Наша камера
на «Ланжероне»
Лобода Лобода
в Садах Победы
Погода в Одессе сейчас -4 ... -2
утром -5 ... -3
Курсы валют USD: 25.638
EUR: 27.246
Регистрация
Фильтр публикаций
Все разделы
Публикации по дате
Дата:

Покончить с лицемерием

Понедельник, 24 ноября 2008, 06:07

Е. Колесниченко

Час пик, 17.11.2008

Более двадцати лет я не понаслышке знаю о так называемой «языковой проблеме» в моей профессиональной среде. Все годы независимости сфера высшего образования испытывает то усиливающееся, то ослабевающее давление со стороны государственных структур, связанное с насильственным переходом преподавания на украинский язык.

В русскоязычных регионах украинизация приводит к повсеместному воспроизведению абсурдной ситуации, при которой русскоязычный преподаватель, стоя перед аудиторией таких же русскоязычных студентов, вынужден, вопреки желанию своему и своих слушателей, в угоду идеологическим и чиновничьим установкам, читать лекции не отрываясь от украинского конспекта, вести объяснение на ужаснейшем суржике, периодически все равно «срываясь» и переходя на родной для себя и аудитории язык.

Идет постоянная игра взаимных обманов преподавателей и администрации. На вопрос «на каком языке читаются лекции?» честным будет ответ: «Пока дверь в аудиторию закрыта, на русском, когда открывается — на украинском...». При этом все прекрасно понимают, но продолжают эту игру.

Такая ситуация является фактически нарушением законодательства — но она же и усугубляет правовой нигилизм. Все по Салтыкову-Щедрину: суровость закона компенсируется необязательностью его выполнения. До боли знакомый парадокс из критикуемого ныне советского прошлого: думаем одно, говорим другое, делаем третье. И это не удивительно: все повторяется. Никуда не делись (только изменили содержание на противоположное) идеологические догмы, оторванные от реальной жизни, игнорирующие настроения людей. Они спущены к нам «сверху» и рьяно претворяются в жизнь надежной бюрократической машиной. А мы, участники этого действа, вынуждены мириться с ним, обреченно вздыхая — ведь никуда не денешься...

Многие даже пытаются найти всему этому оправдание. От некоторых вполне разумных и уважаемых коллег (исключительно русскоговорящих) можно услышать: «Все правильно — ведь если приезжаешь в Англию или во Францию, ты вынужден будешь говорить и преподавать на английском или французском, а не на русском...». Но именно в этом тезисе, который радостно подхватывается сторонниками украинизации, и содержится главная логическая ошибка и подмена понятий. Да, приехав в другую страну, я буду эмигрантом, чужаком, окруженным устоявшейся веками языковой и культурной средой, к которой, безусловно, должен приспосабливаться. Но здесь, в Украине, у себя на родине, я не эмигрант. Здесь жили многие поколения моих предков, для которых всегда родным языком был русский. И таких, как я, — не меньшинство, а подавляющее большинство в восточных, южных, а среди городского населения — и во многих других регионах страны. И, кстати, независимо от этнической принадлежности человека.

Но нет, наши идейные вожди пытаются нас сделать эмигрантами на родной земле, гражданами второго сорта, которых следует заставить силой если не забыть родной язык, то максимально ограничить сферу его применения. Сторонники этой идеи очень любят нас успокоить: «А кто вам запрещает разговаривать на русском?». Вот спасибо! Большое демократическое достижение европейской страны XXI века: нас не хватают на улице и не арестовывают, заслышав речь на негосударственном языке. Но если так пойдет дело, и если полностью следовать букве указов и постановлений государственных органов, то в скором будущем русский язык будет полностью вытеснен из сферы образования — и школьного, и высшего, — дело — и судопроизводства, служебного делового общения, и, как последняя капля, — из средств массовой информации. Нам милостиво разрешат применять его на базаре, в трамвае и на кухне.

Но вернусь к близкой мне теме образования. В таком поляризованном государстве, в руководстве столь тонкой и чувствительной сферой, как образование, в результате «политической целесообразности» Министерство возглавил явный представитель националистических, антирусских и даже русофобских кругов, ректор Львовского университета И. Вакарчук. С его приходом все реальные проблемы образования отодвинуты на второй план — главным объявлен немедленный и полный переход образования исключительно на украинский язык. Это означает максимальную ликвидацию русских школ, невозможность для русскоязычных детей получить полноценное высшее образование, угрозу увольнения (об этом уже было прямо заявлено) тех преподавателей, которые не желают подчиниться грубому давлению.

Возьмем такую категорию граждан, как иностранные студенты. Оплачивая контракт, они вольны были выбирать язык обучения, теперь они этого права лишены. А ведь эта специфическая сфера преподавания десятилетиями развивалась исключительно на русском языке, на нем — все методическое обеспечение. Немаловажно и то, что в русскоязычных регионах для иностранцев, вынужденных учить все на украинском, полностью отсутствует языковая среда, а после обучения резко сузится возможность применения полученных знаний — хотя бы даже в пространстве СНГ. Таким образом, обучение иностранных студентов заведомо становится менее привлекательным, и понятно, что количество иностранцев в наших вузах заметно уменьшится, если этот закон будет реально воплощен в жизнь. Государство при этом потеряет значительную часть валютных денежных средств, а соответствующие преподаватели — работу. Кстати, один парадокс лишь подчеркивает абсурдность ситуации: в западных регионах, в частности, во Львове, позволено, по желанию заказчика, создавать как украинские, так и русские группы, в Одессе об этом даже речи быть не может: русский язык требуют изъять из всех программ и учебных планов для иностранцев!

В последние годы языковые проблемы тесно переплелись с политическими. Многие депутаты и политические деятели, еще вчера бывшие русскоязычными, декларируют и всячески подчеркивают свою «украиномовнисть». Но это обманчиво. Хотя они и выучили (часто — с горем пополам) украинский — и это само по себе очень хорошо! — родным для них все равно остался русский. Всем известно, что в отсутствии публичности они сразу же переходят на тот язык, на котором думают, то есть, на родной русский. Да и, что называется, перед камерами они «выдают» себя, непроизвольно произнося русские слова и обороты. Такое двуязычие при свободном владении обоими языками можно было бы только приветствовать. Но почему-то многие такие деятели в угоду политической конъюнктуре становятся ярыми борцами с русским языком, мало того, они как бы «стесняются» своего русскоязычного происхождения, фактически предавая свой родной язык! И это равносильно предательству собственных корней, что, мягко говоря, не очень порядочно. Ведь все равно их жены и дочери, как говорилось в одном известном фильме, рожая детей, будут кричать «мама, мамочка» по-русски.

Может создаться впечатление, что я выступаю противником украинского языка — но это не так! Это опять подмена понятий. Наш язык прекрасен, и все мы в недавнем прошлом с удовольствием учили его с детства и прекрасно владели им, наряду с родным. Я говорю это в опровержение существующей версии о дискриминации украинского языка в советское время.

За годы независимости применение украинского языка резко расширилось, и это сделало нас фактически двуязычными. И, по идее, государство, в лице власти, должно только приветствовать такое положение вещей. Но нет — оно использует язык как средство своей идеологической пропаганды. Тревожно наблюдать, как за последнее время в политической, административной, культурной сферах усиливается влияние крайне националистического мировоззрения, пришедшего к нам из западной части Украины, идеалом которого провозглашается моноязычие и монокультурность (другими словами, «монополия»?).

Агрессивное давление в языковой сфере замешано на антироссийских настроениях, и самое смешное, как это переносится на сам язык. На глазах рождается и насаждается украинский «новояз», в котором многие слова литературного украинского языка, внесенные во все словари, заменяются словами польского и другого иностранного происхождения, присущими западным диалектам — и все это явно ради того, чтобы максимально исключить родственные и однокоренные слова соответствующих понятий русского языка. Происходит доходящее до анекдотов выдумывание новых «особых» украинских терминов в различных научных и профессиональных областях. Эти термины идут вразрез с общепринятыми в международной практике аналогами слов латинского и иного происхождения — только потому, что они созвучны с соответствующими русскими терминами. И такой подход навязывается всей стране — как часть антироссийской политической доктрины. Культивируется мнение, что несогласие и непринятие этого подхода равносильно предательству украинских национальных интересов.

Любой политик, ученый, деятель культуры, выступающий в защиту прав русскоязычного населения Украины, автоматически объявляется «агентом влияния» России и Кремля. Мы на каждом шагу слышим, как угодные власти политики, «успевшие» надеть на себя новую идеологию, в ответ на аргументы защитников официального двуязычия, снисходительно советуют последним «вывчыти ридну мову». Но здесь снова пример типичной подмены понятий: Ведь «родной» язык нельзя «выучить» во взрослом возрасте. Он на то и родной, что его слышишь с пеленок, на нем учишься говорить первые слова, на нем думаешь (и это главная его характеристика)! Выучить можно и, безусловно, нужно государственный язык, но от этого он не станет родным. Почему наши новоиспеченные государственные мужи не признают общепризнанные научно-лингвистические факты и понятия?

Любая, даже робкая попытка упомянуть в законах о правах русского языка, что отвечает чаяниям большинства граждан Украины, встречает у «идеологов» буквально истерическое неприятие и сопротивление.

Упорно и агрессивно навязываются большинству не только языковые, но и культурные и мировоззренческие приоритеты, присущие лишь одной, меньшей, части украинского общества. Именно агрессивность этой идеологии, при поддержке бюрократического аппарата, с одной стороны, и пассивном непротивлении — с другой, вносит существенный дополнительный дискомфорт в и без того нелегкую жизнь миллионов русскоязычных граждан нашей страны.

А ведь при желании решить эту проблему, не используя ее для политических спекуляций в преддверии очередных выборов, можно и нужно. Для этого, во-первых, необходимо четко и ясно, на официальном уровне признать, что на большей части территории Украины исторически проживает коренное русскоязычное население — независимо от его этнической принадлежности. Подчеркиваю: не насильственно русифицированное, а исконно русскоязычное. И не национальное меньшинство, а добрая половина народа. Следует отказаться от всех попыток насильственного изменения его языкового и культурного статуса. На законодательном уровне, во исполнение ратифицированной Украиной «Европейской хартии региональных языков», дать возможность местным советам, там, где они сочтут нужным, признать региональный статус русского (в других регионах — иного) языка. В настоящее время такие попытки, как известно, преследуются прокуратурой, объявляются «подталкиванием к сепаратизму» и отменяются как противоречащие закону.

В соответствии с этим следует предусмотреть меры по законному (а не явочному) обеспечению свободного функционирования русского языка во всех сферах деятельности, наряду с государственным языком. Граждане должны получить право свободного выбора языка образования на всех этапах учебы, в дело — и судопроизводстве, в своей служебной деятельности. При этом пока можно оставить открытым вопрос о признании русского языка вторым государственным, что, скорее всего, было бы враждебно воспринято частью населения западных регионов. Далее следует говорить о признании за русским статуса официального на всей территории Украины — при повсеместном изучении и поддержке государственного украинского языка.

Только такое официальное законодательное признание и развитие реально сложившегося в стране двуязычия полностью соответствовало бы демократическим принципам, являлось бы настоящей защитой прав граждан и приблизило бы нас к европейским ценностям, к которым все так стремятся. Это способствовало бы снятию общественного напряжения, улучшению морального климата, повышению душевного комфорта широких слоев населения. А заодно — и уменьшению центробежных тенденций, наблюдающихся последнее время.
1957

Комментировать: