Наша камера
на «Ланжероне»
Лобода Лобода
в Садах Победы
Погода в Одессе сейчас -2 ... 0
утром -2 ... +3
Курсы валют USD: 25.638
EUR: 27.246
Регистрация
Фильтр публикаций
Все разделы
Публикации по дате
Дата:

«Самое провальное интервью у меня было со Жванецким»

Суббота, 11 января 2014, 17:03

Александр Левит

Слово, 09.01.2014

Его называют одним из самых ярких интеллектуалов современности, человеком удивительной биографии и фантастической работоспособности. Он обаятелен, остроумен, готов к открытому и искреннему диалогу, в отдельных проявлениях - строг и резок.

Владимир Познер - личность многогранная. Он - первый президент Академии российского телевидения, многократный лауреат премии ТЭФИ, кавалер трех орденов, обладатель множества профессиональных наград в сфере тележурналистики и кинематографии. В прошлом году стал лауреатом украинской премии «Человек года», в номинации «За выдающийся вклад в международную журналистику».

Семидесятидевятилетний Владимир Владимирович успешно занимается журналистикой уже более полувека. У него за плечами не поддающееся подсчету количество теле- и радио эфиров, авторская программа на главном телеканале России, восемь книг, три документальных фильма и собственная школа телевизионного мастерства.

В конце прошлого года мэтр побывал в Одессе, где в ходе творческого вечера представил автобиографичную книгу «Прощание с иллюзиями».

Одесситы и гости города, собравшиеся в просторном зале Театра музыкальной комедии, с удовольствием слушали человека, немало повидавшего и знающего в жизни. Два с половиной часа Владимир Познер, не присев ни на минуту, общался со зрителями. Говорил о себе, о родителях, рассуждал о прессе, политике и политиках, отвечал на вопросы, в том числе и на журналистские.

- Мне очень нравится Одесса, которую знаю давно - по литературе, по рассказам Бабеля и старых одесситов. Бываю здесь, увы, крайне редко. Впервые посетил ее в 1989 году и был полностью убежден: «Это самый красивый город Советского Союза». (Сейчас я уже этого не скажу, к сожалению). Вторично здесь побывал в 2011-м, когда три дня гостил у своего друга Михаила Жванецкого.

Я очень плохо знаю Украину, я не жил среди украинцев, но вот Одесса- это необычайной красоты город, одесситы - это особые люди. Думаю, так сложилось исторически: Екатерина даровала городу свободу, вольницу. Потому здесь обосновались, жили и, извините, размножались совершенно иные люди, независимые от царей. Они могли жить так, как хотели, отсюда - занимательный, независимый дух и, соответственно, интеллект.

Скажу честно: раньше город выглядел намного лучше, чище. Нынче я совершенно не рад тому, что увидел: ужасающую гостиницу, торчащую на Морском вокзале, новые, абсолютно не одесские здания, убогое состояние старых строений, составлявших незабываемый архитектурный ансамбль:

Хочется верить, что в Одессе есть все же некая сила, что все вернется и будет так, как должно быть.

- Как, полагаете, сложатся отношения России и Украины?

- Прогноз - дело неблагодарное. Можно лишь говорить о том, что пока Россия не избавится от своего имперского комплекса, проблем будет великое множество. Нельзя не заметить, что уже сейчас в России есть молодежь, иначе смотрящая и оценивающая ситуацию, иначе относящаяся к Украине. Возможно, потому, что никогда не считала ее своей.

Если говорить о властных структурах, то сегодняшняя Россия до сих пор испытывает так называемые фантомные боли. Это ощущение боли, возникающее в утраченной конечности. Данное явление практически всегда связано со случаями ампутации либо паралича. Российская империя развалилась, страны от нее отделились и стали самостоятельными. И вот от этого кое-кому из власть предержащих очень обидно и больно. Отношения России со своими бывшими «колониями» осложняются именно поэтому. Чем более независимо ведет себя отделившаяся страна, чем более обретает черты государственности, тем сложнее взаимоотношения. Это видно на примере Грузии. Полагаю, аналогично на данном этапе и с Украиной:

- Вы так говорите только за пределами России…

- Предпочитаю высказывать всегда то, что думаю. Другое дело - не всегда это получается.

- Вы постоянно подчеркиваете, что держитесь подальше от власти.

- Я не люблю власть, не люблю быть во власти, мне неприятна власть над другими людьми. Во мне напрочь отсутствует мессианство.

- Не любите власть вообще либо конкретные персоналии в ней?

- Скорее, вообще. Как институт насилия.

- До сих пор таковым, по определению классиков, считалось государство.

- Совершенно справедливо. Это властно-политическая организация общества, обладающая государственным суверенитетом, специальным аппаратом управления и принуждения, и устанавливающая особый правовой порядок на определенной территории.

Иными словами, в государстве очень многое, если не все, зависит от власти. Не нравится - меняй власть, строй:

Об этом, в частности, идет речь и в моей книге ««Прощание с иллюзиями»: «:Невозможно реально и радикально изменить общественный строй руками тех людей, которые этот строй содержали, были его оплотом. Чем объяснить очевидные успехи в развитии гражданского общества и демократии в таких странах, как Польша, Чехия и Венгрия, в странах Балтии? Главным образом тем, что к руководству этих стран пришли противники прежнего режима - Валенса, Гавел и им подобные. К рычагам управления не было допущено бывшее руководство. А в России? В России ровно наоборот. Михаил Сергеевич Горбачев являлся крупнейшим партийным функционером, почти такой же - Борис Николаевич Ельцин; Владимир Владимирович Путин - не только часть партийной машины, а к тому же и бывший работник КГБ. Могли ли эти выдающиеся по своим способностям и данным люди восстать против той системы, которая породила их? Я утверждаю: не только не могли, но - и это важно - в глубине души не хотели.

В России не произошло никакой чистки - я не имею в виду расстрелы, «посадки» и другие ужасы, сопряженные со сталинским понимаем этого слова. Я говорю об отстранении от ключевых механизмов управления всех тех - и речь идет о сотнях тысяч (если не о миллионах), - кто прежде их монополизировал. Попробуйте сегодня в России найти хотя бы одного человека, который до анонсированной Горбачевым перестройки был диссидентом, критиком советской власти. Это вам вряд ли удастся.

Мучительно медленное продвижение России к демократии, мучительно тяжелое рождение демократии объясняется только этим. Все, что я писал тогда о необходимости радикальных экономических реформ, политических изменений, национальном вопросе, - все это не более чем благие пожелания, а то и пустословие, если не рассматривать всерьез кардинальную смену руководящих кадров на всех уровнях. Этого-то как раз и не произошло.

- У вас в программе был Виталий Кличко, нынче изъявивший желание идти в президенты Украины:

- Он - яркая фигура и умеет привлечь к себе внимание. Он напомнил мне Рональда Рейгана - очень красивого голливудского актера. Он был не столько умен, сколько чувствовал ситуацию, обладал хорошей интуицией. Именно он стал президентом и неплохо управлял США.

Кличко произвел на меня приблизительно такое же впечатление. Может ли он быть лидером страны? Об этом мне сложно судить. Он может привлечь к себе, но у него нет реального политического опыта. Никто не видел его в деле. Хотелось бы посмотреть на него в качестве мэра, например. А так сразу - в президенты - не уверен: Правда: «Чемпион должен быть красивым, как я», - так о Джо Фрейзере сказал Мохаммед Али. Наверное, он был прав: внешность - это тоже очень многое. Во всяком случае, в нашем сегодняшнем мире.

- Вам довелось общаться с Мохаммедом Али?

- Да. Он был в передаче Фила Донахью. Я тоже там был. Он уже плохо говорил, потому что сильно болел, у него - паркинсонизм. Когда кончилась программа, я подошел, Фил нас познакомил, мы поговорили. На мой взгляд, это самый великий спортсмен ХХ века и, конечно, самый великий боксер.

- Сейчас такую личность найти сложно, как, вероятно, непросто найти достойного именитого собеседника:

- Эпохи - они ведь разные. Бывают наполненные выдающимися деятелями в области культуры, политики, литературы, искусства. Однако бывают и провалы, сейчас мы живем в такой период. Не только в России, а вообще. Если я вспоминаю каких-то выдающихся людей, то они довольно старые. Габриэль Гарсиа Маркес? На ладан дышит. Пол Маккартни? Но ему тоже за семьдесят:

Вообще же, есть много интересных личностей для интервью. Я бы поговорил с Шекспиром, Пушкиным, Чингисханом, Иваном Грозным:

- Вам проще делать интервью с теми, кто вам симпатичен или наоборот?

- Чем симпатичнее человек, тем труднее с ним делать интервью. В этом убедился на личном опыте. Подтверждение тому - просто провальная передача - интервью со Жванецким. У него есть о чем спросить, что обсудить, но я не смог задавать неприятные вопросы, потому что он бы обиделся. А я его очень люблю, духовно он мне очень близок. В последнее время у него много грустных рассуждений о любви, когда ты любишь, а возможности уже такой нет. Это на самом деле не смешно - такие закономерности жизни. Правда, за собой не замечаю «исторического шлейфа».

- Это, наверное, здорово!

- Я очень счастливый пока (тьфу-тьфу) в этом возрасте. В физическом смысле, да и с головой, вроде, тоже все в порядке. Работаю, можно сказать, на полную катушку. Девушки время от времени еще смотрят в мою сторону. Получаю удовольствие от того, что делаю. Ну, стометровку бегу не так быстро, как когда-то. Но бегу.

- Вы ведь занимаетесь спортом?

- Да, всю жизнь. Причем самыми разными видами. Начинал с плавания, потом - легкая атлетика, много бегал, еще занимался боксом, баскетболом. Ну и, конечно, теннисом, играть в который начал в двенадцать лет. Когда наша семья переехала из Америки в Германию, там, конечно, не было никаких возможностей для тенниса, и потом, когда мы перебрались в СССР, - никаких кортов в помине. Однако, так или иначе, играю всю жизнь, и обожаю теннис. По сегодняшний день трижды в неделю - понедельник, среда и пятница - у меня «теннисные дни». Играю «одиночку» - парную игру не очень люблю. Еще дважды в неделю фитнесом занимаюсь. Не только здоровья ради, для удовольствия. Могу себе это позволить.

- Вы просто счастливый человек!

- Наверное. Что такое счастье? Это найти свое дело, найти свою половину и найти своих детей. У меня прекрасные дети, внуки, которых обожаю. Я достаточно заработал, чтобы не беспокоиться: если завтра вдруг упаду и меня не станет, мои близкие не окажутся в тяжелом финансовом положении. Это тоже дает мне огромное ощущение независимости. Конечно, я предпочел бы, чтобы мне было не 79, а, например, наполовину меньше. Но только с тем опытом, который у меня уже есть.

- Если еще о девушках помните, то…

- Не все потеряно?! В моем понимании настоящий мужчина - это тот, кто очень любит женщин. Не в узком смысле. Это тот, для кого женщина - это что-то особое и замечательное.

- Как для вас?

- Я этого не скрываю. Правда, что мне сейчас еще остается (улыбается). А когда-то…

Есть принципиальная разница между мужчинами и женщинами. Женщина ищет того, кто защитит ее и особенно ее детей. Кстати, в животном мире - та же картина. Знаю это как биолог. (К слову, горжусь тем, что не пошел по линии моего университетского образования: биология - это не мое). Мужчина же ищет - как бы пошире распространить свое потомство. Что касается меня, то здесь крепко «сидит» воспитание, согласно которому: «Пока ты не женат, то можешь иметь столько женщин, сколько женщин хотят тебя иметь. Если уже женат, то желание обладать другой женщиной надо сдерживать».

- В «Прощании с иллюзиями» также присутствует сексуальный аспект…

- Естественно. Просто в варианте, вышедшем в США и ставшим бестселлером, нет рассказа о моем первом сексуальном опыте, который произошел в Берлине, когда мне исполнилось семнадцать лет: Там есть только история моей любви в Петербурге. С российским же читателем я хотел быть максимально откровенным. Я также вспоминаю о том, что спал с разными женщинами, которые говорили мне, что во сне я говорю на трех языках. Я отвечал: не удивительно, ведь я думаю на трех языках и вообще, у меня три паспорта (американский, французский и российский). Добавлял, что «разговорчики во сне» исключают мою возможность быть разведчиком.

- В ваших ответах, отражающих восприятие жизни, сквозит какой-то «нестандарт», возможно, даже азарт не по годам…

- Не скрываю, я - азартен до невозможности. Поэтому никогда не играю на деньги. Имею в виду карты. Когда-то играл, и много, и однажды очень крупно выиграл у хорошего своего друга, который не мог не отдать, потому что - карточный долг. Мне было очень не по себе, и после этого я поклялся, что никогда больше не буду.
5649

Комментировать: