Наша камера
на «Ланжероне»
Loboda Loboda
в Садах Победы
Погода в Одессе сейчас -2 ... -1
ночью -4 ... -2
Курсы валют USD: 0.000
EUR: 0.000
Регистрация
Фильтр публикаций
Все разделы
Публикации по дате
Дата:

Улица принимает всех

Четверг, 15 августа 2013, 21:39

Яна Пизинцали

Одесская жизнь, 21.07.2013

Эти люди остались без крова, по тем или иным причинам выпали из социума. И теперь вынуждены жить на улице. Они невидимы в буквальном смысле слова. Мы проходим мимо них каждый день, не замечая. Они — бездомные. Люди, которые рядом с нами.

ЛЮДИ, ЖИВУЩИЕ НА УЛИЦЕ, — КТО ОНИ?

— Вы же бываете летом в Аркадии, — обращается ко мне сотрудник благотворительного фонда «Дорога к дому» Роман Тимофеев. — Там очень много бездомных детей. Если присмотритесь — обязательно увидите. Да и не только в Аркадии… Несовершеннолетние ребята, раздающие рекламные флаеры в районе «Привоза», мальчики, запускающие цветные фонарики у железнодорожного вокзала. Просто люди предпочитают не видеть неприятного и не замечают их.

Они живут в подвалах домов. Летом ночуют в парках, а зимой согреваются на теплотрассах. Они то и дело мелькают в толпе, среди привычных, озабоченных, нахмуренных лиц. У каждого из них своя история: кто-то приехал в Одессу «на заработки» и не смог трудоустроиться. Кто-то потерял жилье в результате многочисленных кризисов, сотрясающих Украину на протяжении последних 20 лет. Кто-то оказался на улице, будучи просто изгнан из дома «любящими» родственниками, или в результате алкоголизма… Наиболее беззащитные — дети. Чаще всего сбегают из неблагополучных семей, из интернатов. Улица принимает всех.

В ПОИСКАХ ПУТИ

Сотрудница фонда «Дорога к дому» и руководитель специальной программы «Социальный патруль» Инна Никифорова ведет нас в одно из мест, которое стало приютом для бездомных. В подвальном помещении горит электрический свет. На полу — старые ковровые покрытия. Самая простая мебель, телевизор в углу. Здесь живет несколько человек: две молодые женщины и парень Виктор со своей девушкой. Ради этой комнаты в подвале, которую выделило государство, и небольшой зарплаты Виктор работает дворником в этом же дворе. На одной из кроватей блаженно растянулась кошка с котятами. Виктор смотрит на меня настороженно и внимательно. Он готов поговорить, но не хочет фотографироваться и называть настоящее имя — боится проблем с милицией.

— На улице впервые я оказался ребенком, — рассказывает он. — Сейчас мне 31 год. Моя мать сильно пила, и я уже в шесть лет должен был сам себе искать еду и заботиться о себе. До десяти лет я попрошайничал, а с двенадцати начал воровать. В 16 лет попал в тюрьму. Вышел… и оказался на улице.

Виктор на минуту задумывается.

— Но мне повезло. Я встретил тех, кому оказалось не все равно, что со мной будет дальше. У меня есть любимая. Я нашел работу, перестал воровать…

В глазах Виктора — надежда. Он говорит долго и убежденно — о том, что государство должно больше обращать внимание на проблемы бездомных, помогать людям, которые попали в сложную ситуацию, вернуться в социум. Девушки молча слушают его, устроившись по углам в неказистых креслах советского образца.

— Я хочу изменить свою жизнь, — говорит Виктор. — Понимаете, я многое прошел. Раньше я никогда в своей жизни не работал. Чтобы я когда-то подметал улицу, убирал — такого не было. Это было для меня омерзительно, унизительно. Но сейчас для меня все по-другому. Я работаю и зарабатываю, и это честный хлеб. Он слаще, ведь я не отобрал его у кого-то, а заработал собственными руками.

Я спрашиваю Виктора: в чем нуждается человек в таком положении, как он? Что ему больше всего было нужно там, на улице? И он уверенно отвечает:

— Мне нужен был кто-то, кто мог быть рядом со мной и поддерживать меня…

ГРАНИЦЫ БЛАГОПОЛУЧИЯ

С Инной Никифоровой у нас был долгий разговор. О том, как разрослась «община» бездомных детей в начале 2000-х годов. Как «Социальный патруль» выезжал в «горячие точки» города, в которых жили десятки детей, оказавшихся ненужными у себя дома. Как по-прежнему сегодня через границу текут в Украину мигранты из Молдовы. Им кажется, что здесь они окажутся в новой, благополучной жизни, а на самом деле здесь для них только улица. С одной из таких мигрантов Марией, меня познакомила Инна.

Несколько лет назад она приехала в Одессу из Приднестровья. С работой не сложилось, втянулась в маргинальную компанию, нюхала клей. Когда в первый раз сотрудники «Социального патруля» забрали ее с улицы в больницу, она была беременна. Сбежала. Но потом вернулась, родила. Оставила в роддоме ребенка и ушла. Снова — на улицу, а затем — в тюрьму. Выйдя на свободу, Мария предпочитает жить на улице. Здоровье подорвано, девушка с трудом говорит.

— Чего бы вам хотелось сейчас? — спрашиваю ее.

— Вернуть моего ребенка, — прошептала она.

А В ОБЛАСТИ — ЕЩЕ ХУЖЕ

— Если сейчас бездомных меньше, чем несколько лет назад, это не означает, что меньше людей оказывается на улице, — уверена Инна. — Все дело в том, что общественные организации, благотворительные фонды, религиозные общины постоянно работают с этими людьми и как могут удерживают ситуацию в рамках нормальной.

То, что мы не замечаем, часто находится рядом.

— Я знаю дом в центре города, где есть неблагополучная семья, — говорит Инна. — Они живут очень бедно. Девушка там один раз уже родила и теперь снова беременна. Нет никого, кто мог бы помочь ей. Есть все шансы, что она вскоре окажется на улице.

Еще более угрожающая ситуация в области. В условиях безработицы и отсутствия социальной защиты там расцветает бедность.

— В Усатово, всего в нескольких километрах от Одессы, стоит заброшенный дом, в котором живут старая женщина, ее дочь и несколько маленьких детей. В доме нет ничего: ни отопления, ни других условий, он абсолютно не пригоден для жилья, — рассказывает Инна.

И это только часть проблемы. Это верхушка айсберга, у которого «под водой» — избиваемые мужьями женщины, дети, чьи родители не считают нужным забрать их из приюта, «жители» теплотрасс, свернувшиеся клубком под одеялом…

Но мы все так же делаем вид, что этих проблем нет.
4880

Комментировать: