Наша камера
на «Ланжероне»
Loboda Loboda
в Садах Победы
Погода в Одессе сейчас 0 ... +1
ночью -7 ... -6
Курсы валют USD: 0.000
EUR: 0.000
Регистрация
Фильтр публикаций
Все разделы
Публикации по дате
Дата:

Промежуточные выводы общественной группы 2 мая

Четверг, 23 октября 2014, 09:40

Портал «Губерния»

Документ согласились подписать не все участники группы, посему он отражает не ее официальную позицию, а лишь частное мнение Татьяны Герасимовой, Сергея Диброва, Валерии Ивашкиной, Евгения Пересыпкина, Светланы Подпалой, Павла Паламарчука, Владимира Саркисяна, Владислава Сердюка и Юрия Ткачева. Текст приводится полностью, без редакционных правок.
В ходе изучения событий, которые предшествовали трагедии 2 мая 2014 года, было установлено, что ликвидация палаточного городка на Куликовом поле была заранее спланирована представителями властных структур и согласована с отдельными лидерами противоборствующих сил – «Антимайдана» и «Евромайдана».
По первоначальному негласному плану, снос палаток должен был проводиться руками футбольных болельщиков из группировок «ультрас» после окончания футбольного матча «Черноморец» — «Металлист» поздним вечером 2 мая 2014 года. Сотрудники милиции должны были задержать и изолировать активистов Антимайдана, не допуская чрезмерного применения силы.
Ликвидация палаточного городка подобным образом отвечала интересам всех сторон и должна была пройти без жертв. Захват Дома Профсоюзов, равно как и ожесточенное сопротивление при ликвидации, данным планом не предусматривались.
Однако из-за несогласия части лидеров одной из групп «Куликова поля» этот план был сорван. За полтора часа до матча были спровоцированы массовые беспорядки в центральной части города. Кровопролитие, которое продолжалось в течение трех часов, повлекло за собой многочисленные жертвы и полностью спутало первоначальные планы. В результате вместо относительно бескровного демонтажа палаточного городка на Куликовом поле начались ожесточенные столкновения, которые сопровождались перестрелкой, штурмом и поджогом здания Дома Профсоюзов, в котором находилось около четырехсот человек, 42 из которых погибли.

ИСТОРИЧЕСКИЙ КОНТЕКСТ
Для того, чтобы осознать одесскую трагедию 2 мая, нужно знать предысторию событий и некоторые особенности менталитета жителей города. Без этого невозможно увидеть полную картину событий, понять мотивацию участников и причины происходивших событий и поступков.
Изначально Одесса создавалась как торговый порт и многонациональный город коммерсантов. Здесь ценилось и ценится умение договариваться, искать компромиссы. Даже обман контрагента или партнера рассматривается как допустимый способ поведения — особенно если этот обман произошел в пределах устоявшихся правил, традиций и законов. Однако насилие в Одессе не является допустимым способом решения конфликтов и считается уделом маргиналов («босяков»). Сторона, прибегнувшая к неспровоцированному, неоправданному или немотивированному насилию, а тем более к убийству, становится недостойной нахождения во всех сегментах общества, от власти до криминальной среды.
Наглядные примеры можно найти в одесской литературе. Специфические навыки Остапа Бендера, который знал четыреста «относительно честных способов отъема денег» — это вполне одесский феномен. Еще один яркий пример негативного отношения одесского общества и криминала к насилию можно найти в «Одесских рассказах» Исаака Бабеля, в частности в рассказе «Как это делалось в Одессе».
В дореволюционное время насилие в Одессе проявлялось в форме погромов во время межэтнических и религиозных конфликтов. Самый масштабный еврейский погром, который произошел в октябре 1905 года, был инспирирован царскими спецслужбами, которые использовали религиозные и экономические противоречия между евреями и христианами, в частности греками, для противодействия революции. Тогда в ходе беспорядков погибло более 400 человек.
В январе 1918 года в Одессе произошло восстание большевиков, которые провозгласили «Одесскую Советскую республику». На улицах города шли сражения белогвардейских частей и войск украинской Центральной Рады с одной стороны против большевиков и моряков Черноморского флота с другой. За три дня боевых действий погибло 119 человек. Все они были похоронены вместе в братской могиле на Куликовом поле.
Советский период истории города ознаменовался «красным террором» одесской ЧК и «белым террором» деникинской контрразведки. Однако и здесь не обошлось без «одесской специфики». Так, начальник ГубЧК Дейч в 1920 году издал приказ: «Мною замечено, что сотрудники ОГЧК очень часто ходатайствуют за арестованных. Напоминаю, что такие явления недопустимы и сотрудники, ходатайствующие за каких-либо арестованных, будут мной привлекаться к ответственности». Видная большевичка Софья Соколовская так характеризовала атмосферу революционной Одессы 1919 года: «… в Одессе без денег революция не двигается ни на шаг».
В годы Великой Отечественной войны немецкими и румынскими оккупантами были уничтожены десятки тысяч жителей города, в первую очередь евреев и коммунистов.
В годы независимости Украины Одесса оставалась многонациональным толерантным русскоязычным городом. Сессии городского совета проводились на русском языке, работали русскоязычные телекомпании, радиостанции, большинство местных газет и журналов издавалось на русском.
Уличные противостояния происходили в 2007 году при восстановлении в центре города монумента «Основателям Одессы». Ключевая фигура этого памятника — императрица Екатерина ІІ, которая в конце XVIII века ликвидировала остатки украинской автономии, разрушила Запорожскую Сечь и юридически установила крепостное право на территории Украины. В то же время, императрица подписала указ о строительстве города и порта, при ней началось активное экономическое освоение причерноморских территорий. Фигура Екатерины II является камнем преткновения между сторонниками различных взглядов на историю Одессы в частности и страны в целом.
Восстановление монумента сопровождалось протестами и силовым противодействием, ряд участников столкновений получили телесные повреждения различной тяжести.

СОБЫТИЯ НА МАЙДАНЕ И ОДЕССА
Одесские события, которые произошли в январе-мае 2014 года, нельзя рассматривать в отрыве от ситуации в Киеве и других городах Украины.
Протесты в Киеве, известные под названием «Евромайдан», начинались как мирная акция. Вслед за палатками на площади Независимости в столице палаточный городок сторонников евроинтеграции появился в Одессе 22 ноября 2013 года. Это вызвало недовольство местной власти, которая стремилась продемонстрировать спокойствие, порядок и лояльность центру.
Городские власти, прикрываясь сомнительным судебным решением, организовали 25 ноября 2013 года силовой разгон палаточного городка силами милиционеров и неустановленных лиц, по всей видимости — коммунальных работников. При разгоне было задержано трое активистов. Необоснованное применение силы против мирных митингующих вызвало тогда неприятие как сторонников «Евромайдана», так и многих их политических оппонентов, которые имели опыт совместной с ними деятельности в рамках движения «Генеральный протест». В частности, с заявлением, осуждающим запрет митингов и применение силы при разгоне палаточного городка, выступил политсовет партии «Родина».
В дальнейшем события на киевском Майдане трансформировались из мирного протеста в силовое противостояние с властью. Эти события отразились на Одессе: в городе началась череда ночных поджогов автомобилей, принадлежащих сторонникам евроинтеграции, а также транспортных средств с номерами западных областей. Также наблюдались локальные стычки активистов противоборствующих сторон, связанные с блокированием и деблокированием расположения частей одесского «Беркута» и внутренних войск.
В конце января в ряде западных регионов Украины произошли захваты зданий областных администраций. В Одессе распространялись слухи о предстоящем «штурме ОГА» силами якобы прибывших в Одессу сторонников «Евромайдана». 25 января глава областной администрации Николай Скорик публично призвал одесситов к зданию ОГА, чтобы они фактически стали живым щитом от «пришлых, чужих погромщиков и боевиков», которые якобы собираются «захватить город».
Призвав граждан выходить на площадь для защиты здания ОГА, Николай Скорик признал неспособность правоохранительных органов поддерживать общественный порядок и нарушил государственную монополию на применение силы, что стало звеном в цепи событий, которые в конечном итоге привели к трагедии 2 мая.
Входы в здание ОГА были забаррикадированы бетонными блоками, окна закрыты щитами, помещения администрации и горсовета охраняли неустановленные гражданские лица в масках. В городе звучали призывы формировать «отряды самообороны», целью которых была не охрана граждан и их имущества, а оборона зданий областной администрации и мэрии. При этом участники формирований заявляли, что не защищают действующий режим Януковича, но считают недопустимым его свержение силовыми методами — ввиду того, что такая практика, по их мнению, может привести к непредсказуемым последствиям.
Следующим этапом эскалации стали события 19 февраля у здания ОГА, когда мирные граждане стали жертвами нападения со стороны хорошо организованной группы из нескольких сотен неизвестных людей. Тогда под палки и дубины попали активисты «Евромайдана», их оппоненты из «Молодежного Единства» и журналисты.
Очевидно, что это нападение было организовано как минимум при попустительстве, а скорее — при прямом содействии власти, о чем свидетельствуют целый ряд признаков. Расследование этих событий продолжается уже больше восьми месяцев.
В результате событий 19 февраля 2014 года жители Одессы получили недвусмысленный сигнал о том, что государственные правоохранительные органы не будут (либо по причине неспособности, либо ввиду отсутствия мотивации) обеспечивать безопасность граждан.
Логичным следствием событий 19 февраля стало форсирование создания организованных, специально подготовленных и экипированных групп противоборствующих сторон. Так, 21 февраля было заявлено о создании «Самообороны одесского Евромайдана», задачей которой стало обеспечение безопасности участников массовых мероприятий сторонников евроинтеграции. «Самооборона» была экипирована щитами, шлемами, бронежилетами и палками и применяла тактику подразделений милиции по борьбе с беспорядками.
Аналогичные структуры были сформированы активистами «Антимайдана». Так, 23 февраля было объявлено о наборе добровольцев, для которых планировалось проводить тренировки на базе «Одесской дружины». Помимо этого, организация «Молодежное единство» инициировала создание еще одной организации — «Народной дружины», которая вскоре получила легальный статус общественного формирования по охране порядка.
В конце февраля в городе появились организованные группы, которые изначально создавались на случай попыток силового разрешения политических конфликтов.
«Пацифизм», то есть нежелание использовать силу, характерное для руководства одесской милиции, стал еще одним важным фактором в цепочке событий. Причины этого пацифизма кроются не только в вышеупомянутых особенностях городской ментальности. Дело еще и в том, что милиция является составной частью публичной и коммерческой среды города, и милицейское руководство не заинтересовано в ухудшении отношений с кем-либо или в обострении ситуации, если это не сопровождается прямыми политическими, административными или финансовыми дивидендами.

ОПЕРАЦИЯ «НОВОРОССИЯ» И ОДЕССА
Дальнейшие события в городе происходили на фоне так называемой «Русской Весны», или «операции «Новороссия», в ходе которой произошло включение Крыма в состав Российской Федерации. В ряде южных и восточных областей Украины, включая Одесскую, в этот период проходили митинги, марши, другие массовые акции и захваты административных зданий, участники которых требовали изменения административного и территориального устройства страны.
Еще в конце февраля активисты двух противоборствующих сторон, «Евромайдана» и «Куликова поля», через организацию «Генеральный протест» координировали свои действия в вопросах местного значения. 27 февраля 2014 года они провели совместное пикетирование заседания городского исполнительного комитета с требованием переизбрания его состава. Акция прошла без каких-либо эксцессов. Днем 28 февраля представители «Евромайдана» и «Куликова поля» передали общие требования к Одесскому городскому совету, которые касались прозрачности бюджета, подконтрольности местной власти жителям города и отмены ряда решений, касающихся коммунальной собственности.
Однако в марте ситуация кардинально изменилась. 1 марта в Донецке Павел Губарев был избран на митинге «народным губернатором». Над административными зданиями Донецка, Днепропетровска и Харькова были поняты российские флаги.
В Одессе на Куликовом поле прошло «народное собрание» с участием нескольких тысяч человек. Официальной позицией было требование федерализации и проведения референдума в рамках украинского государства. Однако на митинге звучали призывы к созданию «одесской автономии» и лозунги «Новороссия». На фоне происходящих в Крыму событий это было расценено многими как свидетельство того, что настоящей целью «Русской весны» было нарушение территориальной целостности Украины, то есть сепаратизм.
2 марта в Одессе состоялся крупнейший митинг сторонников единства Украины, которые протестовали против повторения в Одессе «крымского сценария». В демонстрации, завершившейся у здания Генерального консульства Российской Федерации, участвовало около семи тысяч человек.
3 марта 2014 года в Донецкую ОГА ворвались представители «Народного ополчения Донбасса» во главе с Павлом Губаревым. Они требовали не признавать власть Киева, объявить выборы губернатора и назначить на 30 марта референдум о федеративном устройстве Украины. В тот же день возле здания одесской ОГА, где проходила сессия Одесского областного совета, собралось около тысячи активистов «Куликова поля». Митингующие сняли флаг Украины с флагштока перед зданием и подняли российский триколор. Молодой человек, пытавшийся забрать у активистов «Куликова поля» украинский флаг, был жестоко избит.
Лидер организации «Молодежное Единство» Антон Давидченко зашел в зал заседаний и потребовал впустить участников акции протеста. Депутат Алексей Албу предложил совету инициировать референдум об особом статусе Одесской области.
К 16:00 возле здания ОГА собралось около двух тысяч проукраинских активистов, которые в ультимативной форме потребовали вернуть флаг Украины. Стороны разделил кордон милиции. В результате длительных переговоров активисты «Куликова поля» согласились снять российский флаг и вернуть флаг Украины. В тот же день был назначен новый глава областной администрации Владимир Немировский, сменено руководство областной милиции, СБУ и прокуратуры.
Антон Давидченко был задержан сотрудниками СБУ 17 марта и помещен в СИЗО по подозрению в сепаратизме. Новым лидером «Молодежного единства» стал его брат Артем Давидченко.
На протяжении марта-апреля в Одессе еженедельно происходили многотысячные митинги и демонстрации активистов двух сторон. В отличие от других регионов, где подобные акции сопровождались столкновениями и даже убийствами (например, 13 марта в Харькове, 14 марта в Донецке), митинговая активность в Одессе носила относительно мирный характер. «Самооборона Евромайдана» и «дружины Куликова поля» были наиболее дисциплинированными частями противоборствующих групп и во взаимодействии с милицией обеспечивали порядок во время массовых акций. Для этого они нередко координировали свои планы и действия путем негласных договоренностей. Также «Самооборона» и дружины «Куликова поля» проводили совместные публичные акции, например, общий субботник по очистке территории парка им. Шевченко 22 марта 2014 года.
На массовых акциях основной задачей этих формирований стало предотвращение агрессии и нейтрализация экзальтированных, излишне радикальных и неадекватных активистов со своей стороны. В городе проходили многотысячные собрания и марши, однако большинство из них без каких-либо эксцессов и тем более столкновений. Были, конечно, и острые моменты. Так, 30 марта «Одесская дружина» и «Самооборона» пресекли столкновения между «Правым сектором» и неорганизованными сторонниками «Куликова поля» возле памятника Дюку на Приморском бульваре. 10 апреля произошли столкновения возле гостиницы «Променада», где находился народный депутат Олег Царев. По мнению обеих сторон, оно было спровоцировано извне и произошло в присутствии сотрудников милиции. И в этих, и в других, менее резонансных случаях конфликты заканчивались без человеческих жертв.
Контакты между «Самообороной Евромайдана» и дружинами «Куликова поля» сохранялись вплоть до вечера 1 мая, когда на маевке, организованной «Одесской дружиной», присутствовали несколько представителей «Самообороны» с семьями.
13 февраля 2014 года клубы болельщиков украинских футбольных команды высшей лиги объявили бессрочное перемирие для «совместной борьбы против беззакония, лжи и пропаганды», поддержав «Евромайдан». Матчи клубов высшей лиги сопровождались совместными «маршами за единство Украины» болельщиков двух команд. Также футбольные болельщики-«ультрас» участвовали в столкновениях с пророссийскими активистами, в частности 23 апреля в Мариуполе и 27 апреля в Харькове.

БЛОКПОСТЫ НА ВЪЕЗДАХ В ОДЕССУ
7 апреля было объявлено о начале антитеррористической операции, которая вскоре переросла в полномасштабный вооруженный конфликт в Донецкой и Луганской областях с применением танков, тяжелой артиллерии и авиации. В Одесскую область хлынул поток беженцев.
14 апреля на въездах в Одессу начали организовывать блокпосты, на которых дежурили местные волонтеры и активисты «Евромайдана» из других регионов. Блокпосты располагались рядом со стационарными постами ГАИ на въездах в город и на ключевых развязках в области, суммарная численность их гарнизонов составляла более 300 человек.
Декларировалось, что на блокпостах будут находиться невооруженные гражданские лица, функция которых — не допустить возможного вторжения, в частности со стороны Приднестровья. Фактически же они, очевидно, не предназначались для решения военных задач и создавались в первую очередь для:
— затруднения организованной доставки участников массовых акций противников евроинтеграции из-за пределов города;
— обеспечения постоянного присутствия гражданских лиц возле постов ГАИ для предупреждения случаев коррупции;
— удержания прибывших в Одессу из Киева активистов «Евромайдана» на границе города во избежание эксцессов и осложнения обстановки в городе.
Появление блокпостов вызвало недовольство как одесской милиции, так и части жителей региона. Неопределенный правовой статус добровольцев, большое количество жителей других областей, контролирующих одесситов, ярко демонстрируемые политические пристрастия волонтеров на блокпостах, затруднение движения автотранспорта — все это регулярно становилось причиной как бытовых конфликтов, так и сознательных провокаций оппонентов. Глава милиции области Петр Луцюк на сессии областного совета 24 апреля сообщил, что блокпосты дестабилизируют обстановку. В ответ губернатор Немировский заявил, что блокпосты нужны для того, чтобы контролировать действия милиции.
Ранним утром следующего дня, 25 апреля, на блокпосту на пересечении Объездной дороги и Овидиопольского шоссе прогремел взрыв. Следственно-оперативная группа установила, что взорвалась граната РГД-5, в результате чего семь человек, в том числе один сотрудник милиции, получили ранения. Причина взрыва до сих пор не выяснена. По версии находившихся на посту волонтеров, гранату бросили из проезжающего автомобиля. Представители «Антимайдана» отрицали свою причастность и говорили о возможном неосторожном обращении с самодельным взрывным устройством на блокпосту.
Пострадавшие при взрыве были доставлены в городские больницы. По свидетельству медиков, данный инцидент стал своеобразными «учениями» для коммунальных медицинских учреждений и позволил подготовиться к огромному потоку раненых, которые поступали во время массовых беспорядков 2 мая. Официальное следствие не установило виновных в данном происшествии.
В конце апреля 2014 года глава СНБОУ, комендант киевского «Евромайдана» Андрей Парубий посетил ряд регионов Украины. В частности, 25 апреля он был в Днепропетровской, 29 апреля — в Одесской, 1 мая — в Николаевской областях. По сообщениям СМИ, во время всех этих визитов он инспектировал блокпосты и передавал активистам «Евромайдана» бронежилеты. По инсайдерской информации, во время поездки также обсуждалась перспектива прекращения деятельности блокпостов.
Сторонники евроинтеграции объединились вокруг нескольких координационных центров, наиболее известный из которых находился в штабе организации «Совет общественной безопасности» в доме номер 36 по улице Жуковского. В штабе организовывали поддержку и обеспечение блокпостов, сбор материальной помощи для «Самообороны», армии, беженцев, проводили запись и подготовку проукраинских активистов, готовых реагировать в случае осложнения ситуации в городе. К началу мая в базе данных СМС-рассылки штаба было порядка полутора тысяч номеров телефонов.
Вели базы данных своих сторонников и активисты «Куликова поля». По их словам, одна только «Одесская дружина» располагала номерами телефонов пяти тысяч сторонников.

ЛИКВИДАЦИЯ ПАЛАТОЧНОГО ГОРОДКА НА КУЛИКОВОМ ПОЛЕ
Палаточный городок активистов «Антимайдана» был разбит перед зданием областной администрации на проспекте Шевченко 26 января 2014 года. Через месяц, 25 февраля, лагерь переместился на Куликово поле, которая расположена в центральной части города неподалеку от железнодорожного вокзала и является традиционным местом проведения официальных праздничных мероприятий, в том числе военных парадов.
Палаточный городок был организационным центром протеста. Здесь проводили митинги, распространяли агитационные материалы, собирали средства и вели списки сочувствующих. Отметим, что сторонники евроинтеграции постоянного лагеря не имели, но каждый вечер проводили собрания на Приморском бульваре, возле памятника герцогу де Ришелье.
К середине апреля палаточный городок утратил свою организующую роль и имел скорее символическое значение. Финансирование резко сократилось, ежедневные затраты на содержание лагеря составляли порядка 3-5 тысяч гривень (200-300 евро) и не компенсировались пожертвованиями сторонников. Рассматривался вопрос о его сворачивании, что, однако, стало бы очевидным фиаско для лидеров движения.
Важнейшим катализатором событий 2 мая стало политическое решение об освобождении Куликова поля. На совещании с активистами проукраинских организаций, которое состоялось в начале апреля, глава областной государственной администрации Владимир Немировский заявил буквально следующее: «С палаточным городком на Куликовом будем решать. Сначала попробуем по-хорошему. Парад на 9 мая там будет обязательно».
Высказывания о необходимости ликвидации палаточного городка начали регулярно присутствовать в риторике лидеров сторонников евроинтеграции. 9 апреля вокруг палаток начали строить баррикады из мешков с песком и деревянных поддонов, которые, однако, были скорее символическими постройками и вряд ли могли рассматриваться как серьезные фортификационные сооружения на случай осложнения ситуации.
Однако руководство одесской милиции считало, что силовой сценарий чреват неконтролируемыми катастрофическими последствиями. Милицейское начальство искало компромиссное решение и вело переговоры об освобождении площади в «одесском стиле» — с учетом интересов всех сторон, в том числе путем материального стимулирования руководителей протестных групп. По имеющейся информации, мирный процесс ликвидации палаточного городка финансировался при участии на тот момент кандидата в мэры Геннадия Труханова, заинтересованного в сохранении спокойствия и демонстрации подконтрольности ситуации городским властям в преддверии выборов. Всю техническую часть выполняло высшее милицейское руководство области, в том числе заместитель начальника УМВД в Одесской области Дмитрий Фучеджи.
Полковник Фучеджи проработал в различных подразделениях внутренних дел области более тридцати семи лет, в том числе последние пятнадцать лет — в Одессе. В силу выполняемых задач он был хорошо знаком с ситуацией в городе, поддерживал контакты с лидерами различных организаций и групп и выполнял функции посредника при решении деликатных вопросов.
Также у Дмитрия Фучеджи был опыт ликвидации палаточных городков. Так, в апреле 2005 года был ликвидирован лагерь сторонников Виктора Януковича на Приморском бульваре. В августе 2006 года был снесен палаточный городок коммунистов, которые протестовали против демонтажа памятнику Ленина на Куликовом поле. Во время этих силовых акций имущество протестующих уничтожалось руками «неизвестных оппонентов», милиция лишь «следила за порядком», пресекая попытки сопротивления и чрезмерное применение силы всеми сторонами. По такому же сценарию был ликвидирован лагерь «Евромайдана» возле памятника Дюку в ноябре 2013 года. Во всех этих случаях «неизвестные» не были установлены, а надлежащая правовая оценка действиям работников милиции не была дана.
Есть веские основания полагать, что для ликвидации палаточного городка на Куликово был разработан план, в соответствии с которым его должны были снести руками футбольных болельщиков из группировок «ультрас» поздним вечером 2 мая, после окончания футбольного матча «Черноморец» — «Металлист».
Объективно, такой вариант устраивал все стороны. Руководство области освобождало площадь для парада 9 мая. Милицейское начальство избавлялось от необходимости устраивать сомнительный с точки зрения законности снос палаток силами своих подчиненных. В интересах «Евромайдана» была ликвидация центра напряженности посреди города, а лидеры «Антимайдана» избавлялись от бремени изжившего себя лагеря и получали «картинку» силового разгона, которая сулила им политические дивиденды.
Предполагалось, что вечером 2 мая на пощади будет минимальное количество людей — не более нескольких десятков. Милиция должна была заблаговременно окружить площадь, изолировать обитателей палаточного городка и держать ситуацию под контролем во избежание излишнего насилия и кровопролития.
Для упрощения задачи было решено удалить с площади наиболее боеспособную часть активистов. По многочисленным свидетельствам очевидцев и непосредственных участников событий, в последних числах апреля лидерам «Куликова поля» было передано 600 тысяч гривен (около 50 тысяч долларов). Часть этих денег была направлена на юридическую поддержку находившегося под стражей Антона Давидченко. Руководство «Одесской дружины» получило 35 тысяч долларов за перенос палаток этой организации с площади на Мемориал 411-й береговой батареи (в десяти километрах от Куликова поля), где по согласованию с городскими властями был отделен участок зеленой зоны площадью около 2 гектаров. Полученные средства позволяли профинансировать перенос лагеря и его дальнейшее функционирование. Передача денег происходила при посредничестве начальника областной милиции Петра Луцюка и его заместителя Дмитрия Фучеджи. По имеющейся информации, «Народная дружина» получила аналогичное предложение, но покинуть площадь отказалась.
Палатки «Одесской дружины» были вынесены с площади 1 мая. В этот день прошла традиционная демонстрация, в которой приняли участие коммунисты, активисты левой организации «Боротьба», анархисты и сторонники «Куликова поля». В акции приняло участие около тысячи человек, демонстрация завершилась на Куликовом поле без каких-либо эксцессов.
По свидетельству активистов «Самообороны», которые были участниками пикника в палаточном городке своих оппонентов на мемориале «411 батарея», вечером 1 мая участники «Одесской дружины» строили планы на летний сезон, в частности собирались организовать летний детский военно-оздоровительный лагерь, заниматься социальными и общественно-важными проектами, в том числе совместно с оппонентами.
А за несколько дней до 2 мая от имени «Одесской дружины» в социальных сетях появились призывы собираться в 13:30 на Александровском проспекте — недалеко от места начала совместного марша болельщиков и сторонников единства Украины, который в этих призывах был назван «маршем фашистов».
Командиры «Одесской дружины» и лидеры других протестных групп «Антимайдана» не поддержали эти призывы, не объявляли сбор своих активистов и не предпринимали никаких других мер по защите палаточного городка от возможного силового разгона.
Утром 2 мая на персональной странице в сети Facebook активиста «Куликова поля», адвоката Анны Усатенко появилось пространное сообщение, в котором автор поясняла причины раскола «Антимайдана». По ее мнению, де-факто лидер «Куликова поля» Артем Давидченко не занимался реальной политической борьбой, а «делал картинку», руководствуясь амбициями и меркантильными соображениями. Сообщение заканчивалось словами: «Сегодня мы выходим на противостояние с ультрасами и на защиту простых горожан — и при этом мы не собираемся делать тебе картинку».
Адвокат Анна Усатенко была активным участником движения. Она обеспечивала юридическую поддержку активистов, в том числе «мобильной группы Куликова поля», которая передвигалась на белом микроавтобусе г/н АН6852EO. В мобильную группу входили подготовленные и вооруженные активисты, задачей которых была охрана лидеров движения. Во время инцидента на блокпосту на Овидиопольском шоссе, который произошел 24 апреля, за рулем микроавтобуса находился Виталий Будько, известный под псевдонимом «Боцман».

Ниже мы приводим сообщение Анны Усатенко полностью.
«На Куликовом поле произошел раскол- да произошел…могу объяснить причину
1. категорически не уважаю людей , которые не думают о людях, а думают только о своих амбициях и бабле….Очень хочется верить, что когда освободят Антона- он хорошо надает по голове неразумному братцу…..За все это время проблемы людей , живущих в лагере его в принципе мало интересовали…..пацан заигрался в игры с Кауровым и не только, в то время, когда остальные пытались решить насущные проблемы…когда дураку объясняли, что жить на раскаленной сковородке Куликового уже невозможно находиться, что нет электроснабжения, что проблемы с водой , туалетом и тд- ответ был один — НАМ НУЖНА КАРТИНКА…..так может за картинкой нужно было видеть людей?
2. у меня вопрос, когда люди, которые получали травмы при силовых противостояниях- почему ни разу никто из вас нее поинтересовался их здоровьем и лечением? ах да НАМ НУЖНА КАРТИНКА — и по хрену, что при этом кто то травмируется…
3. сколько раз договаривались, что если штаб движения принимает какое — либо решение, то оно исполняется всеми и отклонения от линии не допустимо, а что делали вы? вы перли на сцену и говорили, то , что вам хотелось
4. когда в гостинице заблокировали Царева- вы орали НУЖНА КАРТИНКА и плевать, что Цареву ничего не угрожало, а ветераны хотели праздника и нормального концерта, видела их недоуменные лица — мягко говоря не приятно было, спасибо Цыгановой, что спасла положение
5. И ПОСЛЕДНЕЕ — МОЖЕШЬ СКОЛЬ УГОДНО АРТЕМ РАССКАЗЫВАТЬ ПРО ПРЕДАТЕЛЕЙ И ТД, НО СЕГОДНЯ МЫ ВЫХОДИМ НА ПРОТИВОСТОЯНИЕ С УЛЬТРАСАМИ И НА ЗАЩИТУ ПРОСТЫХ ГОРОЖАН- И ПРИ ЭТОМ МЫ НЕ СОБИРАЕМСЯ ДЕЛАТЬ ТЕБЕ КАРТИНКУ, МЫ СОБИРАЕМСЯ ЗАЩИЩАТЬ ЛЮДЕЙ, НАДЕЮСЬ ТЫ СО ВРЕМЕНЕМ ИЗВИНИШЬСЯ ПЕРЕД ВСЕМИ , КОГО ОСКОРБИЛ СОВЕРШЕННО НЕ ЗАСЛУЖЕННО»

Утром 2 мая в Одессу прибыл специальный поезд с болельщиками из Харькова и других городов. Как и на другие матчи, на эту игру были организованно доставлены болельщики «Черноморца» из райцентров области, в частности из Котовска. Также в город направлялись группы активистов Евромайдана из других городов (Николаева, Херсона, Винницы, Ровно), которые должны были прибыть по второй половине дня 2 мая. «Марш единства Украины» с участием болельщиков двух команд и проукраинских активистов был назначен на 15 часов.
Второго мая, примерно в 13:00, сторонники «Антимайдана», в основном активисты «Одесской дружины», начали собираться на Александровском проспекте с явным намерением воспрепятствовать маршу болельщиков…
Детальная хронология последующих событий обнародована «Группой 2 мая» 26 июня 2014 года и доступна по следующей ссылке: http://2maygroup.blogspot.com/p/blog-page_8417.html

ПРИМЕЧАНИЯ
Под терминами «Антимайдан» и «Куликово поле» авторы подразумевают организации и отдельных лиц, которые разделяют идеи федерализации Украины, и/или создания на ее территории независимых государственных образований, и/или изменения внешних границ государства, и поддерживают действия активистов палаточного городка, располагавшегося на площади Куликово поле в Одессе в феврале-апреле 2014 года.
Термином «Евромайдан» авторы обозначают организации и отдельных лиц, которые являются сторонниками унитарного устройства, и/или европейской интеграции Украины, и/или сохранения неизменными внешних границ государства, и поддерживают действия активистов — участников массовых акций протеста («Майдана») 2013-2014 годов в Киеве и Одессе.
Термином «ультрас» авторы обозначают неформальные группы наиболее активных футбольных болельщиков.
Указанные термины используются исключительно для обозначения сторон конфликта и не подразумевают каких-либо оценок и характеристик.
Текст документа может свободно использоваться в коммерческих и некоммерческих целях, только в полном объеме в первоначальном виде, при условии сохранения авторства, без внесения в него каких-либо неавторизированных изменений, сокращений или дополнений.

Авторский коллектив:
Сергей Дибров
Татьяна Герасимова
Валерия Ивашкина
Евгений Пересыпкин
Светлана Подпалая
Павел Поламарчук
Владимир Саркисян
Владислав Сердюк
Юрий Ткачев

    
    


    
    


6256

Комментировать: