Наша камера
на «Ланжероне»
Лобода Лобода
в Садах Победы
Погода в Одессе сейчас -4 ... -2
утром -5 ... -3
Курсы валют USD: 25.899
EUR: 27.561
Регистрация
Фильтр публикаций
Все разделы
Публикации по дате
Дата:

Убийство Бориса Деревянко всё-таки не раскрыто

Пятница, 22 апреля 2011, 05:00

Борис Штейнберг

Порто-франко, 15.04.2011

(Продолжение. Начало в № 12.)

Негативная роль министра внутренних дел Украины Юрия Кравченко в расследовании убийства Бориса Деревянко проявилась хотя бы в том, что через неделю после совершения преступления он снял с должности начальника Одесского городского управления внутренних дел Анатолия Берладина.

Опытнейший следователь Берладин был одним из руководителей расследования, держал в своих руках и голове очень многое. Кроме того, он мог быть сдерживающим фактором в совместной работе с высокопоставленными коллегами-розыскниками, для которых, что ни говорите, на первом месте всё-таки находится пресловутое «давай, давай!»

Горечь Анатолия Ивановича была так велика, что он пошел на беспрецедентный шаг: будучи уже уволенным с должности начальника (хотя и оставаясь ещё формально в штате), он созвал в здании городского управления пресс-конференцию, на которой заявил: «В этой системе работать больше не буду!» И хотя, отвечая на вопрос, не скажется ли его увольнение на ходе расследования, Берладин заметил, что «не такой уж я Шерлок Холмс» и что «работу над раскрытием этого убийства продолжают опытные сотрудники», всё же он признал, что пословица «Коней на переправе не меняют» в данном случае верна.

...Министр Кравченко пожурил уже покойного редактора Деревянко за то, что тот не информировал вовремя правоохранительные органы о грозившей ему опасности, которую он чувствовал, и о тех неприятных происшествиях, которые с ним происходили.

Ну, во-первых, — информировал. А во-вторых... Не чувствовал ли себя Борис Фёдорович обложенным со всех сторон? Откуда было ждать смертельной каверзы?

С одной стороны — бандиты. С другой — вроде бы единомышленники, добрые друзья — силовики, пооткровенничав с которыми... можно выйти на финишную прямую жизни. И если Деревянко со своим чрезвычайно развитым чувством опасности не счёл нужным открываться, несмотря на опасность, то дело тут не в какой-то его бесшабашной смелости, а в реальной угрозе нарваться на врага.

А то, что многоликий враг в правоохранительных структурах (тоже) реально существовал, говорит и ход расследования убийства, подделка важнейших документов и прочие вопиющие фальсификации и обман, выяснившиеся ещё до суда и в его ходе.

Взять хотя бы подмененный лист судебно-медицинской экспертизы тела, который кардинально поменял картину убийства. Общественный обвинитель на процессе журналист «Вечерней Одессы» Юрий Иванов демонстрировал суду копию первоначальной страницы. Но суд никак не среагировал на этот и другие аргументы, предложив Иванову все свои претензии изложить потом в кассационной жалобе. Однако это был обман. Процессуальные права общественного обвинителя — достаточно большие в ходе судебного процесса — были чрезвычайно малы при обжаловании, и он, как оказалось, фактически не мог обжаловать приговор в том объёме, в котором пытался это сделать.

Так кто и почему подменил лист судебно-медицинской экспертизы? Задавался Юрий Иванов и другими вопросами. Например, публично (и безуспешно) требовал привлечь к уголовной ответственности офицеров милиции, дававших в суде ложные показания.

...Приговор был вынесен в марте 1999 года. А 31 декабря 2001 года Юрий Михайлович застрелился из обреза на Таировском кладбище на могиле матери. Так во всяком случае гласит официальная версия. Полагаю всё же, что эта версия верна: некоторые обстоятельства указывают на то, что Юрий Михайлович, которому пришлось перенести в зрелом возрасте тяжелые жизненные испытания, был склонен к суициду.

...А как вам нравятся пять испорченных видеокассет, на которых были запечатлены важнейшие следственные действия первых дней после так называемого раскрытия убийства?! Произошло это в ходе предварительного расследования в здании областной прокуратуры. Когда я тогда в газете «Порто-франко» сообщил о пропаже, официальные лица меня жестко опровергли, заодно перекрыв на несколько лет доступ на мероприятия прокуратуры для журналистов.

Бог с ними, с мероприятиями. Так ведь оказались правы официальные лица, опровергая то, что видеокассеты исчезли! Есть они, родимые. Ну, а то, что на них ничего не видно и не слышно, это уже другой вопрос. А произошел этот казус якобы из-за того, что «во дворе прокуратуры проводилась электросварка, и кассеты размагнитились»! И прошёл этот бред как ни в чём не бывало, и никто врага среди своих так и не выявил, да и не очень-то стремились выявить.

И ещё пару слов о роли министра внутренних дел Кравченко в этом деле. Юрий Федорович на следующий день после задержания Александра Глека, так называемого убийцы, заявил, что подтвердилась основная версия убийства — «из-за профессиональной деятельности Бориса Деревянко».

Это была откровенная ложь. Ведь вскоре стало известно, что Глек якобы сообщил, что не знал, в кого стрелял. Кроме того, и в дальнейшем совершенно нет никаких оснований говорить о том, что подтвердилась какая-либо версия. Во всяком случае, в материалах дела ни единого доказательства правильности версии о профессиональной деятельности нет, как, впрочем, и никакой другой. Хотя, конечно, большинству из нас эта версия кажется наиболее правдоподобной. Но откуда министр Юрий Кравченко знал, что подтвердилась профессиональная версия?! Этого мы от него уже не узнаем.

...А теперь перенесёмся мысленно в пасмурное одесское утро 11 августа 1997 года. Перекрёсток Академика Филатова — Гайдара.

(Окончание следует.)
2972

Комментировать: