Наша камера
на «Ланжероне»
Loboda Loboda
в Садах Победы
Погода в Одессе сейчас +2 ... +5
днем +4 ... +7
Курсы валют USD: 0.000
EUR: 0.000
Регистрация
Фильтр публикаций
Все разделы
Публикации по дате
Дата:

Как еврей из Одессы Тель-Авив строил

Суббота, 27 февраля 2016, 12:07

Алена Швец

Одесская жизнь, 25.02.2016

Судьба этого человека могла бы послужить сюжетом для захватывающего романа или кинофильма. Он родился небольшом бессарабском селе, учился в Кишиневе и швейцарской Лозанне. Он был предпринимателем и финансистом, но в тоже время и революционером. Советские власти запрещали произносить имя этого еврея, а одесситы — написали песню. Меир Янкелевич Дизенгоф уже при жизни стал легендой Тель-Авива – города, который он основал.

ТАЙНЫЕ УРОКИ МУЗЫКИ

Будущий первый мэр Тель-Авива родился в 1861 году в бессарабском селе Якимовичи. Семья часто переезжала. В Кишиневе Меир окончил политехническое училище, а военную службу проходил в Житомире, где остался жить после ее окончания.

В его квартире проходили встречи еврейской революционной молодежи, которые для конспирации выдавали за уроки музыки. «Учительницей» была 11-летняя Зина Бреннер, младшая дочь раввина Бреннера. В будущем она стала женой Дизенгофа.

В 1885 году «еврейского революционера» арестовали и ему пришлось отсидеть срок Зина Бреннерв одесской и житомирской тюрьмах. Спустя год Дизенгофа выпустили под полицейский надзор. Через три года Меир подал прошение на выезд за границу и неожиданно получил разрешение.

— Губернатор решил, что «потенциальных смутьянов надо держать подальше, и заграница самое место для этого», — шутил потом Дизенгоф.

В 1889 году он выехал в Париж, где получил образование инженера-химика в Сорбонне, а специализацию проходил на стеклодувном заводе в Лионе.

КАК ЗИНА БЕРННЕР СТАЛА ЦИНОЙ ДИЗЕНГОФ?

В Одессу Дизенгоф вернулся спустя два года и занялся коммерцией. Кроме того он стал активным членом кружка «Бней-Моше», участники которого боролись за возвращение евреев на историческую родину. Но Меир был человеком действия, а не разговоров и потому, получив 1892 году предложение барона Эдмонда де Ротшильда отправиться в Палестину и основать стекольную фабрику для производства винных бутылок вблизи городка Зихрон-Яаков, он без долгих раздумий согласился.

Перед отъездом Дизенгоф заехал в Житомир и обручился с Зиной Бреннер. А в июле 1893 года Зина Хая Бреннер стала Зиной Дизенгоф. Супруги обратились в германское консульство в Александрии. Документы о браке были на немецком языке, где «z» произносится как «ц». Поэтому Зина была записана «Цина».

К сожалению, семейная жизнь супругов была омрачена смертью единственной дочери Шуламит, которая умерла в шестимесячном возрасте. Больше иметь детей Цина уже не могла. Чтобы заглушить боль утраты Меир погрузился в общественную деятельность.

А ДИЗЕНГОФ — ПРОТИВ!

Но попытки Дизенгофа создать первую на еврейской земле организацию рабочих «Страна и работа» вызвали противодействие администрации Ротшильда. Из-за этого семья Меира была вынуждена снова вернуться в Одессу. В нашем городе Меир записался купцом второй гильдии, стал директором бельгийского стеклодувного завода, управлял комиссионной конторой, а также открыл небольшую фабрику сундучно-чемоданных изделий по ул. Болгарской, 66. И начал вести активную общественную деятельность. С 1897 по 1905 годы гостями в его доме были многие известные еврейские поэты, писатели и историки. Дизенгоф был делегатом двух Сионистских конгрессов, активно выступая против плана Уганды, согласно которому автономное еврейское поселение должны были создать в Восточной Африке — на территории современной Уганды.

В 1905 году Дизенгофы переезжают в портовый город Яффо. Тут Меир создал торговую компанию, которая занималась морскими перевозками. Спустя четыре года, он стал одним из основателей еврейского поселения Ахузат Байт, которое впоследствии было переименовано в город Тель-Авив. Через пять лет Дизенгоф был избран главой комитета нового поселения, а в 1921 году стал первым мэром Тель-Авива и оставался на этом посту практически до конца жизни, проявив незаурядный талант организатора. Дизенгоф пророчил молодому городу великое будущее и не ошибся — Тель-Авив стал вторым по важности (после Иерусалима) городом еврейского государства.

ЛЮБОПЫТНЫЕ ФАКТЫ:

    В архиве Тель-Авивского муниципалитета сохранились копии штрафов, которые пришлось оплатить мэру Тель-Авива Меиру Дизенгофу. Первый — за купание в море голышом, второй — за езду на лошади в городском парке. Хаим Альперин, начальник тель-авивской полиции, в письме пеняет Дизенгофу: «Я считаю, что утверждающий законы должен эти законы исполнять!»
    По одной из версий толкований легендарной одесской песни «Семь сорок», зеленоглазый мужчина в роскошном котелке, мечты которого устремлены на Восток, и есть Меир Дизенгоф, который был зеленоглаз, носил котелок и приехал в Одессу из Палестины. Он не был одесситом («пусть он не из Одессы»), но «в его глазах одесский огонек» — действительно Дизенгофа одесситы считали своим и хорошо знали. К тому же слова у уже известной мелодии появились на рубеже ХІХ–ХХ, тогда, когда Меир жил в Одессе. Впрочем, часть экспертов считают эту версию маловероятной, настаивая на том, в песне описан приезд в Одессу теоретика сионизма Теодора Герцля или поэта Хаима Бялика.
    В 1934 году, в честь 25-летия города, Дизенгоф добился от британских властей признания Тель-Авива самостоятельным городом. Одной из новых улиц городской совет присвоил имя Меира Дизенгофа, а примыкающей к нему площади дали имя Цины Дизенгоф.
    Дом Цины и Меира стал центром культурной жизни Тель-Авива. В нем устраивались встречи с писателями, политиками и людьми искусства. После смерти Цины, в 1930 году, Меир в память о своей жене создал городской музей, пожертвовав для него свой дом на бульваре Ротшильда. Именно в этом доме 14 мая 1948 года Давид Бен-Гурион провозгласил создание независимого государства Израиль. Сейчас в доме находится Зал Независимости — музей, в котором находятся экспонаты, посвященные подписанию Декларации независимости Израиля.
9368

Комментировать: