Наша камера
на «Ланжероне»
Loboda Loboda
в Садах Победы
Погода в Одессе сейчас +7 ... +10
вечером +6 ... +7
Курсы валют USD: 0.000
EUR: 0.000
Регистрация
Фильтр публикаций
Все разделы
Публикации по дате
Дата:

От \"Парижа\" до \"Черноморска\"

Суббота, 8 сентября 2007, 11:41

Александр ГАЛЯС

Порто-франко, 07.09.2007

8 СЕНТЯБРЯ — ДЕНЬ УКРАИНСКОГО КИНО

Трудно подсчитать, в скольких фильмах Одесса фигурирует в качестве места действия. Количество таких произведений (причем, не только отечественных, но и иностранных) наверняка измеряется сотнями. Однако никак не меньше фильмов, в которых наш город «загримирован» под другие «города и веси».

Объясняется это просто. В те времена, когда зарождался советский кинематограф, у режиссеров не было возможности выезжать за границу для съемок, даже если по сценарию фильма действие происходило за кордоном. Одесская же киностудия была самой южной в СССР (не считая Ялты). 220 дней в году погодные условия позволяли при тогдашней кинотехнике снимать фильмы на улице. Кроме того, что еще более важно, в архитектуре города намешано столько стилей, что тут нетрудно было отыскать естественную «декорацию» практически для любой страны и даже эпохи. Учтем при этом, что советский зритель в массе своей имел крайне слабое представление, как же выглядит Запад, и потому охотно воспринимал ту «видеолапшу», которую ему вешали на глаза.

Больше всего в этом отношении «повезло» Франции. Впрочем, стоит ли этому удивляться, если наш город фактически создавали французы — Ланжерон, Деволан, Ришелье... Самая известная из одесских «Франций» — это, разумеется, «Три мушкетера» Георгия Юнгвальда-Хилькевича. Замечательно при этом, что одесские улицы и переулки времен «дорогого Леонида Ильича» без малейшего «грима» превратились в парижские «артерии» эпохи Людовика XIII. Одесситу просто смешно видеть, как бравая четверка мушкетеров под звуки незабвенного шлягера «Пора, пора, порадуемся на своем веку... гарцует на конях по Воронцовскому переулку, который создавался как минимум полтора столетия спустя после событий, описанных в романе Дюма. Не менее весело видеть, как наш Дом ученых изображает королевские покои Лувра. Но, что поделать, снаряжать экспедицию в Париж в ту пору для Одесской киностудии было просто «неподъемно». Да и зачем, если наш зритель уже привык к «одесской» Франции.

«Первопроходцами» в этом плане стали два выдающихся режиссера — Григорий Козинцев и Леонид Трауберг (кстати, одессит). В 1928 году они собирались снимать фильм «Новый Вавилон» о событиях Парижской Коммуны. Выбор натуры предложил художник Евгений Еней. Он заметил, что в Одессе имеются дома, в точности похожие на парижские: окна с жалюзи, балконы на втором этаже и т.п. Не говоря о том, что на юге намного лучшие погодные условия, чем в дождливом Ленинграде. Потому было принято решение снимать в Одессе две ключевые сцены фильма — эпизод, в котором парижские работницы разоружают на Монмартре гвардейцев, и бой на последней баррикаде коммунаров.

Место для Монмартра нашли в самом начале Софиевской улицы, у Художественного музея. Пушки выставили напротив музея, а «работницы» поднимались снизу, по нынешнему спуску Маринеско. Этот эпизод отсняли удачно, а вот во время съемок «баррикады» случилось непредвиденное: в Одессе (!) в начале сентября (!!) исчезло солнце. Успели снять только начальные кадры, а затем группа простояла несколько дней в бесплодном ожидании. Хорошо еще, что 70 лет назад на Троицкой не было такого движения транспорта, как нынче! Пришлось кинематографистам возвращаться в Питер и проводить досъемки уже в павильоне. Фильм «Новый Вавилон» давно признан мировой киноклассикой, но на протяжении почти что шести десятилетий ни одна «живая душа» не догадалась о подмене Монмартра Софиевским спуском. Так бы и затерялся «одесский след» в этом шедевре, если бы один из постановшиков, Леонид Захарович Трауберг, не поведал эту историю автору данных строк.

«Гримировали» Одессу и под Италию. В этом смысле особенно увлекательно смотреть фильм начала 1960-х гг. «Роман и Франческа» киевского режиссера Владимира Денисенко с молодой Людмилой Гурченко в главной роли. В картине шла речь о любви советского моряка и итальянской девушки. Центральные сцены из «итальянской жизни» снимали возле нашего оперного театра, в Пале-Рояле (который, как это не смешно, в ту пору носил имя Чарльза Дарвина — следствие не столь давней «борьбы с космополитизмом»). Прямо перед театром водрузили статую Данте из папье-маше, но на фоне мощных скульптур у парадного входа в театр она смотрелась анекдотически. Рассказывают, что во время показа фильма в одесских кинотеатрах каждое появление на экране данной «скульптуры» сопровождалось гомерическим хохотом зрителей. Те же очевидцы рассказывают, что съемки сцены марша итальянских фашистов вызвали в городе небывалый ажиотаж. У многих жителей еще были свежи воспоминания об оккупации, и знамена со свастикой, что называется, били по нервам. Чтобы избежать эксцессов, во время съемок милиция наглухо перекрыла все подступы к Воронцовскому переулку, но все равно горожане запрудили Приморский бульвар и Екатерининскую площадь.

В Одессе, однако, снимали не только заграницу. В фильме «Третий тайм», который посвящен легендарному «матчу смерти» между советскими и фашистскими футболистами, нашему городу пришлось превратиться в: Киев. Точнее, киевский стадион времен войны изображал наш «Спартак». Рассказывают, что постановщик фильма Евгений Карелов долго не мог отыскать подходящую натуру, пока его не привезли на наш «Спартак». Увидев, в каком чудовищном состоянии находится стадион (а дело было в начале 1960-х), он был настолько потрясен, что заявил, что о такой натуре не мог даже и мечтать. «Во время войны было лучше!» — якобы заметил режиссер.

Неоднократно Одессу «декорировали» под несуществующие страны. Начало было положено в далеком 1923-м, когда режиссер Петр Чардынин снял фильм «Три вора», действие которого происходит в вымышленном буржуазном государстве (впоследствии тот сюжет использовал Яков Протазанов в знаменитом «Процессе о трех миллионах»).

Стоит упомянуть о двух экранизациях оперетты И. Дунаевского «Вольный ветер»; конечно же, оба фильма были сняты на черноморском побережье с легко узнаваемыми одесскими деталями.

Ну, и конечно же, как не вспомнить Черноморск, — место, в котором разворачиваются основные события «Золотого теленка». Благо, авторы книги Илья Ильф и Евгений Петров никогда не скрывали, что «натурой» для Черноморска им послужила родная Одесса. Так что у режиссера Михаила Швейцера не было выбора — где снимать экранизацию «Золотого теленка».

Много фильмов из «другой жизни» снято в нашем городе. И теперь, когда он стремительно изменяет свой облик, только по этим кинокадрам можно представить, как выглядела Одесса 50, 40, 30, 20 лет назад.
802

Комментировать: