Наша камера
на «Ланжероне»
Loboda Loboda
в Садах Победы
Погода в Одессе сейчас -5 ... -3
вечером -6 ... -5
Курсы валют USD: 0.000
EUR: 0.000
Регистрация
Фильтр публикаций
Все разделы
Публикации по дате
Дата:

Тим Северин: по маршрутам первых мореплавателей

Суббота, 3 января 2015, 21:32

Наталья Харченко

Слово, 25.12.2014

Знаменитый путешественник дал эксклюзивное интервью газете «Слово»

Каждый человек – сам хозяин своей судьбы и только ему решать, будет ли его жизнь полной необычных и ярких событий. Это нехитрое правило примером всей своей жизни доказывает знаменитый британский географ, исследователь, писатель и путешественник Тим Северин, необычайная судьба которого – результат тех огромных усилий, которые когда-либо прилагал человек в своем стремлении понять неразгаданное.

Неутомимый искатель приключений, он всю жизнь посвящает изучению древних мифов и легенд, решаясь на самые отчаянные путешествия и с их помощью проверяя научные теории. Тим переплыл на небольшой кожаной лодке через Северную Атлантику к берегам Америки, доказав таким образом возможность того, что Северную Америку ирландцы могли открыть примерно на пять веков раньше, чем норманны. Он исследовал достоверность древних мифов о Ясоне и аргонавтах, пошел на воссозданной копии древнегреческого судна по маршруту Одиссея, изучил происхождение сказок о Синдбаде-мореходе, отправившись в авантюрное плавание из Омана в Китай на копии древнего арабского судна… Но все началось в 1960 году, когда легендарный ученый, а тогда еще студент Оксфордского университета, решился на свою первую научную экспедицию – по бескрайним пустыням Азии, чтобы исследовать и повторить маршрут знаменитого путешественника Марко Поло. От Венеции до Гиндукуша члены команды проекта прошли по пути, который Поло описывал почти семьсот лет назад – через Турцию, Иран и Афганистан, сравнивая описания со своими впечатлениями.

— Тим, вы отправляетесь в самые сложные экспедиции, на которые когда-либо отваживались люди и литературные герои, расскажите, как все начиналось, и что запомнилось больше всего во время первых проектов?

— Сразу отмечу, что все мои экспедиции — результат усилий большой команды, которая всегда участвует в подготовке проекта. Без этих людей, их опыта и советов, к которым я всегда прислушиваюсь, ни одно путешествие не состоялось бы.
В свою первую экспедицию я отправился в 1960 году, когда учился в университете. Наша команда попыталась повторить по суше путь, которым прошел караван Марко Поло. Таким образом, мы стремились разгадать загадки одной из самых замечательных книг XIII века — «О разнообразии мира», рассказывающей о путешествии Марко Поло в Китай. Стараясь в точности следовать маршруту, мы хотели сравнить описания Марко со своими впечатлениями и попутно получали удовольствие от путешествия. Конечно, в таких проектах много «романтики»: запомнилось, как праздновал свое 21-летие в бескрайней пустыне Ирана. У нас на троих была лишь половина канистры бензина, которую пришлось вылить на песок, чтобы разжечь костер, и все три промерзших путешественника-мотоциклиста смогли хоть немного согреться. Помню также то гостеприимство, с которым нас встречали жители отдаленных деревень на всем протяжении маршрута…
Первая морская экспедиция была в 1976 году. На точной модели старинной кожаной ирландской лодки мы попытались повторить переход ирландского мореплавателя Святого Брендана через Атлантику к «Острову Блаженных». Мы хотели проверить, мог ли Брендан добраться до берегов Северной Америки. Оказалось, это вполне возможно. Тогда при строительстве кожаной лодки, на которой и совершалось плавание, я впервые для себя использовал метод строительства копии античного судна.
Что вдохновляет на такие путешествия? Чувство любопытства. Всегда интересно ограничить себя теми же условиями, что и у первых путешественников, попытаться скопировать их жизнь, изучить жизненный опыт…

— Эта экспедиция, кстати, была одной из самых опасных. Как вам удалось элементарно «выжить» на небольшой двухпарусной лодке, сшитой из бычьих кож, в суровых условиях пятидесятых-шестидесятых широт Северной Атлантики?

— Этот проект действительно стал одним из наиболее опасных. Передвигаясь на открытом куррахе мимо Гренландии по направлению к Ньюфаундленду, человек, конечно же, ощущает в буквальном смысле на себе и плохую погоду, и огромные, крушащие всё на своем пути волны. В такие моменты понимаешь, что твоя жизнь напрямую зависит от умения сохранять спокойствие, навыков рулевого, наконец, от элементарной способности твоей лодки держаться на воде. И еще от того, насколько правильно ты рассчитал перед началом путешествия, что оно вообще физически возможно.

— «Путешествия Синдбада», основанные на рассказах арабских купцов и описанные в «Тысяче и одной ночи», стали основой вашей следующей экспедиции. Вы нашли глубокие связи этой сказки с реальными событиями, повторив древний маршрут торговли шелком и специями через Арабское море в Индию. Какие важные научные открытия стали результатом этой экспедиции?

— Нам удалось подтвердить эффективность ранней арабской навигации по звездам. Но, наверное, наиболее интересные наблюдения касались поведения нашего судна «Сохар» на воде. Мы научились обращаться с его такелажем и подтвердили мореходные качества океанских парусных судов, скрепленных вместо гвоздей кокосовыми веревками.
Подготовка к проекту была достаточно сложной — начиная с отбора материалов для строительства судна по средневековой технологии — древесины, кокосовых веревок, и вплоть до сложнейшего процесса конструирования судна, которое выполнялось вручную. Мой экипаж состоял из волонтеров, готовых к такому приключению, это были: оманский сержант полиции, молодой полицейский констебль, двое из морского флота султана, а также те, кто ходил со мной в море ранее, плюс доктор, пара морских биологов, кинооператор, звукорежиссер, военный. Все вместе — и арабская и западная часть экипажа — работали в тесной связке все восемь месяцев путешествия.
Когда ты находишься на борту небольшого судна в путешествии по бескрайнему океану, это всегда ни с чем не сравнимая атмосфера. Образ и ритм жизни совершенно меняются и, конечно же, присутствует чувство взаимозависимости между всеми членами экипажа.

— Ваш маршрут пролегал из Омана в Китай — от берегов Аравии через Индию. Цейлон, Сингапур и Малайзию. Это около семи с половиной месяцев пути, за время которых вы познакомились с самыми разными культурами и народами…

— Для нас это был необычайный калейдоскоп культур и народов — от малабарского побережья Индии до народов Суматры и Китая. Но с другой стороны, прибытие к берегам средневекового судна из Омана для местного населения тоже могло показаться не менее необычным.

— В своей экспедиции по следам аргонавтов вы доказали реальность событий мифа «о золотом руне», пройдя на точной копии древнегреческого парусного судна около 1500 миль от Греции до Грузии. Это путешествие было для вас настолько же поэтично, как и арабская экспедиция?

— Если путешествие на «Сохаре» было исполнено романтики, тропического тепла и красок, то следующий проект кардинально отличался по своей атмосфере. Экспедиция по маршруту Ясона — это прежде всего тяжкий труд, лишения и стесненные условия, в которых мы оказались. Но все же мы воспряли духом, когда, наконец, увидели сушу — уже в Грузии — в нашем финальном месте назначения.

— А как вы подбираете экипаж для ваших экспедиций?

— Мне импонирует чувство юмора, способность нестандартно мыслить и легкий взгляд на жизнь. Конечно, помогает, если у человека также присутствует опыт морских экспедиций или практические знания. Например, в области медицины или кораблестроения.

— В Украине постоянная проблема путешественников — поиски спонсоров для экспедиций. В Британии, наверное, с финансированием таких проектов проще?

— Нехватка финансирования — вечная проблема путешественников абсолютно везде! И она никуда не уходит даже после полдюжины таких экспедиций. Большинство своих проектов я финансировал благодаря написанию книг о них. Также всегда тщательно просчитывал стоимость проекта, делая ее настолько низкой, насколько это возможно. Для сравнения, общая стоимость моей экспедиции на Молуккские острова в Индонезию по маршрутам викторианских натуралистов в итоге оказалась ниже, чем, например, сумма, затраченная телеканалом «ВВС» лишь на оплату такси во время съемок документального фильма о Птичьем Рае в этом же регионе.

— А какое судно из построенных для ваших путешествий, оказалось наиболее сложным в изготовлении?

— Невозможно сказать, что было сложнее строить: бамбуковый плот, древнее арабское судно, ирландский куррах… Могу лишь сказать, что строить греческую галеру или же индонезийскую рыбацкую лодку было легче, так как эту работу выполняли местные мастера, владеющие традиционными техниками кораблестроения, и для нас эти техники были исторически оправданы.

— Путешествие на тайваньском бамбуковом плоту через Тихий океан, в котором вы проверяли теорию, могли ли древние китайские мореплаватели достигать берегов Америки, было одним из наиболее удивительных. И в первую очередь тем, что плот, к счастью, выдержал этот «эксперимент»…

— Мне очень повезло, что в Шамшоне на побережье Вьетнама на тот момент еще можно было отыскать специалистов по строительству плотов и рыбаков, знавших технологию конструирования именно таких бамбуковых плотов. Как мне рассказывали, сейчас эти навыки, к сожалению, полностью утрачены.

— Но доказательство того, что азиатские моряки несколько тысяч лет назад вполне могли передвигаться по этому маршруту — от Китая до Америки — далось чрезвычайно нелегко. Насколько изнурительным было путешествие для команды и каково это: наблюдать за тем, как изо дня в день плот, на котором совершалось плавание, постепенно разрушается?

— К всеобщему удивлению моя команда и я остались в хорошей форме даже под конец этого эксперимента! И это несмотря на то, что мы вынуждены были в конце концов покинуть плот, пройдя около 90 процентов от запланированного маршрута.

— А когда вы впервые решили снимать документальные фильмы о ваших проектах?

— Еще во время первого своего серьезного проекта — экспедиции по маршруту Святого Брендана. Мы понимали, что важно задокументировать экспедицию. Отчасти для того, чтобы обеспечить финансирование, но в основном — чтобы записать проект полностью. Поскольку маловероятно, что это путешествие когда-нибудь будет повторено.
Так что я видел технологический процесс съемки кино еще с помощью механических кинокамере 16-миллиметровой кинопленкой, и вплоть до современных компактных видеокамер, имеющих защиту от ветра и волн. Могу сказать, что в наши дни съемка стала намного проще.

— Что вас вдохновило на еще одну необычную экспедицию — по маршруту Робинзона Крузо?

— В детстве, как и многие дети, я, конечно же, читал удивительную сказку Даниеля Дефо о Робинзоне Крузо и восхищался сюжетом этой книги. Но мы отправились в эту экспедицию не из-за жажды аналогичных приключений. Главной причиной, побудившей меня исследовать правдивую основу этой сказки, стало существовавшее на тот момент предположение, что традиционная трактовка (согласно которой прототипом героя романа была реальная история шотландского моряка Александра Селькирка) звучит неправдоподобно. Я хотел исследовать, мог ли автор, Даннель Дефо, быть подвержен влиянию еще и других легенд.

— Какой из проектов кардинально изменил вашу жизнь?

— Несомненно, экспедиция по маршруту Святого Брендана. Моя книга о ней была переведена на многие языки. И даже 50 лет спустя она выходит большими тиражами. Этот проект полностью изменил мою жизнь. С тех пор меня воспринимали всерьез, когда я предлагал следующие экспедиции.

— Скажите, а какие загадки истории лягут в основу ваших новых книг?

— Я до сих пор зарабатываю на жизнь тем, что пишу исторические новеллы преимущественно на морскую тематику. Одна из них — трилогия о викингах, в которой речь идет о событиях, происходивших в 1000-м году. Следующая трилогия о пиратах. Она основана на моем изучении путешествий и открытий мореплавателей поздних 1600-х. Находя разгадки тайнам истории, всегда приятно украшать их небольшой толикой сказки, навеянной моим личным опытом мореплавания.

Рассказ об одесский создателях копий древних судов читай ЗДЕСЬ.
6682

Комментировать: