Наша камера
на «Ланжероне»
Loboda Loboda
в Садах Победы
Погода в Одессе сейчас +7 ... +9
днем +7 ... +10
Курсы валют USD: 0.000
EUR: 0.000
Регистрация
Фильтр публикаций
Все разделы
Публикации по дате
Дата:

Призрак оперы? Укрощение строптивой? Три карты?..

Понедельник, 6 июля 2009, 13:10

Тина АРСЕНЬЕВА

Вечерняя Одесса, 02.07.2009

В субботу, 27 июня, у здания оперного театра состоялся митинг протеста: ведущие артисты... не хотят Сергея Проскурню.

ВОТ ТАК, прям как у одесского классика: «Я не хочу вас, как невеста не хочет прыщей на голове»: «Чемодан — вокзал — Киев!», «Не верим Проскурне!», «Мы против Проскурня-продакшн-предприятия!» — такие и подобные транспаранты привечали исполняющего обязанности директора Одесского национального академического театра оперы и балета. Что до самого Сергея Проскурни, он честно стоял напротив изрядной группы митингующих, которые, помимо плакатов, озвучивали свои претензии устно.

Нельзя сказать, что для выражения протеста собрался весь коллектив — он, как утверждают, насчитывает до 500 человек, — но те, кто митинговал, имеют в театральной труппе решающий вес, они — ее цвет. Не буду упоминать звания — достаточно имен: Людмила Ширина и Анатолий Дуда, Елена Стародубцева и Анатолий Капустин, Василий Навротский и Наталья Ютеш, Татьяна Спасская и Ирина Берлизова, Владислав Горай и Елена Одинокова, и многие другие.

«Назначение директором Сергея Проскурни — рейдерская атака! — устами профессора и главного хормейстера театра Леонида Бутенко постановило собрание. — Мы не ночной клуб, мы храм!».

В общем, «на майданi коло храму революцiя...». Даже с левыми перегибами поистине бабелевского карнавального оттенка: покуда журналисты налетели с вопросами на Сергея Проскурню, театральный народ не безмолствовал, он академически поставленными голосами скандировал: «Ганьба!» — и задиристо исполнял «Прощание славянки».

После того, как митинг отвел душу, журналисты собрались в кабинете С.Проскурни; я побеседовала также с народной артисткой Украины Людмилой Шириной (председателем профкома театра и заведующей труппой) и с другими оперными солистками. Оставим иронию — столкнем и сопоставим мнения.

ПЕРВЫЙ МОТИВ тревоги театральной труппы — намерение нового директора реорганизовать театр, являющийся государственным учреждением, в государственное предприятие.

С. Проскурня: «25 мая Министерство культуры и туризма Украины издало приказ о реорганизации. На положение государственных предприятий постепенно будут переведены все национальные театральные учреждения. Театры имени Леси Украинки и имени Ивана Франко в Киеве уже давно — госпредприятия. С контрактной системой, которая всем работающим в этих театрах нравится. Государственное предприятие имеет право на создание собственных фондов из своего бюджета, то есть более гибкий финансовый механизм для развития. Смена административной формы никак не влияет на логику творческого процесса. В юридической грамотности работников Минкультуры, которые готовили реорганизацию, у меня нет сомнений».

Л. Ширина: «Государственное предприятие, в нашем случае — здание театра, легко захватить посредством инвестиций. Превратить в акционерное общество — вот как Одесскую киностудию. Мы по телефону рассказали о реорганизации директорам других оперных театров Украины — они только посмеивались. Странно: почему мы — первые и единственные среди оперных театров? Тогда переводите в статус госучреждений все театры Украины одновременно, начиная со столичной Национальной оперы!

«Зарабатывающий» оперный театр?! Все оперы мира — на дотациях и на деньгах спонсоров. Опера — не прибыльна!

Я вхожу в комиссию по реорганизации. Считаю, что реорганизации должна предшествовать тщательная разработка нового коллективного договора, трудовых соглашений. Надо предварительно подготовить правовую базу. Почему министерство, если оно сочло форму госпредприятия целесообразной для театров, эту базу не обеспечило? В Украине нет прецедента оперного театра — государственного предприятия!

Оркестр Хобарта — госпредприятие. Но там только люди и музыкальные инструменты, а у нас — здание театра! Полагаю, что Проскурня ведет себя неразумно».

ВТОРАЯ МОТИВАЦИЯ конфликта — Сергей Проскурня «дал афронт» творческому составу труппы...

Л. Ширина, И. Берлизова, Е. Одинокова, Н. Ютеш: «Проскурня хочет набрать состав спектаклей «до сорока лет» — это что, театр молодого стажера?.. Понимает ли директор, что: певческий оперный голос только к сорока годам и складывается; студентка, которую он прочит на партию Кармен, рискует на этой партии сорвать себе голос; голос напрямую зависит от психофизики — надо «заматереть», чтобы он окреп!..

Декорации — «жах», хор — «как бомжи», вокалисты — «балласт», балет — «никуда не годен»: и тут же — никому из нас не известный голландец, антреприза. А статус Национального театра — «бонус».

С.Проскурня: «23 апреля и 9 мая состоялись прослушивания. Кандидатов на партии в «Кармен», не только из Одессы, слушали дирижер из Канады и Великобритании Кевин Маллон, режиссер Ламберт Бинен и я. Было четкое желание вывести молодых.

Я делаю попытки решить проблему главного дирижера — это невидимая работа. В Уставе реорганизованного театра записано: генеральный директор — он же художественный руководитель. Режиссеров-постановщиков будем приглашать именитых: идут переговоры с Кшиштофом Занусси, в планах Питер Гринуэй...

Я не резкий — я требовательный. Я на 42-м дне своего пребывания в должности собрал артистов, живущих в общежитии на Тираспольской, там уже пять лет нет горячей воды: как вы можете это терпеть, почему не обращаетесь в профком?! И мог ли я не сделать замечание художнику Бевзенко-Зинкиной за продранные холсты декораций?..

Как режиссер вижу огромную проблему отсутствия режиссера-постановщика в этом театре и множества «бесхозных» спектаклей. Работа в прежнем стиле для театра — самоубийство».

(Нелирическое отступление. На сих словах с потолка хлынул ручей: «зарыдал»... кондиционер — одна из множественных бытовых недоделок, с которыми здание театра торжественно сдали в работу после героической реставрации. В кабинет директора влетели рабочие со стремянкой и подставили под струю ведро...)

Л. Ширина: «А по нашим сведениям, существует компания «Проскурня-продакшн», подписавшая с этими иностранцами кабальный договор на десять спектаклей.

Сняли с наших подмостков «ужасную» «Кармен» — да, не гениальную, но... хоть сделай вид, что советуешься с труппой. И в том же «Статуте», который С.Проскурня распространил в труппе, записано, что просмотр старого репертуара и решение о судьбе спектакля — в компетенции экспертной комиссии Минкультуры! (Упоминаемый обеими «сторонами» статут, или устав, — «Концепция развития Одесского национального театра оперы и балета» — одобрен коллегией Минкультуры 25.12.2008 г., Т.А.).

Ведь можно создать в театре молодежный филиал, но не худо помнить, что мало кто начинает с «Тоски» и «Аиды». Эксперимент — твое право. Но эта спонтанность и какой-то... авантюризм, когда мировая практика театров — расписывать все до мелочей на годы вперед!.. В театрах Европы контрактная система отживает, наблюдается возврат в режим стационарного репертуарного театра.

Когда Минкультуры заявило, что хочет сделать из Одесской оперы театр европейского уровня, мы подумали, что завтра будут приняты на постоянную работу дирижер и режиссер европейского уровня!

Мы предлагаем репертуарные спектакли одновременно с репетициями новой «Кармен», а директор заявляет, что до середины сентября спектаклей на сцене не будет: в разгар курортного сезона!.. Хотим новых спектаклей, хотим хороших и строгих дирижера и режиссера... а ему мы не нужны, мы его раздражаем. Спектакли на основе ангажемента — это не репертуарный театр, это проходной двор какой-то».

В РАЗГОВОРАХ ВСПЛЫЛ И ТРЕТИЙ базовый мотив конфликта: прозвучало слово «касса».

С. Проскурня: «Сегодня, 27 июня, я 68-й день в должности. Но рапортички о проданных билетах мне почему-то до сих пор добровольно не подают... Я выпустил новые, броские афиши «Парада дирижеров», мы заплатили, в том числе за расклейку, — сегодня провожу административное расследование: почему они не расклеены?

Цех вокалистов провел свое собрание сразу после театрального собрания о билетном хозяйстве, — почему?

(Пресловутые «несанкционированные» цеховые собрания 19 и 23 июня стали детонатором митингового «взрыва», ибо директор издал распоряжение о сдаче «объяснительных» и потребовал назвать «зачинщиков», Т.А.)

Как директор я должен знать, что происходит во всех сферах театрального хозяйства, в том числе в билетном. И готов предоставить всю документацию за 60 дней моего пребывания здесь».

Л. Ширина: «Вопрос: из каких денег — гонорар приглашенным на «Кармен» гастролерам? На собрании оркестра директор сказал: «Из наших», — да еще и «оплата аренды» костюмов и декораций! Почему для оплаты труда приглашенных творческих специалистов не привлечены спонсорские деньги? По-хозяйски ли это — заработанное театром отдать гастролерам, да еще когда в стране кризис и завтрашняя зарплата под вопросом?

Положенный Национальному театру «коэффициент 4» Проскурня обещал обеспечить нам до отпуска: мы уже должны бы получать вдвое большую зарплату, на это в годовой бюджет государства заложено 43 млн. гривен. Этими деньгами распоряжается министр культуры и туризма. И вот, стало быть, уже порядка 18 миллионов не израсходованы, — куда они пойдут?».

СУБЪЕКТИВНЫЙ МОМЕНТ. Сергей Проскурня: «Мои впечатления? Сильные. Впервые участвую в таком перформансе. К тому, что произошло, отношусь как к интересной попытке сбросить меня с коня. Этот театр нуждается в защите от самого себя, и я его защищу».

Эффектная последняя фраза Сергея Проскурни не лишена почвы — на протяжении полугода мне довелось разбираться во внутренних конфликтах оперного театра, обнародовать которые я не сочла возможным. Слишком личностны, запальчивы, запутанны внутренние отношения в сложном организме театра, чтобы журналист (сторонний наблюдатель) выступил тут судией. Но вот то, что по фактам финансовых нарушений во время зарубежных гастролей театра было возбуждено уголовное дело, — сермяжная правда.

Правда и то, что на мой запрос по этому поводу в следственное управление ГУМВД Украины Одесской области я получила простую отписку от 1.12.2008 г., за подписью заместителя начальника З. И. Сафарова, со ссылкой на «тайну следствия»: чем это следствие закончилось, неведомо...

Театр остро нуждается в креативном, творческом и... «несъедобном» руководителе. Как говорится — «будем посмотреть».
2243

Комментировать: