Наша камера
на «Ланжероне»
Loboda Loboda
в Садах Победы
Погода в Одессе сейчас -3 ... +1
днем 0 ... +3
Курсы валют USD: 0.000
EUR: 0.000
Регистрация
Фильтр публикаций
Все разделы
Публикации по дате
Дата:

Советская республика под Одессой

Среда, 9 апреля 2014, 18:03

Мария Котова

Слово, 10.04.2014

Журналисты газеты «Слово» побывали на месте базирования героического партизанского соединения под командованием Степана Дроздова.

Одесса и катакомбы - такое же неразрывное понятие, как, к примеру, Одесса и море. Одесские подземелья - это целый таинственный мир, возникший еще при рождении города. Он по-прежнему влечет к себе загадочностью и неповторимостью и ученых-геологов, и историков, и самых обычных одесских мальчишек, да и просто любопытствующих.

О катакомбах можно слушать сколько угодно, можно просмотреть тысячи «картинок». Но, поверьте, чтобы их «прочувствовать», однажды стоит самому спуститься (но только с надежным знатоком одесских пещер!) под землю.

Партизанской «дорогой»

Мы с нашим фотокорреспондентом Вячеславом Теняковым получили такую возможность. Вместе с заведующим подземным музеем «Одесские катакомбы» ОНУ Константином Прониным и специалистом-спасателем Сергеем Быковским нам удалось побывать на месте базирования партизанского отряда имени Сталина, который действовал в катакомбах на Молдаванке, в районе Михайловской площади.

Вниз, вниз и вниз. Бушующий страстями мир остается там, наверху, здесь же - тишина, темно, порой небезопасно. Отлично знающие «дорогу» Константин Пронин и Сергей Быковский то и дело предупреждают: «Держитесь левее!», «А теперь - правее!». Здесь опасность для ног, здесь - для головы. Да уж, это не музей, как в Нерубайском: И так трудно поверить, что здесь 70 лет тому назад успешно действовал целый партизанский отряд. Его возглавлял очень скромный человек - одесский инженер Степан Дроздов.

Лабиринт! Галереи, узкие проходы, переходящие в совсем узкие, потом - в широкие, стены со следами выработки камня, с рисунками, значками и надписями самых разных времен. Под ногами - неровная поверхность, небольшие водоемы, в некоторых местах - мокрые стены, а то и вовсе на голову капает. Всю дорогу спрашивала себя: «Ну как, как здесь можно было находиться, действовать, организовывать хоть какой-то быт?..»

Между тем, как рассказывает Константин Пронин, и как свидетельствуют исторические заметки и воспоминания, отряд не просто «пребывал» под землей, а и действовал в полную силу.

Партизанский отряд Ильичевского района во главе с инженером-монтажником завода имени Январского восстания Степаном Ильичом Дроздовым и комиссаром Д.Овчаренко был сформирован в 1943 г. на базе других подпольных групп. Он насчитывал 240 человек.

Как гласят историче-ские источники, действуя на железной дороге, партизаны-катакомбники совершили множество диверсий. Подпольные группы распространяли листовки среди населения города, обращения к военнопленным, к солдатам чехословацкого гарнизона. Это привело к тому, что чехи и словаки переходили на сторону партизан. К примеру, чехословацкий солдат Гайдучка (Гайдучек) привел в отряд 45 солдат. Вслед за ними на сторону партизан перешла группа чехословацких партизан во главе с командиром Конгетти. Так отряд стал поистине международным.

Из воспоминаний начальника штаба Павла Прокопенко: «Наш отряд под командованием Степана Ильича Дроздова вместе с примкнувшими словацкими солдатами и офицерами стал мощной боевой единицей в районе».

Советская республика под землей, - так называли позже партизанские отряды, действовавшие в годы оккупации Одессы, так же называются и воспоминания И.Ирошниковой, посвященные отряду Дроздова, действовавшему на Молдаванке.

«С Дроздовым и Овчаренко мы ходили по тенистым одесским улицам, по неостывшим еще руинам, по следам недавних партизанских сражений, - пишет И.Ирошникова. - Спускались в катакомбы».

- Задача ставилась такая, - рассказывал Дроздов, - действовать на поверхности! В случае же грозящей опасности уходить под землю. Там никто не возьмет. Но все известные нам выходы были уже обнаружены немцами, заминированы, закрыты... Кто-то из подпольщиков выяснил, что в районе Головковской и Картамышевской должен быть еще вход. Там был в то время винный подвальчик, где, случалось, мы назначали встречи. Держала его некая тетя Оля - женщина простая, с располагающей внешностью.

Посоветовался я с ребятами, решил рискнуть. Выбрал время, когда народа в погребке не было, подошел к стойке, спрашиваю: «Слушай, Ольга, можешь ты нам вход в катакомбы указать?»

Так отряд отыскал себе место базирования.

- Вот здесь день и ночь несли свою вахту часовые, - говорил Дроздов. - Без пропуска они не впускали и не выпускали никого - каждый выход на землю, на поверхность, был сопряжен с опасностью и риском, что враг обнаружит вход.

Право свободного входа и выхода имели очень немногие из руководителей отряда. Обычно же пропуск на выход давался только тому, кто шел на боевую операцию.

«Полуслепыми выходили наружу»

Каменные плиты вместо скамеек: Они сохранились и до сих пор. В воспоминаниях об отряде указано, что у Дроздова даже был телефон: кто-то из партизан работал мастером на городской телефонной станции, он и устроил это «чудо техники».

Константин Пронин рассказывает, что здесь размещалась и оружейная мастерская. Кроме того, в отряде печатали листовки и даже издавали газету «За счастье Родины».

Конечно, ничего этого сегодня увидеть уже нельзя. Можно лишь разглядеть то, что осталось от железной койки. Кстати, эти койки завезли сюда во время войны словаки. Тащили их через другой ход - более широкий.

Круглые сутки горели здесь керосиновые лампы или же фонари.

- Полуслепыми выходили наружу,- вспоминал потом Дроздов. - Как летучие мыши, привыкали к темноте.

Мы идем дальше, Константин Пронин показывает на рисунок на стене тех времен. Рядом с характерным рисунком надпись: «Гитлер едет на Антонеску. Смерть фашистам!». Подобных «произведений» много, как и характерных надписей. Такая вот «стенная газета» глубоко под землей: партизаны, как могли, поддерживали боевой дух.

Позже, копаясь в разных (довольно скупых!) материалах по истории отряда Дроздова, поняла, что удивительная это все-таки вещь - «рыться» в исторических документах. Так, к примеру, неожиданно встретилась мне статья, которая удивительным образом имела прямое отношение к отряду Дроздова. Статья была посвящена памяти украинского тренера по баскетболу Наполеона Каракашьяна, который трагически погиб в 1967 году. В 50-60 годах он являлся всесоюзным любимцем для многих баскетбольных специалистов и почитателей этой игры, стал первым украинским баскетболистом, кому было присвоено звание мастера спорта СССР. И - ну надо же! - читаю: «Напа (так все называли Наполеона Каракашьяна. - М.К.) был четвертым, последним сыном в армянской семье, которая еще задолго до революции 1917 года переселилась в Украину. В 1937 году он поступил в Киевский медицинский институт. Великую Отечественную войну он встретил студентом-третьекурсником. Фашистский режим, установившийся в августе 1941 года в Киеве, развернул жесточайшие репрессии и преследования, особенно евреев, цыган и армян. Однако это не помешало Напе стать участником киевского подполья. В самый сложный и опасный период сентября-октября 1941 года, когда начались массовые расстрелы киевлян в Бабьем Яру, столичное подполье переправило Каракашьяна в Одессу. Именно там, в известных приморских катакомбах, был создан партизанский отряд имени Сталина, в котором стал работать врачом 22-летний Напа. Его, шустрого, подвижного, физически закаленного парня, частенько посылали в город в качестве связного. Он всегда с особой теплотой и благодарностью вспоминал о своем друге - командире партизанского отряда Степане Ильиче Дроздове. Это он взял Напу, как тогда говорили, чужака, к себе в отряд, чем спас юноше жизнь».

- Мне кажется, что это все же был счастливый отряд, - размышляю я вслух, осторожно ступая по неровной «подземной дороге». - Ведь практически все они остались живы.

- В живых остались не все. А насчет «счастливого отряда»: Не знаю, уместно ли такое сравнение. Жизнью ведь, по сути, каждый день рисковали, - доносится голос Константина Пронина.

«Умер на строительстве ТЭЦ в Грозном»

В апреле сорок четвертого отряд вышел из подполья: последовали удары вооруженных групп партизан по объектам румыно-германских войск в ночь с 9 на 10 апреля 1944 года. В этой операции принимали участие и словацкие антифашисты, которые еще в 1943 году установили контакт с одесскими партизанами. В этих боях пал смертью храбрых Ян Павлик. Ныне его прах покоится на Аллее Славы города-героя.

- В дни боев за Одессу особенно отличился личный состав партизанского отряда Дроздова, - такую оценку позже дал маршал Советского Союза Родион Яковлевич Малиновский.

А что же сам командир отряда Степан Дроздов? Сведения о его «невоенной» биографии очень и очень скупы. Но вот недавно в Интернете мне попалось письмо, подписанное «журналисткой из Баку». Женщина ищет знакомых и родственников. В письме, в частности, говорится: «Мой дед Дроздов Степан Ильич был командиром партизанского отряда в Одессе. После войны в Баку переехал: Дед был инженером-теплотехником, все в командировках, строил тепловые электростанции, умер на строительстве ТЭЦ в Грозном...».

Улицы Дроздова в Одессе нет. Общим памятником партизанам-подпольщикам стал, пожалуй, лишь Музей в Нерубайских катакомбах.

Мне кажется, давно пришло время создать в Одессе памятник героям-катакомбникам, чей партизанский подвиг вписал в историю той долгой и страшной войны яркие и поразительные страницы...
5928

Комментировать: