Наша камера
на «Ланжероне»
Loboda Loboda
в Садах Победы
Погода в Одессе сейчас -2 ... +2
днем 0 ... +4
Курсы валют USD: 0.000
EUR: 0.000
Регистрация
Фильтр публикаций
Все разделы
Публикации по дате
Дата:

Солдатская «рулетка»

Воскресенье, 2 мая 2010, 07:59

Лариса КОЗОВАЯ

Газета \"Юг\", 24.04.2010

За сто дней до приказа

ЧП, случившееся в 28-й отдельной механизированной бригаде 6-го армейского корпуса Сухопутных войск, дислоцирующейся под Одессой, взбудоражило, без преувеличения, всю Украину. Тогда, в ноябре прошлого года, погиб военнослужащий срочной службы Антон Морозов. Сначала пресс-служба Министерства обороны причиной трагической смерти девятнадцатилетнего юноши назвала… неосторожное обращение с оружием. А вскоре стало известно: Военный суд Одесского гарнизона арестовал капитана вышеназванного подразделения Владимира Карасева (имя и фамилия изменены) — именно из его табельного пистолета Макарова получил смертельное ранение в голову молоденький солдат. Этот офицер в то роковое воскресенье дежурил по части. Именно он был последним, кто видел живого Морозова, исполнявшего обязанности дежурного по батальону («Юг» об этом подробно писал).

Трагическая гибель Антона произошла почти на глазах у его брата-близнеца Алексея. С самого рождения они были «не разлей вода». В детстве вместе играли в «войнушки», мечтали о настоящей армейской форме, оружии, боевых заданиях. Окончив среднюю школу №49 в родном Николаеве, стали студентами вуза, но со своей мечтой не расстались. Решили отдать воинский долг Отчизне и пошли служить. Весной 2009 года комиссариат Корабельного района направил их в учебный центр Сухопутных войск «Десна» в Черниговской области. Потом парней перевели в поселок Черноморское Коминтерновского района Одесской области, где в одной из казарм поздним вечером и прогремел роковой выстрел.

Его слышал Алексей, бывший одним из двух дневальных по батальону. Парень стал свидетелем того, как после вечерней поверки Карасев зашел в канцелярию и позвал Антона. Видел, как командир минометной батареи третьего батальона экзаменовал брата, заставляя, стоя на вытяжку, рассказывать обязанности дежурного. При этом «доблестный» офицер, находясь в метре от «подопытного», играл… своим боевым оружием. Отметим, ни у кого из рядовых оружия не было. И согласно показаниям многочисленных очевидцев, манипуляции с пистолетом были одним из излюбленных занятий Карасева. Баловство с оружием стало его привычкой, запугивание солдат — нормой.

— Там же, в канцелярии, находился еще один рядовой, — вспоминал Алеша. — Он сидел поодаль, спиной к шкафу и подшивал журналы. Щелкая пистолетом, капитан вдруг как-то странно посмотрел и, направив на меня дуло, спросил: «Не боишься?». Я ответил отрицательно, поинтересовавшись, чего именно должен бояться. Карасеву явно не понравились мои слова, поскольку оружие — его конек. Он мог постоянно перезаряжать его на наших глазах, особенно если кто-то из нас нарушал режим. В тот раз я позволил себе такую вольность, но капитан сдержался, его выдал лишь тон, которым он отдал свою следующую команду: «Тогда иди и сделай мне кофе». Я вышел, но не успел пройти и несколько шагов, как раздался выстрел. Обернулся — из канцелярии выбежал тот самый солдат и закричал: «Твоего брата убили!».

Бросившись назад, Алексей столкнулся в дверях канцелярии с Карасевым, у которого в руках был пистолет. Антон лежал на боку возле стенки с раной в правом виске...

Несчастье произошло, когда ребятам оставалось сто дней до приказа…

Фирменный удар — кулаком в голову

Уголовное дело по обвинению капитана Карасева рассматривал Военный апелляционный суд Военно-морских сил Украины. Председательствующий Николай Моцный, судья Геннадий Никитин и трое народных заседателей скрупулезно изучили каждый документ и эпизод.

Согласно заключению государственного обвинителя старшего прокурора Военной прокуратуры Южного региона Украины подполковника юстиции Евгения Воронина, Карасев неоднократно умышленно применял физическую силу в отношении подчиненных. Так, будучи недовольным солдатом Осадченко, выполнявшим обслуживание боевой машины, он трижды ударил его по голове. Спустя всего несколько дней, увидев, что тот же Осадченко и рядовой Костиц неправильно присоединили аккумулятор, разгневанный капитан таким же образом (с помощью кулака) наказал обоих. А ко лбу сержанта Микулы бравый командир «приложился»… собственной головой, на которую предварительно надел металлическую каску. И таких доказанных эпизодов более десятка! Мальчишкам-срочникам доставалось за то, что не могли слишком долго удержать тяжеленную штангу. За то, что осмелились поправить Карасева, неправильно произнесшего фамилию служащего. За нарушение формы одежды и дисциплины в строю, неверное заполнение журнала вечерней поверки подразделения. Доставалось и братьям Морозовым. Например, за то, что… пообедали разными первыми блюдами: один близнец взял суп, другой — борщ.

Об этих и других «геройствах» капитана подробно рассказали в ходе предварительного следствия и судебного заседания его бывшие подчиненные. Любопытно, что о «воспитательном таланте» Карасева вышестоящее руководство, что называется, ни сном, ни духом. Так, командир воинской части Игорь Олейник сразу после гибели Антона Морозова заявил: «Произошел случай неосторожного обращения с оружием во время несения службы». От уточнений он отказался, и у многих создалось впечатление, что пистолетиком баловался девятнадцатилетний парень.

Согласно заслушанным в суде показаниям рядового Абельмаса (того самого солдата, сшивавшего в канцелярии журналы), Карасев, «воспитывая» Морозова, сидел на столе. Антон стоял рядом. Капитан держал пистолет в правой руке и, нажимая на спусковой крючок, имитировал выстрелы. В какой-то момент Абельмас услышал звук перемещения затвора и слова Карасева: «На, возьми и застрелись…». Через несколько секунд раздался выстрел. Антон упал на пол... Судмедэксперты пришли к выводу: смерть юноши наступила мгновенно.

Подсудимый, ясное дело, свою вину пытался смягчить. Уверял, что убивать солдата не собирался, неуставные методы воздействия к нему не применял, а оружие вынул из кобуры исключительно для… проверки на предмет чистоты.

— Удерживая пистолет в правой руке, переместил предохранитель в положение «огонь» и, нажимая на спусковой крючок, начал имитировать выстрелы, — рассказал в ходе слушания дела капитан. — Антон Морозов после ухода брата Алексея сказал мне, что также умеет обращаться с пистолетом. Я сказал: «На, возьми и застрелись» — и протянул ему пистолет, снятый с предохранителя, не отделяя оружие от крепежного ремня (длина ремня — восемьдесят сантиметров. — Авт.). Я полагал, что солдат не возьмет оружие в руки. Но рядовой сам выхватил у меня пистолет, левой рукой переместил затворную раму и дослал патрон в патронник. Поднеся пистолет к голове на расстояние около десяти сантиметров от правого виска, он нажал на спуск. Поскольку действия Антона Морозова были быстрыми, я просто не сумел его остановить. Сразу же после выстрела я лично доложил командованию части об убийстве солдата, так как понимал, что нарушил правила обращения с оружием, передав пистолет Морозову, который выстрелил в себя…

Карасев также признал, что в отношении рядовых, допускавших упущения в службе, физическое насилие применял, но братьев-близнецов Морозовых не обижал…

«Образец» поведения офицера

Тем не менее тщательно проанализировав собранные по делу материалы, суд установил, что, будучи дежурным по воинской части, Карасев 15 ноября 2009 года для несения службы получил пистолет Макарова, снабженный двумя магазинами с девятимиллиметровыми патронами. В обязанности этого офицера, помимо поддержания внутреннего распорядка и принятия мер по предотвращению правонарушений, также входила охрана личного состава. В соответствии с требованиями устава внутренней службы Вооруженных сил Украины, командир батареи обязан «быть образцом исполнения служебных обязанностей, соединять требовательность и принципиальность в отношениях с подчиненными, с уважением относиться к их чести. Не допускать применения насилия в отношении подчиненных и заботиться о сохранении их здоровья».

Сложно сказать, каким именно уставом руководствовался офицер, приказав подчиненному под дулом пистолета доказывать знания общевойсковых правил. Какими приоритетами руководствовался, приведя оружие к боевой готовности и нажимая спусковой крючок, имитируя выстрелы. Судом доказано: именно Карасев совершил это действие пятикратно, дослав пулю в патронник. То есть устроил своеобразную рулетку.

В приговоре четко указывается: дежурный по части нарушил правила обращения с оружием, определенные статьями 20 и 25 устава внутренней службы и пунктами 1, 47, 62 и 67 наставлений по огнестрельному оружию, разработанных управлением боевой подготовки Главного командования Сухопутных войск.

В ответ на предложение «наставника» застрелиться Антон взял пистолет, будучи абсолютно уверенным, что подвоха нет. То есть оружие — на предохранителе, патрон не дослан…

Следствием установлено: несмотря на опасный характер своих действий, предвидя их последствия, капитан сам протянул Морозову пистолет. Юноша поднес его к правому виску и с расстояния около десяти сантиметров нажал на курок.

Тяжелое ранение шансов на жизнь не оставило.

По выводам комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, Карасев хроническим психическим заболеванием, временным нарушением психики, другими психопатологическими расстройствами не страдал и не страдает. Его действия имели целенаправленный, упорядоченный и достаточно координированный характер, поэтому он в полной мере должен был осознавать их и управлять ими. Иными словами, был в состоянии предвидеть последствия передачи Морозову заряженного пистолета, приведенного в боевую готовность. Следовательно, является подсудным и отвечающим перед законом за совершенные им действия.

Члены семьи погибшего предъявили гражданские иски Министерству обороны. В частности, брат-близнец, отец погибшего и родная сестра потребовали компенсировать моральный и материальный ущерб — по миллиону гривень каждому.

Однако представитель Минобороны в суде подполковник Олег Обухов счел требования истцов абсурдными:

— Верх безумия вести себя так, как подсудимый. Ведь не напрасно говорят, что даже палка раз в год стреляет. Выстрел Антон Морозов сделал осознанно, поскольку с оружием он был ознакомлен, проходил стрельбы. Что касается самого оружия, из которого произведен выстрел, то упомянутый пистолет был передан Министерством обороны в эту воинскую часть для оперативного управления. (Что означает данная классификация, осталось загадкой даже для суда. — Авт.). Поэтому он принадлежит не Министерству обороны, и мы ничего не должны компенсировать. Более того, Минобороны не причиняло вреда отцу Морозова, поэтому его иск удовлетворению не подлежит.

Вообще же, нанесенный личности моральный ущерб должен быть доказан самим потерпевшим. Я не вижу, чтобы это было доказано. Прошу суд отказать в удовлетворении иска к Министерству обороны.

Однако суд не согласился с доводами полпреда Минобороны. В соответствии со ст. 3 Закона Украины «О Вооруженных силах Украины», Минобороны — центральный орган исполнительной власти и военного управления. В его подчинении — Вооруженные силы Украины. Статьей 10 названного закона определено: Минобороны обеспечивает жизнедеятельность и функционирование Вооруженных сил Украины, боевую и мобилизационную готовность, боеспособность, комплектацию личного состава и его подготовку. Таким образом, возложение на Минобороны обязательства возместить материальный и моральный ущерб, причиненный гибелью военнослужащего срочной службы ВС Украины солдата Морозова, отвечает действующему законодательству и в полной мере обеспечивает права потерпевших от преступления.

Уменьшив сумму компенсации, заявленную истцами, суд обязал военное ведомство выплатить отцу и брату погибшего по сто тысяч гривень. Сестре, вышедшей замуж и три года проживающей отдельно от родительской семьи, в удовлетворении иска отказано.

Кроме того, Александру Морозову (отцу погибшего) Минобороны обязано возместить тридцать тысяч восемьсот гривень, потраченных на погребение сына и поминальные обеды.

Назначая наказание двадцативосьмилетнему подсудимому, суд принял во внимание «его явку с признанием, искреннее раскаяние и содействие раскрытию преступления». Также то, что он впервые привлекается к уголовной ответственности, на его содержании — малолетний ребенок и больная жена.

Военный апелляционный суд ВМС Украины признал Карасева виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 414, ч. 1 ст. 421, ч. 2 ст. 424 УК Украины, на основании чего приговорил его к восьмилетнему заключению с лишением воинского звания капитан.
2466

Комментировать: