Наша камера
на «Ланжероне»
Loboda Loboda
в Садах Победы
Погода в Одессе сейчас +7 ... +9
днем +7 ... +10
Курсы валют USD: 0.000
EUR: 0.000
Регистрация
Фильтр публикаций
Все разделы
Публикации по дате
Дата:

«Мифическая Одесса-мама»: блеск и нищета «столицы юмора»

Суббота, 11 октября 2014, 08:01

Игорь Плисюк

Слово, 09.10.2014

Так, мы продолжаем начатый в прошлом номере экскурс по «мифам» об Одессе с непременным разоблачением наиболее распространенных заблуждений.

Суровая мамаша

Для начала давайте поговорим о нашей версии происхождения выражения «Одесса-мама». Казалось бы, для любого настоящего одессита, родной город - истинная мама. По-одесски заботливая, любящая своих чад до самозабвения, норовящая накормить их «вкусненьким» до отвала, порой нежно ворчащая, но - готовая горло перегрызть тому, кто посмеет сказать о них «кривое слово». И столь же любимая ими - с нежностью и гордостью вспоминающими о своей «маме» в самых отдаленных уголках мира..

Однако, само определение «Одесса-мама», появившееся где-то на рубеже ХIХ-ХХ веков, имеет весьма печальное происхождение. Все дело в том, что именно тогда из Одессы регулярно ходили пароходы дальневосточной линии, связывавшей юг империи не только с новыми портами типа Владивостока, но и с островом Сахалин. Островом, на котором находилась знаменитая своей суровостью каторга. А город наш был последним этапом странствий отъявленных преступников, отправлявшихся на край света... Люди постарше еще помнят татуировки бывалых зэков с безобидным, казалось бы, текстом - «не забуду мать родную». Вот только под словом «мать» имелась в виду вовсе не родительница. А тюрьма, которую «правоверные» уголовники считали своей главной «мамашей». Суровой, но родной. Тогдашняя же Одесса, точнее - ее пересыльная тюрьма, была для них той самой «мамой», что отправляла своих, не в меру шаловливых детишек, в далекий край. Помните старинную песенку: «Прощай моя Одесса, прощай, мой карантин, нас завтра отправляют на остров Сахалин»? Или, доселе сохранившееся название крохотного райончика неподалеку от ЖД вокзала - «Сахалинчик», когда-то имевшего самую отпетую репутацию «питомника» будущих каторжников...

На наш взгляд, именно из уголовного жаргона тех далеких времен и пришло к нам это выражение. И прижилось, с годами потеряв свой «разбойный акцент», и отразив совсем иные реалии. Трепетную любовь настоящих одесситов к своему городу. Мрачноватая ирония каторжан былой эпохи трансформировалась в ностальгическую нежность...

Впрочем, существуют и другие версии происхождения выражения «Одесса-мама». О них мы поговорим как-нибудь потом. А сейчас давайте вернемся к другой, тоже «старинной» части репутации нашего города...
   
 «Одесса - столица юмора»

Только недалекий и предвзятый человек посмеет оспаривать тот факт, что одесский юмор - несомненное явление, вошедшее в мировую культуру. Он (юмор) органично связан с самой историей Одессы, воплотив черты разных народов, формировавших понятие «одессит». Итальянский темперамент и французскую живость нрава, греческое лукавство и английскую невозмутимость в самых смешных ситуациях, русскую удаль и украинскую хитринку с оттенком печали. И, конечно же, еврейскую грустную мудрость, смех сквозь слезы: Вовсе ведь недаром именно из одесского языка пришло в русский понятие «хохма» - забавная история, удачная шутка...

Но изначально это древнееврейское слово означает «мудрость». Согласитесь, весьма символично! Настоящий одесский юмор действительно мудр, и за гомериче-ским смехом порой стоит глубокая философия понимания тщеты всего сущего и самоирония, свойственная одесситам. Умение посмеяться не только над другими, но, прежде всего, над собой - качество неотъемлемое от юмора высокого, прямо противоположного дешевому «смехачеству». Тому, что, к превеликому сожалению, в последние годы выдается за «одесский юмор», позоря наш город.

Действительно, в недолгий, но удивительно плодотворный период «прекрасной эпохи» 1910-х годов прошлого века в нашем городе сформировалась и выросла плеяда блестящих юмористов. Сама среда «Той Одессы», органично сочетавшая в себе и наследие разных народов, и неистребимый вольный дух вольного приморского города, и высокий уровень настоящей европейской культуры «третьей столицы» огромной империи, способствовали этому. Университетский город с числом печатных изданий соизмеримым с чопорным Питером и патриархальной Москвой, привлекал писателей всероссийского уровня. От будущих классиков Бунина и Куприна до корифеев юмора Дорошевича и Аверченко, первыми запечатлевших наш неповторимый юмор: И росли здесь Ильф и Петров, Олеша, Катаев, Бабель и Славин, Козачинский и Инбер: Те, кто, собственно говоря, и создали неповторимую «южную школу», «одесскую плеяду», уже новой, советской литературы. Вот только реализоваться они смогли вдали от родного города. Ведь после революции и Гражданской войны, Одесса из города имперского и европейского масштаба, единым росчерком пера превратилась в обычный губернский центр Украины. И талантам, выросшим и сформировавшимся в совсем иной атмосфере, стало здесь тесно. И поехали они туда, где могли проявиться и реализоваться. Увы, с тех пор и доселе, тенденция эта - «в Одессе рождаются таланты и гении, но прославляют ее они совсем в других городах», стала печальной реальностью.

И в самом деле, вся послереволюционная история Одессы - это история «великого исхода» ее талантливых сынов и дочерей. Да, здесь еще рождались самые разные дарования, но: их порой просто выживали те, кто «бдили за благочинием». Достаточно вспомнить судьбы Карцева и Ильченко да Жванецкого, буквально выдавленных отсюда. Кстати, юмор Жванецкого- классический пример одной из ипостасей юмора одесского. Юмора, построенного на интонациях и устных акцентах, а посему - практически теряющегося в печатном варианте. Попробуйте сравнить эффект устного восприятия его лучших миниатюр и попыток чтения их в книге. Небо и земля! То, что делает их неповторимо-смешными, как и лучшие одесские анекдоты, на бумаге - теряется. Превращается в банальность, а порой и хуже того...

Увы, последние годы нашей истории привели к тому, что всплески, если угодно, реликтовой «юмористической активности», трансформируются и вытесняются коммерческой пошлятиной, «торговлей Одессой» оптом и в розницу...
   
«Эрзац-юмор»

Именно так, некачественной подделкой, выглядит сегодня львиная доля того, что выдают за наш «фирменный юмор».

«Юморина», родившаяся в 70-е годы прошлого века как едва ли не последний всплеск настоящего нашего духа, давно выродилась. Превратилась в натужное казенное мероприятие на потребу приезжих с фальшивым «хохмачеством», размалеванными толпами пьяных подростков да убогим набором провинциальных костюмированных шествий. Талантливый одесский «КВН» опустился до непотребного лже-колорита «Джентльмен-шоу», с натужным «выдавливанием акцента» и замшелыми, подчас откровенно пошлыми шуточками в духе той эстрады, что высмеивали еще Ильф с Петровым: Скажем прямо, и талантливо начинавшие «Маски» сегодня уже вовсе не те: И не будем поминать «юмористический журнал «Фонтан», уровень коего не спасали даже блистательные стихи Михаила Векслера. Штампы заменили и вытеснили дух Одессы, невозможный без ее внутренней свободы, без того самоуважения, что неразрывно связано с самоиронией. И не случайно среди нынешних «корифеев одесского юмора» одесситы - в печальном меньшинстве. Местечковые творцы дешевого «эрзаца» практически вытеснили их. Им не нужна свобода, они «зарабатывают на хлеб с маслом». Порой даже полным непотребством «Голых и смешных», увы, тоже снимавшихся на наших улицах...

К превеликому сожалению, даже «последний из могикан» нашего юмора Валерий Смирнов, «молчит» уже не первый год. И веселые одесские комедии Юрия Бликова, похоже - всего лишь «последний рубеж» безнадежной обороны Города от агрессивной пошлости.

Видимо, мало и напрочь недостаточно, декларативно объявлять Одессу «столицей юмора». Необходимо еще и трепетно поддерживать в ней ту атмосферу, тот дух, что сформировал ее когда-то неповторимый облик. Увы, любая почва при буквально хищнической эксплуатации, рано или поздно истощается. И вместо органичного для Одессы удивительного и неповторимого духа веселой свободы - на арене размалеванное шутовство ряженых под «щирых одесситов», деловитых ремесленников уездного пошиба. А даровитый автор эстрадных миниатюр вынужденно возносится на пьедестал «великого писателя земли одесской»...

Право, грустно делается за родной город, за нашу Маму, которую норовят раскрасить в вовсе ей не свойственные аляповатые цвета да обрядить в шутовские наряды. И не желают видеть, что по ее щекам текут слезы. Слезы по былой славе и былому неподдельному веселью, которое без духа истинной, органичной вольности - просто невозможно. И хочется верить, что еще настанет время, когда талантливым одесситам не нужно будет ехать в далекие края, чтобы прославлять свой город, печалясь по его ушедшему прошлому.

Хочется верить, что Одесса еще возродится, а ее юмор - вновь развеселит весь мир. Настоящий одесский юмор, а не дешевая подделка!
6205

Комментировать: