и у него стал расти член. Он вырос до 1,5 метров, наверное.
После этого носорог повернулся, привычно залез на бревнышко в своей клетке и стал об него тереться. Что поразительно, глядел он при этом в небо. То есть у него существует образное мышление.
Глядя в небо, он, вероятно, представлял эту самку. Закончив свое дело, он грустно пошел в другой конец клетки. Из серии этих фотографий я сделал постер. Причем потом это были самые продаваемые мои фото.

— И сколько же можно заработать за такой постер?

— Одно приобретение стоит порядка $10-15. Фото выставлены в интернете на стоковом сайте и продаются всем, кто хочет их купить.

— Хотели бы стать фотокорреспондентом?

— Нет. Отличительная черта фотокорреспондента — интерес к людям, а у меня его нет. Мне больше нравятся вещи абстрактные.

— Что бы вы хотели сфотографировать, и в какой стране это было бы?

— Это не было бы страной. Известный американский ученый когда-то сказал, что в 1990-х мы мечтали о полетах на Марс, а они дали нам iPhone. К сожалению последние 20 лет мы с вами видим совершенно незначительные достижения в масштабах человечества. Поэтому если где и фотографировать, то только на Марсе. Сфотографировал бы что-то, доселе неизвестное человечеству.

ПЕРСПЕКТИВЫ

В ближайшие годы выпадать из политической обоймы Вадим Черный не собирается. Его услуги технического кандидата на всех выборах пользуются системным спросом. Так что фамилия Черного наверняка еще не раз всплывет в свете какого-нибудь очередного политического скандала в Одессе.
Что же касается бизнеса, то перспектив его развития в Украине главный анархист страны не видит. Смеем предположить, что в ближайшие годы бизнесмен постарается избавиться от всех компаний, которые представляют собою балласт его активов.
Наиболее же перспективные проекты Вадим Черный наверняка переведет за границу, а свою деятельность сосредоточит исключительно на рынке финансовых операций — там, где деньги, как известно, делают из воздуха.
4845

Комментировать: