Наша камера
на «Ланжероне»
Лобода Лобода
в Садах Победы
Погода в Одессе сейчас 0 ... +3
вечером -2 ... 0
Курсы валют USD: 25.638
EUR: 27.246
Регистрация
Фильтр публикаций
Все разделы
Публикации по дате
Дата:

Подарок одесситов: дирижерская палочка с бриллиантом

Суббота, 24 октября 2015, 10:25

Александр Левит

Факты, 15.09.2015

К 175-летию со дня рождения Петра Ильича Чайковского Одесский национальный театр оперы и балета подготовил большую программу

В течение десяти вечеров в Одесском театре оперы и балета звучали сочинения Чайковского: оперы «Пиковая дама», «Иоланта», балеты «Щелкунчик», «Лебединое озеро», «Спящая красавица». Изюминкой программы стала премьера — концертное исполнение оперы «Евгений Онегин».

— Наконец-то исполнилась моя мечта — поставить в театре «Пиковую даму», — говорит главный дирижер театра Александру Самоилэ. — Ну и обойтись на юбилее Петра Чайковского без «Евгения Онегина» просто нельзя. Правда, ввиду финансовых сложностей он у нас в концертном исполнении. Лирические сцены в трех действиях.

— Известно, что главы «Евгения Онегина» Александр Пушкин писал именно в Одессе, проживая в доме напротив нашего оперного, — вступает в беседу художественный руководитель театра Борис Блох. — Поэтому для всех так важна данная опера.

Чайковский был скромным, самокритичным композитором. Можно сказать, что его жизнь делится как бы на два периода — до создания «Пиковой дамы» и после. В нашу юбилейную программу включен и концерт романсов Чайковского, который мы назвали «О жизнь! О лес! О солнца свет!», где звучат более 20 его самых прекрасных произведений (из 100 написанных) в исполнении 20 ведущих солистов оперы.

Петр Чайковский был в Одессе в январе 1893 года, когда приезжал на генеральную репетицию и премьеру «Пиковой дамы». Находясь в зале театра во время репетиции, композитор делал замечания и давал советы исполнителям главных партий, а также дирижеру. Одесса стала одним из первых городов мира, в котором прозвучал этот гениальный оперный спектакль.

Тогда в театре Чайковскому от антрепренера Грекова преподнесли клавир «Пиковой дамы» в красном плюшевом переплете, с обложкой в виде двух серебряных пластин. На одной из них — надпись «Пиковая дама», венок и дама пик. На другой — веером три карты: тройка треф, бубновая семерка и пиковый туз. После спектакля Мария Заньковецкая с группой украинских драматических актеров, гастролировавших в Одессе, подарила композитору венок из живых цветов с надписью на ленте: «Смертные — бессмертному».

Вскоре Петр Ильич посмотрел спектакль с участием Марии Заньковецкой. Композитор вышел на сцену и торжественно преподнес актрисе венок, на котором были слова: «М. К. Заньковецкой — бессмертной от смертного».

Как рассказали «ФАКТАМ» в Одесской национальной музыкальной академии, тогда, в 1893 году, композитор активно участвовал в культурной жизни города. 16 января дирижировал концертом из своих произведений, 21-го и 22-го — концертом в пользу нуждающихся учеников Ришельевской гимназии и благотворительным концертом Славянского общества.

Сохранились воспоминания скрипача Семена Левина, одного из тогдашних оркестрантов Одесского театра. Он лично знал Чайковского и Римского-Корсакова, многие годы отдал преподавательской деятельности. Музыкант пишет, что 12 января 1893 года Чайковского на вокзале встречала восторженная толпа людей. «С этого дня почти на две недели он стал предметом восторженного поклонения одесситов, — вспоминал Левин. — 24 января он писал Анне Мерклинг: «Никогда я не испытывал еще ничего подобного тому, что теперь происходит. Меня чествуют здесь как какого-то великого человека, чуть не спасителя отечества, и тормошат во все стороны до того, что я не имею возможности свободно вздохнуть. Вот уже почти две недели, что я здесь, и за это время успел дирижировать в пяти концертах, сделать бесчисленное количество репетиций, съесть массу обедов и ужинов, даваемых в мою честь…»

Был назначен день репетиции, на которую мы шли как на большой праздник. Задолго до назначенного часа все оркестранты были на своих местах. Появление Чайковского встретили громом аплодисментов. Репетировали Четвертую симфонию, балет «Щелкунчик» и оперу «Пиковая дама». Во время репетиции оперы Чайковский находился возле барьера оркестра и по мере надобности делал указания оркестрантам. Хорошо помню такой факт: когда у вторых скрипок встретилось затруднение, композитор подошел и показал, как следует играть соответствующее место в несколько облегченном виде.

Жил Петр Ильич в Театральном переулке, против городского театра. Нам сказали, что если кто-нибудь из нас хочет лично познакомиться и побеседовать с Петром Ильичом, то можно зайти к нему домой. Обрадованные этим предложением, мы не заставили себя долго ждать. Уходили от него очарованные. Поражала скромность, задушевность и простота, с какой беседовал с нами великий композитор».

Одесские газеты едва ли не все номера посвящали отчетам о каждом шаге знаменитого композитора. Настроение его заметно улучшилось, тоска прошла, но ежедневная суета сильно утомляла. Очевидец вспоминал: «Когда публике стало известно, что в одной из лож сидит Чайковский, театр огласился шумными, долго не смолкающими аплодисментами. Прятавшийся за спинами своих соседей композитор вынужден был высунуться из ложи и раскланяться. Антрепренер театра Иван Греков тщетно просил Петра Ильича показаться публике».

В гостиничном номере Чайковского постоянно толпились люди. Одни просили автограф, другие — прослушать игру вундеркинда. Петр Ильич терпеливо принимал их, но родители юных музыкантов не удовлетворялись устными одобрительными отзывами и требовали письменной характеристики.

Один из очевидцев тех событий Кауфман пишет: «В Одессе интервьюеры взапуски бегали за Чайковским и осаждали его вопросами, на которые он, для вящей точности, давал письменные ответы. Впрочем, он не сразу сдавался интервьюерам и пытался уклоняться от бесед, добродушно замечая, что его мнения ни для кого не интересны. Но отказывать, причинять кому-либо неприятности, язвить Чайковский не умел. Помню, на одной репетиции оперы Петра Ильича капельмейстер Эммануэль заметил: «А знаете, Петр Ильич, в «Мазепе» попадаются нюансы из «Евгения Онегина», «Опричника» и других опер». «А знаете, маэстро, — ответил ему в тон Чайковский, — и «Мазепа» — моя опера, как и «Евгений Онегин», и «Опричник». Эммануэль понял неуместность своего замечания».

В администрации Одесского оперного подчеркивают, что в разные годы на подмостках этого театра пели Энрико Карузо и Федор Шаляпин, танцевали Анна Павлова и Айседора Дункан, концертировали Сергей Рахманинов и Александр Скрябин, играли Сара Бернар и Элеонора Дузе, дирижировал оркестром Николай Римский-Корсаков. Однако именно Петр Чайковский оказал особое влияние на вкусы одесситов. Петра Ильича буквально выносили со сцены на руках, а члены музыкального общества преподнесли ему дирижерскую палочку из черного дерева с золотой рукояткой, украшенную лирой с бриллиантом. Достоверно известно, как маэстро в письме к своему младшему брату Модесту писал: «Никогда мне так не приходилось уставать от дирижирования, как в Одессе. Но зато никогда и нигде меня не возносили, не фетировали, как здесь. Если б хоть десятой доли того, что было в Одессе, я мог бы удостоиться в столицах!»

В Одессе был написан единственный из дошедших до нас живописный портрет композитора. Во время репетиций в зале находился одесский художник Николай Кузнецов, рисовавший Чайковского, который чутко реагировал на происходившее на сцене. Петр Ильич случайно увидел наброски и согласился позировать для портрета на парадной лестнице театра. Художник сумел запечатлеть Чайковского-творца, глубоко и напряженно мыслящего и чувствующего музыканта. Портрет сейчас находится в Третьяковской галерее.

Планировалось, что осенью того же года Чайковский приедет в Одессу в связи с постановкой «Иоланты». Смерть помешала этим планам, но «Иоланту» все-таки поставили, ее премьера состоялась в назначенный срок.
8758

Комментировать: