Наша камера
на «Ланжероне»
Loboda Loboda
в Садах Победы
Погода в Одессе сейчас -6 ... 0
днем +1 ... +2
Курсы валют USD: 0.000
EUR: 0.000
Регистрация
Фильтр публикаций
Все разделы
Публикации по дате
Дата:

Послевкусие от кинофестиваля

Воскресенье, 11 июля 2010, 11:11

Елена Марценюк

Юг, 08.07.2010

Это были воистину волшебные, кудеснические два дня и две ночи, имя которым Великий Кинематограф и Величественная Музыка. Кинематограф первозданный, еще не впитавший мастеровитость параллельных искусств и уловки вездесущей техники. Необыкновенно образный, завораживающий экранной энергией, берущий в плен выразительностью киноязыка и… немой. Совершенно немой! Еще не умеющий произнести ни звука.

Музыка разукрасила его черно-белое пространство всеми цветами радуги и, нет, не перевела на доступный нам язык — в этом не было никакой необходимости, — а гармонично наполнила дыханием современной жизни, будто на фантастической машине времени преодолев восемьдесят и более лет, прошедших от дней создания этих бессмертных кинолент.

Я рассказываю о фестивале кино и современной музыки «Немые ночи: украинское немое», уже ставшем историей, прошедшем на Одесском морвокзале 19-го и 20 июня. Писать о нем не планировала. Хотелось не быть «при исполнении», а просто почувствовать себя зрительницей, окунувшись с головой в истоки уникального явления культуры, зародившегося почти одновременно в Одессе и Париже как иллюзион и закономерно превратившегося в важнейшее из искусств на всех континентах.

Но вот прошло больше двух недель, а фестиваль «Немые ночи: украинское немое» не уходит из сердца. Томит, как воспоминание о первой любви. Собственно, это любовь и есть. Любовь к настоящему кинематографу. А еще — к родному городу и Отчизне, которую по-украински мы зовем Батьківщиной, ибо все фильмы, представленные на этом удивительном кинофестивале, были либо созданы в Украине, а точнее, на Одесской кинофабрике, либо в числе их создателей были наши соотечественники-украинцы.

Замечательная, просто отличная идея вернуть Одессе связанные с ней и нашей страной шедевры немого кино и напомнить миру, что Южная Пальмира была самой настоящей колыбелью мирового кинематографа, принадлежала благотворительному фонду имени Ивана и Юрия Лып. Одним из ее вдохновителей стал и французский киновед Любомир Госейко (в Париже его фамилию произносят с ударением на последнем слоге: ГосейкО). Судьба Любомира и его работа в кино могут послужить примером нам, современным украинским кинематографистам, растерявшимся в нынешнем бескартинье и потерявшим запал творить, какие бы ветры перемен ни дули в душу во время бесконечных кризисов.

Любомир Госейко — сын остарбайтеров-украинцев, оказавшихся во Франции после второй мировой войны. Он вырос во франкоязычной среде и с детства ощущал себя французом. Но лишь до тех пор, пока, уже став студентом Французской киноакадемии и копаясь в синематеке, не обнаружил немалое количество немых кинолент с блистательной Верой Холодной. Интерес к кино, созданному в Украине, пробудил зов крови и Родины. Любомир задумал написать историю украинского кино. И в преддверии этого серьезного труда, связанного с чтением многочисленных архивных материалов и просмотром фильмов украинского кинопроизводства, специально выучил украинский язык.

«История украинского кинематографа» Любомира Госейко была издана в начале двухтысячных годов на французском и украинском языках. Сегодня она является единственной завершенной и опубликованной киноведческой монографией на эту тему. К сожалению, в Украине до сих пор не нашлось ни одного исследователя или издателя, для которых история украинского кино оказалась бы достаточно вдохновляющим фактором для подобной работы.

Не могу не вспомнить, как в период написания «Истории украинского кинематографа» Любомир Госейко приехал в наш город для сбора материала. Мы, несколько одесских кинематографистов, встретились с ним в кафе кинотеатра «Одесса». И случился конфуз: гость из Франции мог свободно общаться на украинском языке, а из его собеседников, представлявших кино Украины, украинским владела только я. Так и разговаривали через мой перевод. Смешно и стыдно.

Помню, тогда же Любомир Госейко в ответ на наши сетования по поводу безденежья, бескартинья и невозможности снимать кино посоветовал: «Используйте освободившееся от съемок время на теоретическую работу. Вы обладаете бесценным опытом, уникальными знаниями. Пишите книги для будущего. Они не будут лежать в столе. Любой достойный труд рано или поздно находит единомышленников и меценатов. Знаю это по себе». Мало кто из нас воспользовался его советом. Почти никто.

А Любомир остался верным себе. Наверное, поэтому идея провести фестиваль «Немые ночи: украинское немое» сразу привлекла сподвижников. Ими стали киноведы Владимир Войтенко и Юрий Макаров из Киева, Юстина Яблонская из Варшавы, Юрий Шевчук из Нью-Йорка. Поддержку оказали Международный благотворительный фонд «Украина-3000» и управление молодежной и семейной политики Одесского городского совета.

И здесь не могу не упрекнуть устроителей-одесситов. Мало того, что реклама уникального, интереснейшего кинофестиваля «Немые ночи: украинское немое» была скудной, бедненькой и невнятной (а ведь речь шла не только о кинематографическом явлении, но и о привлечении внимания к ныне бедствующей Одесской киностудии, некогда бывшей первой кинофабрикой Российской Империи и первой национализированной советской киностудией, подарившей миру настоящие шедевры немого кино), так его еще умудрились запустить день в день с международным кинофестивалем короткометражных фильмов. Вот уж воистину зафестивалило! А на деле часть потенциальных (в основном, молодых) зрителей фестиваля «Немые ночи: украинское немое» была отвлечена программой другого фестиваля, презентующего современные короткометражки. Настоящие любители кино просто разрывались между этими кинофестивалями. Чего стоило развести их всего на неделю? И кинематографический праздник, начавшийся у истоков мирового кинематографа и его немых фильмов, имел бы закономерное продолжение. Кстати, так бывает всегда, когда думают не о людях, а о «мероприятии». Неискоренимый чиновничий стиль организации.

Но зато те, кто провел феерические ночи на Одесском морвокзале, запомнят свое потрясение на всю жизнь. Просмотры кинофестиваля проходили в Морской арт-галерее, а с наступлением темноты перекочевывали на причал. И хоть первый день назывался «Немота», а второй «Тишина», пространство взрывалось ярчайшей музыкой, специально созданной и исполненной музыкантами из разных стран для сопровождения каждой из десяти фестивальных кинолент.

Фильмом-открытием (не только в регламенте фестиваля, но и в смысле художественного явления) стал немой киноколлаж испанского режиссера Карлоса Родригеса «Симфония в образах» — поэтическая киноиллюстрация к «Фантастической симфонии» Гектора Берлиоза. Синтетичность кинематографического искусства особенно ощутима в его немом варианте, когда пластика и динамика несут колоссальный смысловой пласт и являются самодостаточными на экране, но вместе с тем могут гармонично сочетаться со словом, цветом, шумовыми эффектами, музыкой. Именно так научились сегодня «оживлять» кинопроизведения великого немого кинематографа.

Первый фестивальный день был посвящен кино, созданному в Украине. Его главными героями стали актеры Вера Холодная и Семен Свашенко — наши незаурядные соотечественники, прославившие своим талантом, красотой, зрелым мастерством отечественную культуру и Одесскую кинофабрику. Зрители получили возможность посмотреть раритетные легендарные фильмы начала двадцатого века «Молчи, грусть, молчи» (режиссер Петр Чардынин), «Ночной извозчик» (режиссер Георгий Тасин), «Человек с киноаппаратом» (режиссер Дзига Вертов) и настоящий киношедевр «Арсенал» Александра Довженко с потрясающими Семеном Свашенко и Амвросием Бучмой в ролях в сопровождении не менее потрясающей музыки Юрия Кузнецова.

Сплав истории и современности получился настолько выразительным, что довженковская образность, сохраненная на века камерой Даниила Демуцкого, слившись с музыкой Юрия Кузнецова, как будто получила второе дыхание. Далекие события восстания революционных рабочих на киевском заводе «Арсенал» стали восприниматься не с точки зрения подвига и самопожертвования ради высокой антивоенной цели, как это пропагандировалось всегда при трактовке «Арсенала» Довженко, а как призыв к лучшей жизни, неискоренимости порыва простого человека к счастью.

И вот какая мысль пришла во время просмотра фильма Александра Довженко: по эмоциональности, фантастически выразительному образному ряду, замечательным актерским работам (чего стоит отравленный «веселящим» газом старый кайзеровский солдат в исполнении Амвросия Бучмы!) «Арсенал» ничуть не уступает «Броненосцу «Потемкин» Сергея Эйзенштейна. Только «Броненосец…» почему-то постоянно на слуху, и в памяти зрителей его неизменно связывают с созданием в нашем городе, хотя фильм и являлся кинопродукцией Первой московской фабрики Госкино. А «Арсенал» снимался на Одесской кинофабрике, Александр Петрович Довженко числился здесь штатным режиссером. Кто сегодня помнит об этом? Спасибо фестивалю «Немые ночи: украинское немое», что так наглядно и волнующе напомнил сей знаменательный факт Одессе и одесситам.

Второй фестивальный день явил зрителям немые фильмы с участием Анны Стен и Григория Хмары — знаменитых украинских киноактеров, работавших за рубежом. Фильмов с их участием наш широкий зритель практически не видел, так что демонстрация этих лент в рамках кинофестиваля стала кинопремьерой не только в Одессе, а пожалуй, во всей Украине. Польская картина «Сильный человек» (режиссер — ученик Мейерхольда Хенрик Шаро), немецкая «Раскольников» (режиссер Роберт Вине), российская «Земля в плену» (режиссер Федор Оцеп) напрочь развеяли мнение о немом кино как о «салонном», «оторванном от жизни», «уводящем от современных проблем и правдивых характеров».

А когда кинопоказ переместился на открытый воздух под низко висящие над морем звезды, организаторы подарили зрителям настоящие «изюминки» фестиваля: «Хореографические этюды для камеры», снятые в 1945 году американкой Майей Дерен, которая, на самом-то деле, была киевлянкой Элеонорой Деренковской, и до сих пор не превзойденный немой шедевр «Марш машин».

Последний фильм был показан в Украине лишь дважды — в 1930 году и на кинофестивале «Немые ночи: украинское немое». В кадре — только машины, завод. Но на белом прямоугольнике экрана все эти мертвые механизмы «дышат», «общаются», «конфликтуют», «живут»… После «Марша машин» его создатель французский кинорежиссер Эжен Деслав получил заслуженную мировую известность. А Любомир Госейко, комментируя фильм, высказал совершенно неожиданное мнение: «Драматургия и изобразительный ряд «Марша машин» настолько совершенны, что действо на каком-то этапе начинает восприниматься как романтический сексуальный акт. Подобный эффект создает виртуозная грамматика монтажа Деслава».

И наверное, стоит хотя бы упомянуть творцов специально написанной для фестивальных фильмов разножанровой необычной музыки: «Aabzu» (Польша), Арсений Трофим (Санкт-Петербург), «V-trio» (Одесса), Диана Миро (Киев), «Надтосонна/2Sleepy» (Киев), «ShockolaD» (Львов) и, разумеется, Юрий Кузнецов (Одесса).

Слова не нужны, если искусство настоящее. Немое кино, явившееся в Одессу почти через столетие, доказало это безо всякой болтовни. А еще оно убедительно напомнило, каким талантливым является украинский народ. Киношедевры, созданные им на заре мирового кинематографа, прошли проверку временем, сменой общественно-политических формаций и зрительских вкусов.
2556

Комментировать: