Наша камера
на «Ланжероне»
Loboda Loboda
в Садах Победы
Погода в Одессе сейчас 0 ... +1
ночью -7 ... -6
Курсы валют USD: 0.000
EUR: 0.000
Регистрация
Фильтр публикаций
Все разделы
Публикации по дате
Дата:

Не будь «Ariana», не было бы и «Ассоль»?

Понедельник, 22 декабря 2014, 11:58

Лариса Ерошкина, Анатолий Венгрук

Моряк Украины, 17.12.2014

Экипаж «Арианы» дома! – сообщали новости 6 января 2010-го года. В этот день 24 моряков освобожденных из пиратского плена встречали в аэропорту Одессы. 7,5 месяцев плена… столько же боролись за своих мужей и сыновей их жены и матери. Отчаянная вера и сплоченность не только вернули моряков. Так родилась благотворительная организация «Фонд помощи морякам «Ассоль», недавно отметившая свой первый юбилей — пять лет.

– Я помню, как все начиналось, – рассказывает Светлана Фабрикант, председатель наблюдательного совета фонда «Ассоль», – как эти девчонки пришли ко мне, обычному депутату городского совета, с полными глазами слез, отчаяния и в тоже время с такой невероятной внутренней силой! Я не могла им сказать «нет», хотя и не представляла, что у нас может что-то получиться. Я сказала: «Да!» и мы пошли.

А «девчонками» были Анна Муругова, Зоя Васильченко, Наталья Лупачева, Галина Фют и другие жены и матери 24 пленников-«ариановцев», которые после двух месяцев неизвестности, не дождавшись помощи от властей, решили действовать сами.

222 ДНЯ МЕЖДУ ЖИЗНЬЮ И СМЕРТЬЮ

– Был обычный день – Вячеслав Васильченко, брат матроса-«ариановца» Юры Васильченко вспоминает «черный» день – 2 мая, – мама готовила обед. Вдруг звонок по телефону из компании.

«Ваш сын сейчас в плену, в Сомали, пираты захватили судно», – вся скупая информация, которую тогда получили родные Юры из службы найма.

С тех пор в семье Васильченко начался обратный отсчет – каждый день ожидания, компания родным настоятельно советовала не афишировать происходящее.

Два месяца неизвестности, вспоминает Вячеслав, дальше так продолжаться не могло.

– Мама Зоя начала по одному разыскивать родственников остальных членов экипажа. Одесса большая деревня, – улыбается Вячеслав, – дошли и до Измаила.

Судовладелец «тормозил», в МИДе не знали, что делать, и родные моряков решили действовать.

Почти 8 месяцев борьбы, постоянного напряжения – пока экипаж «Арианы» ни приземлился в одесском аэропорту…

– Время лечит, – признается Вячеслав. – Сейчас многое вспоминается с юмором. Юра, когда приехал, немного мог говорить по-сомалийски.

Сам матрос Юра Васильченко вспоминает, когда в свои 26, после окончания курсов, получил приглашение в рейс – не скрывал восторга.

– Никто даже и не подозревал, что такое может случится, – рассказывает. – В экипаже был моряк: 50 лет в море, не раз проходил через этот район. А тут такое…

222 дня в трех маленьких каютах, вспоминает моряк, одни и те же лица каждый день, нервные срывы… Еще больше заложников подавляло безвестие со стороны судовладельца, родных.

– Были моменты, когда мы не знали, будем ли живы завтра, – признается Юра. – Просыпались и думали, если живы сегодня, может, будем живы и завтра. Была одна неделя, когда на нас со стороны сомалийцев посыпались сильные угрозы. Нам отказали в питье, еде на три дня. Говорили, что вывезут на берег, и там мы будем жить в яме.

Ситуация усугублялась тем, что захваченная «Ариана» стала пиратской базой:

– Мы могли захватить другое судно. Если бы нас заставили пойти в определенный квадрат мы дошли бы туда через два дня, но назад бы не вернулись – на судне практически не было топлива.

Свое возвращение домой Юра называет не иначе как второе рождение.

– Я по-другому теперь понимаю, что значит «свободный человек». Я думаю по-другому, смотрю иначе на жизнь.

– Это нельзя просто объяснить, – после молчания продолжил Юра, – мы это прочувствовали на себе…

– Помню, когда после возвращения проходил медкомиссию – врачи сказали: «Вы эмоционально немного взволнованы». Я ответил: «Ну, конечно!!! Я бы посмотрел на вас в такой ситуации! Вы тоже были бы взволнованы… немножечко».

– В первую очередь нужно пытаться максимально успокаивать себя, не ожидать худшего и пытаться быстро находить общий язык с остальными членами экипажа, – Юра на собственном опыте рассказывает, что может помочь выжить экипажу в экстремальной ситуации.

Молодого моряка испытание не сломило – за минувшие пять лет он успел закончить мореходку Маринеско и отходить несколько рейсов. Скоро опять собирается в море – офицером.

– В один из последних рейсов, – напоследок рассказывает, – мы опять проходили через этот район. Я увидел в поле зрения похожие лодки, и понял, что это пираты.

– Немного заволновался, потому что опять вижу эти лодки, но с нами на борту была охрана, они быстро сделали свою работу. Пираты «постеснялись» к нам ближе подходить, – улыбается Юра.

«HELLO», «MONEY», «THANK YOU»

– У меня была двойная трагедия, – о своей битве за родных рассказывает одесситка Наталья Лупачева. – В том злополучном рейсе оказались мой муж и сын.

– Был обычный день – 2 мая, – вспоминает с волнением в голосе, – я была в гостях и прямо на празднике вдруг звонок из компании… Для меня это было ударом. Я думала, что умру. Было очень тяжело вначале, но потом поняла – я не имею права киснуть! Кто будет спасать моего мужа, ребенка?! Я сказала себе: «Сначала они вернутся, а затем умирай, сколько хочешь». Взяла себя в руки и с другими женами и мамами начали действовать.

– Самая большая радость была, когда я увидела их в аэропорту – целыми, живыми и невредимыми… – добавляет морячка.

– Передать словами нельзя – это может ощутить только материнское сердце, – голос Натальи дрогнул.

– Самым тяжелым на судне было, – в свою очередь признается Александр Лупачев, – ожидание и неизвестность.

Не сломаться экипажу помогла вера, утверждает моряк, вера в своих близких:

– Каждый день мы надеялись: вот-вот все решится.

Семь с половиной месяцев плена пережил за двоих – себя и сына Сережу.

– Переживал за пиратов, чтобы у них крышу не сорвало, – признается моряк-отец. – Особенно, когда они накурятся и начинают стрелять – сидишь и думаешь: что там? Куда они стреляют?

Пираты, рассказывает, заставляли экипаж по очереди нести вахту в машине и на мостике – так они держали моряков под контролем. В случае бунта – вахтенные автоматически становились заложниками, их могли спокойно расстрелять. Ходил на мостик и Сергей. И каждый раз, когда он возвращался живым, отец в очередной раз переживал его рождение.

С сомалийцами общались, в основном, жестами. Сомалийцы, рассказывает Александр, по-английски знали только три слова: «hello», «money», «thank you».

– Они даже «спасибо» вам говорили???

– Да, был один случай. У них процветало воровство друг у друга, и как-то один из пиратов пришел ко мне и показывает DVD: «На, спрячь». Я спрятал. Он мне потом: «Thank you».

У пленников уже были свои приметы из этого словесного треугольника: если сомалийцы, приходя, говорили «Hello » – значит все нормально.

– А если приходили молча, – вспоминает моряк, – жди беды.

Сомалийский плен не сломил отважных моряков семейства Лупачевых – они продолжают ходить в рейсы. Муж Александр – вторым механиком, сын Сергей – штурманом. Они знают – на берегу всегда ждут.

– То, что мы пережили сами, не позволяет нам быть равнодушными к чужой беде, –

Наталья объясняет, почему она с дочерью Ольгой, переводчиком, большую часть времени отдают работе в «Ассоли».

КАК ТОРГОВАЛИСЬ ЗА «АРИАНУ» И «УГОНЯЛИ» «СВЯТУЮ СОФИЮ»

– До сих пор помню, как мы боролись за «Ариану». Практически уже в конце переговоров приехали в Грецию, на неформальную встречу с судовладельцем, – смеясь, вспоминает Галина Фют, супруга электромеханика Александра Фюта, члена экипажа «Арианы». – Нас куда-то везут, мы не поминаем, куда. Я говорю Анне Муруговой: «У меня есть дезодорант, будем в глаза, если что».

– У меня в телефоне был номер одного из пиратов, я с ними связывалась во время переговоров, – в свою очередь вспоминает Анна, – какой-то Мухтар. И Галина, так как она лучше всех владеет английским, по дороге звонит ему, узнать, где сейчас судно с заложниками, чтобы иметь какую-либо информацию для встречи с судовладельцем.

– Галина набирает номер, – начинает хохотать Анна, – поворачивается ко мне и говорит: «Там какая-то женщина говорит и козы блеют!!!» Я ей: «Какие козы в море?!» Оказалось, что пират, очевидно, в очередной раз появившись дома, оставил свой телефон жене. Галина ей в сердцах: «Передай мужу, кто звонит!!!»

– А я еще помню, как вела переговоры с пиратами о размере выкупа, – смеется Галина Фют. – Беру телефон, звоню на судно, спрашиваю у Александра: «Пираты рядом? Давай пирата!» Те называют цифру выкупа, а я им: «Ребята! Украина – бедная страна. Берите, что дают и будьте счастливы!»

Светлана Фабрикант с юмором рассказывает, как в 2010-м спасали экипаж «Святой Софии», который оказался в тяжелом положении. Из-за долгов судовладельца и плохого состояния судна, египетские власти отказали судну в заходе в Порт-Саид.

Тогда, с 25 марта 2010-го года моряки оказались просто брошенными – с затопленным машинным отделением, без света, еды и опасным грузом на борту – фосфатными удобрениями. Инициативу по спасению моряков взяла в руки БО «Ассоль». 25 августа 2010-го года представители фонда отправились на тонущий сухогруз, чтобы снять с борта пятерых украинских моряков и оправить их домой.

– Я, вспоминая об этом случае, говорю: «Мы угнали судно». И это правда, ведь «Святую Софию» мы, по сути дела, угнали, без разрешения судовладельца. Мы – три женщины, – рассказывает Светлана, – и парень в качестве оператора – прилетели в Каир, нас никто не встречает. Добрались в Порт-Саид. Поселились в непонятной гостинице. А дальше пошло: у них священный праздник Рамадан, никто не работает, только ночью. Мы добираемся ночью в порт, чтобы как-то попасть на «Святую Софию». Она стояла на самом дальнем рейсе, почти в нейтральных водах.

Особого внимания, говорит, заслуживало плавсредство, на котором они добирались на судно:

– Это было маленькое суденышко – корыто, которое подвозило уголь. На корме сколоченная наспех из фанеры будка, в которой спрятался рулевой, ни бельмеса по-русски, а мы – на части, где грузят уголь. Мало того, что скоро оказались черными, так еще и шторм такой был – нас заливало, я уже мысленно попрощалась с семьей.

Не так-то просто было отыскать и саму «Святую Софию»:

– Представьте: р-н Суэцкого канала, идет основной поток судов и мы на корыте. А «София» стояла без каких-либо опознавательных знаков. Вначале блуждали между судами, наткнулись на одно российское судно, те уже объяснили, где примерно стоит сухогруз.

Слава Богу, доплыли, снабдили ребят продуктами, водой, взяли их документы, чтобы оформить им разрешение сойти на берег.

– На второй день корыто уже пошло к морякам с разрешительными бумагами без нас – мы уже ждали на берегу, – смеется Светлана.

ПЕРВАЯ «ПЯТЕРКА» – ТОЛЬКО НАЧАЛО

– Буквально пару часов назад, – Светлана Фабрикант делится свежей SOS-информацией, – поступил звонок из Одессы. Позвонили родные моряков с украинского рыболовецкого судна и, что очень редко бывает, с украинским флагом. Судно брошено судовладельцем у берегов Уругвая без еды и питья, заработной платы и, соответственно, возможности вернуться домой. Нас ждет новая спасательная операция.

За пять лет работы «Ассоль» помогла почти 9 тысячам моряков, попавшим в беду.

– Но 9 тысяч людей – это не только спасенные жизни, – утверждает Светлана, – это, как минимум, 18 тысяч – жены, матери…

– За пять лет нас, как общественную организацию, признало государство, – Светлана говорит о достижениях фонда. – Сегодня МИД, а порой и силовики, которые в открытую, как представители власти, иногда не могут делать то, что, по идее, должны делать, всех отправляют в «Ассоль». Особенно, когда речь идет о пиратах.

Есть правило: государство не должно вести переговоров с пиратами. Моряков этой страны будут захватывать чаще, понимая, что государство за них заплатит. Пираты – те же террористы. Именно здесь общественные организации, подобные нашей, заняли свое место. Многие государственные вопросы решаются именно через нас.

Сегодня нет недели, чтобы они кого-то ни вытащили, говорит Светлана. Буквально недавно добились освобождения украинки из греческой тюрьмы. Ей присудили 80 лет. На ее судне провозили наркотики – а там неважно, имеешь ты к этому отношение или нет. Пока она еще в Греции, но уже на свободном поселении, и даже работает.

– Светлана, сколько таких «Ассолей» нужно, чтобы «залатать» все бреши моряков?

– В идеале этим должно заниматься государство. Общественные организации нужны, чтобы подсказывать слабые места. Но пока, к сожалению, государство в этом не заинтересовано.

– Скоро, наверное, начнете заниматься и трудоустройством моряков?

– Уже начали. Мы стараемся трудоустроить тех, кто попадал в беду и «прошел» через нас. Сегодня они боятся самостоятельно искать работу, и мы им помогаем. Мы даже ведем статистику крюингов, с кем можно работать, а с кем – нет, – признается Светлана.

– Моряки сегодня, судя по количеству денег, которые они ежегодно привозят, по сути – наши инвесторы, мы должны их носить на руках, – заключает Светлана Фабрикант, – но государству это не интересно.

Обложение вторым налогом, отсутствие социальных гарантий – вот главные враги моряка сегодня, утверждает председатель наблюдательного совета БО «Ассоль».

- Я считаю, что мы добились многого, – в свою очередь подчеркивает Анна Муругова, супруга второго механика с «Арианы» и активный член фонда.

– Трудно было первые два года, – признается. – Нас не признавали, говорили: «Ну, что эти женщины могут?» Но сегодня с нами считаются, к нам обращаются за помощью государственные структуры.

– Как жена офицера, хочу сказать, – подытоживает, – наши моряки – умные, эрудированные, профессионалы. Поэтому, я считаю, что мы должны объединиться – те, кто работает в этой сфере – и делать все, чтобы они всегда имели работу, всегда были востребованы.

СПРАВОЧНО. БО «Фонд помощи морякам «Ассоль» основана родственниками экипажа судна «Ариана», которое находилось в пиратском плену 7,5 месяцев — со 2 мая по 10 декабря 2009-го года.
6602

Комментировать: