Наша камера
на «Ланжероне»
Loboda Loboda
в Садах Победы
Погода в Одессе сейчас -1 ... +1
ночью -2 ... -1
Курсы валют USD: 0.000
EUR: 0.000
Регистрация
Фильтр публикаций
Все разделы
Публикации по дате
Дата:

Куда уходят одесские берега?

Понедельник, 23 августа 2010, 06:48

Елена Антонова

Юг, 19.08.2010

Вся суть этого пропахшего водорослями и сухой акацией города — море. Возведенный когда-то практически посреди голой степи, он застраивался и украшался многими поколениями жителей. Сколько же усилий надо было приложить, чтобы обычный морской порт смог претендовать на звание «третьего города империи». Он и ныне такой — лукавый, веселый, обманчивый в своей легковесности. Но за яркой фестивальной маской скрывается упорный трудяга, прилагающий огромные усилия для того, чтобы поддерживать свою репутацию.

ПОЙМАТЬ ВОЛНУ

Одесский залив открыт всем ветрам и течениям, а город расположился над ним, на выступающем на тридцать-сорок метров из моря плато. Его берега в свое время — не то, что сейчас, — круто обрывались над прозрачной зеленоватой водой.

Грунты, на которых стоит Одесса, — коварные грунты. Строить на них тяжело, они «плывут» и в самом городе, что уж говорить о побережье. Камень-ракушечник, состоящий из раковин и морской осадочной породы, слишком мягок и неустойчив. Под постоянно наседающей волной склоны сползают в воду с завидным постоянством. История свидетельствует, что за полторы сотни лет в море ушло не менее двадцати километров Одесского побережья.

Случались оползни маленькие, и на них не обращали серьезного внимания. Но примерно раз в двадцать лет снимались с места, как ледники, оползни большие. Тогда в море съезжали огромные ломти берега вместе с домами и растительностью, оставляя после себя ракушечник и глину, разбросанные плиты, куски деревьев, поломанные ветки, вырванные из земли с корнями кустарники, разрушенные жилища. Такие оползни были зафиксированы в районе одиннадцатой станции Большого Фонтана в 1936 году, на двенадцатой-тринадцатой станциях — 1956-м.

Когда-то берег в районе Львовской улицы (тринадцатая станция Большого Фонтана) представлял собой практически вертикальный обрыв, нависающий над узким пляжем, спуститься к которому можно было только по крутой тропинке. Оползень унес с собой большой кусок берега, оставив обнаженный, изрезанный трещинами край плато, грозящего последующими обвалами. Пришлось даже изменить маршрут восемнадцатого трамвая, так как оказалось, что рельсы проходят по краю обрыва.

— В пятидесятые годы происходили серьезные обрушения берега. Знаменитая улица Черноморская, на которой когда-то жил Паустовский, в одночасье лишилась своей четной стороны — она съехала в море с оползнем весом в несколько десятков тысяч тонн, — рассказывает директор Одесского филиала Института биологии Южных морей НАН Украины Борис Александров. — Была ситуация, когда мы чуть не лишились Института Филатова — так близко подошло море к его территории. Конечно, проблему необходимо было решать — на чашу весов была поставлена судьба города. Теперь мы можем критиковать сделанное и искать новые пути, но берегоукрепления, возведенные в советские времена, сыграли свою положительную роль.

В шестидесятые годы решением советского правительства у одесских берегов началось строительство комплекса берегоукрепительных сооружений. Они навсегда изменили вид Одесского побережья.

Прежде всего, надо было превратить отвесные обрывы в пологие склоны с террасами. Мощные бульдозеры срезали шапки обрывов, вдоль образовавшихся террас высаживали деревья и кустарники. На склоны насыпали слой плодородной почвы, засевали многолетние травы. Параллельно с этим шли работы по сооружению вдоль берегов подземных дренажных штолен, которые должны были выводить аккумулировавшиеся там грунтовые воды в акваторию залива.

В море в это время проводились крупномасштабные гидротехнические работы. Перпендикулярно берегу ставили бетонные траверсы (пирсы) на расстоянии нескольких сот метров друг от друга, несколько десятков метров в длину каждый. Между пирсами намывали песок, образовавший пляжи шириной тридцать-сорок метров. Параллельно берегу на расстоянии пятидесяти-шестидесяти метров шла укладка сплошного волнореза, состоящего из бетонных блоков.

Сначала в районе Ланжерона волнорез возвышался на несколько сантиметров над уровнем моря, но при этом водообмен практически прекратился. Ланжерон «поправили», начиная от Отрады, бетонные плиты устанавливали примерно на пятьдесят сантиметров ниже уровня моря. Одновременно благоустраивали пляжи, строили лестницы, спуски к морю, создавали спасательные станции, пункты проката и проч. Работы по одному из самых глобальных советских проектов растянулись на двадцать лет, но так и не были завершены, остановившись на шестнадцатой станции Большого Фонтана.

ОТКРЫВАТЬ ИЛИ НЕ ОТКРЫВАТЬ?

— Берегоукрепительные сооружения, построенные при Советском Союзе, выдержали уже два срока, им сорок пять лет. Да, тогда это было решением проблемы оползней, схождение берегов прекратилось. И не стало бы правительство тратить такие огромные деньги, если бы не было на то серьезной причины. Представьте, что километр береговой зоны, «одетой» в те сооружения, что мы видим сегодня, стоил два миллиона советских рублей. Такие работы были проведены на двенадцати километрах Одесского побережья. При этом состояние моря в прибрежной зоне ухудшилось. Старожилы говорят, что море до шестидесятых годов было совсем другое. Далее добавилась антропогенная нагрузка, в какой-то период море уже не способно было к самовосстановлению. Волноломы нарушили свободный водообмен, и одесские пляжи превратились в конечном итоге в нечто подобное общественным ваннам, что, согласитесь, не гигиенично, — рассказывает Борис Александров. — Да, были идеи снять волнорезы совсем. Убрать их — самое простое решение.

Но чем заменить, ведь проблему сползания берегов все равно надо решать? Есть ряд компромиссных вариантов реконструкции волнорезов. Можно, например, поглубже опустить бетонные блоки, таким образом и волну погасить, и водообмен улучшить. Предлагают также видоизменить саму форму волнореза так, чтобы на нем могло развиваться наибольшее количество морских организмов.

В конце концов, нет смысла «изобретать велосипед», ведь существует мировой опыт. Должен заметить, что на Западе замечательно обходятся вообще без волнорезов, и Одесса, наверное, единственное место в мире, где выстроен каскад подобных бассейнов. Но повторяю, они уже есть, и здесь разумнее думать о реконструкции, а не об уничтожении. Существуют проекты защитных сооружений нового типа, которые выполняют свои функции, но не стоят глухой стеной, полностью перекрывая водообмен. Понятно, что для проведения масштабных работ нужны огромные деньги. Но может быть, стоит провести эксперимент на небольшом участке побережья?

Действительно, сегодня нет недостатка в идеях и предложениях подобного рода. Во всем мире, например, давно и успешно используют систему искусственных рифов. Расставляют защитные плиты в особом порядке, да и делают их не из бетона, а из других материалов. Что же касается «санитаров моря» мидий, в заливе их стало значительно меньше, и это плохо. А на восстановление мидийных банок понадобится много времени.

Однако известно, что те самые мидии, которых так не хватает Одесскому заливу для восстановления, с успехом выращивают на специальных фермах. Разводят также и водоросли, роль которых в процессах жизнедеятельности моря не менее важна. Деловые люди вкладывают свои деньги, чтобы заработать на продаже вкусного и полезного морского продукта.

Но если совместить время и место, пользу и выгоду, тогда можно получить желаемый для моря эффект и свою выгоду не упустить, считает Борис Александров. Почему бы потенциальным инвесторам об этом не подумать?

ПЛАНОВЫПОЛНИМЫЕ

У начальника управления инженерной защиты территории города и развития побережья Владимира Соколова свои заботы: как бы сохранить то, что было построено в шестидесятые годы? Ведь пока не разработан такой проект берегоукреплений, который и свою задачу выполнял бы, и экологию моря не нарушал. А море продолжает нести разрушительную волну к одесским берегам, и с этим приходится считаться.

— Берегозащитные сооружения отработали сорок пять лет при сроке эксплуатации двадцать пять лет и, конечно, нуждаются в ремонте. Но мы пока справляемся, успеваем делать все необходимое, чтобы поддержать систему берегоукрепления в нормальном эксплуатационном состоянии. Собственно, волнорезы нас волнуют не до такой степени, и если кое-где еще торчит ржавая арматура и есть провалы, это не страшно. В конце концов, в других странах — Голландии, той же Америке, Германии — вообще не используют систему волнорезов, а просто насыпают на берег каждый сезон энное количество песка, вот и все, — говорит В.Соколов. — В данном случае нас больше беспокоит состояние траверсов. Нынешний год характеризовался аномальной погодой, сильные штормовые ветры в зимний период буквально «разбомбили» восемь траверсов, в некоторых обнаружены щели диаметром около метра. Через щели происходит естественная миграция песка, площадь пляжей уменьшается.

Решением сессии горсовета на восстановление пляжей и траверсов из природоохранного фонда выделено свыше двух миллионов гривень. Но нынешнее законодательство требует согласования расходов фонда с Кабмином. А там не совсем еще понимают, по каким критериям проводить согласование. Так и ходят письма от Минфина к Минэкономики, а согласительных документов нет. Сезон-то уже заканчивается, и я так понимаю: если бумаги не будут подписаны до ноября, то работы в этом году мы не сделаем, придется переносить на следующий.

Ничего пока не получается и с восстановлением пляжа в Черноморке. Разработан проект, проведен тендер на его выполнение, выделены и деньги. Остановка все за тем же — согласованием с Кабмином. Похоже, что и эти мероприятия придется отложить до следующего года. А ведь оползень на сто сорок девятом причале может развиваться.

— Есть и еще одна серьезная проблема — подземные штольни, протянувшиеся от Ланжерона до мыса Большой Фонтан. Через штольни сбрасывается в море до сорока тысяч кубических метров воды в сутки. Это те подземные воды, которые «перехватываются» в галереях и выносятся в море для того, чтобы снять нагрузку со склонов. Эксплуатируются они, напоминаю, сорок пять лет. Естественно, многие из них постепенно приходят в негодность.

В последние несколько лет мы все чаще обнаруживаем разрушенные тюбинги (полое бетонное сооружение, в данном случае диаметром два метра). Бетон «устал», арматура сгнила за сорок пять лет. Состояние водопонижающих скважин, а их в галерее триста двадцать штук, тоже оставляет желать лучшего. По результатам ревизии, двадцать процентов из них уже в нерабочем состоянии, забиты песком и глиной. Причем восстановить их сегодня практически невозможно, так как большинство из них проходит по частной земле.

Некоторые штольни требуют немедленного ремонта. Одна из них, в районе судоремонтного завода, построена еще в позапрошлом веке, это просто-напросто ход, вырезанный в ракушечнике. Водоток там еле-еле работает, а ведь она «тянет» центр города.

В позапрошлом году мы обсуждали проект реконструкции берегоукреплений вместе с российскими специалистами и нашли интересное решение. Предполагалось уже в существующие бетонные штольни «протащить» пластмассовые трубы, и таким образом «закрыть» проблему надолго. Но грянул кризис — проект отложили до лучших времен.

Еще в 2004 году Кабинет министров утвердил программу социально-экономического развития региона, в соответствии с которой город должен был получить триста миллионов гривень на реконструкцию берегозащитных укреплений и строительство третьей очереди комплекса на отрезке от мыса Большой Фонтан до Черноморки.

Мы ожидали в нынешнем году из Киева для укрепления девятисот пятидесяти метров берега в районе Черноморки сорок семь миллионов гривень. Но деньги, очевидно, еще «в пути». Однако мы не сидим сложа руки. По распоряжению городского головы будет объявлен международный конкурс на разработку проекта реконструкции одесских берегозащитных сооружений. Предложения специалистов будет рассматривать комиссия, в состав которой войдут эксперты разного профиля. Мы надеемся, что сумеем выбрать лучший проект, который представим потом на суд общественности. Ну а уж после этого будем изыскивать под него средства.

Каждый год уходит в море пять-шесть тысяч квадратных метров одесских берегов. Глобальные проекты советских времен, в том числе и строительство комплекса защиты Одесского побережья, уже давно пережили свое время и морально, и физически. Технологии XXI века открывают новые возможности — были бы деньги на их осуществление. А пока что отдают свою дань морю непоседливые одесские берега…
2620

Комментировать: