Наша камера
на «Ланжероне»
Loboda Loboda
в Садах Победы
Погода в Одессе сейчас -1 ... +1
ночью -2 ... -1
Курсы валют USD: 0.000
EUR: 0.000
Регистрация
Фильтр публикаций
Все разделы
Публикации по дате
Дата:

Как это делается в Одессе

Воскресенье, 29 августа 2010, 07:46

Мария Безчастная

«2000», 14.07.2010

ТРИО «ГАМБРИНУС»

Среди множества увеселительных заведений Одессы особое место занимает кабачок «Гамбринус». Он служит мостиком в два ушедших в небытие века — XIX и XX, он навечно поселился в классической литературе благодаря рассказу Александра Куприна, он стал еще одной достопримечательностью города. Пускай нынешний «Гамбринус» — не тот и даже не на том месте. Главное, что в нем вы услышите все те же (а также новые) одесские песни и поймете, что шоу продолжается.

ПО СТОПАМ САШКИ-МУЗЫКАНТА

«Громадный порт, один из самых больших торговых портов мира, всегда бывал переполнен судами. В него заходили темно-ржавые гигантские броненосцы. В нем грузились, идя на Дальний Восток, желтые толстотрубые пароходы Добровольного флота, поглощавшие ежедневно длинные поезда с товарами или тысячи арестантов. Весной и осенью здесь развевались сотни флагов со всех концов земного шара, и с утра до вечера раздавалась команда и ругань на всевозможных языках». Эти строки Куприна, к сожалению, уже не соответствуют действительности. Темно-ржавые и толстотрубые пароходы ушли в неизвестном направлении, нет больше сотен флагов и ругани на всевозможных языках.

Но «Гамбринус» по-прежнему рад гостям, пусть не матросам, а туристам, и каждый может сверить собственные впечатления с описанием классика, увидеть все своими глазами и, что еще важнее, — услышать. Можно просто играть и петь в ресторане, а можно возрождать традиции. Музыканты, которые сейчас играют в «Гамбринусе», — это как раз последний вариант.

За пианино — одесский писатель (это одно из его многочисленных амплуа) Александр Заболотный. Его привела в кабачок работа над книгой «Легендарный «Гамбринус». Занимался сбором материалов, писал, а дальше «сама жизнь подсказала». Тем более что с 14 лет Александр Владимирович зарабатывал деньги игрой в ресторанах.

«Первый «Гамбринус» был открыт в 1868 г. и располагался на Греческой, — рассказывает г-н Заболотный, — но он просуществовал несколько лет и не имел такого значения. Второй, так называемый куприновский «Гамбринус», находился на углу Дерибасовской и Преображенской, в подвальчике под современным греческим консульством. Там до сих пор остались надписи на стенах. Вот в том заведении на рубеже веков и играл на скрипке Шендель-Шлема Янкелев Певзнер, попавший в рассказ, как Сашка-музыкант».

Второй «Гамбринус» подробно описал Куприн, и лучше классика русской литературы это не сделать. Хотя далеко не все события, попавшие в рассказ, действительно происходили с музыкантом. «Куприн был хороший выдумщик, — свидетельствует наш собеседник, — ни на каком фронте Сашка не воевал, не было у него собачки. Мадам Иванова — да, это историческая личность».

После революции и гражданской войны культовый кабачок закрылся. Но был и третий «Гамбринус», на этот раз разместившийся прямо на Дерибасовской. У этого заведения тоже есть своя история, которую Александр Заболотный хорошо помнит сам: «Тогда внутри все было застелено дымом, бочки, запахи всех времен и народов и пиво трех сортов — неразбавленное, разбавленное и ершик. Первый раз я попал сюда в 15 лет, мама дала мне пару рублей, мы выстояли в очереди почти час, потом еще одну маленькую, пока нам принесут разбавленного пива, а потом, когда вернулись за стол, там уже расположились здоровые дяди, которые сказали нам: «Пацаны, вы тут не сидели». Ту атмосферу, конечно, не передать. Пиво, рыба на газете «Знамя коммунизма», официантки в засаленных фартуках, дородные такие, что Кличко отдыхают. Даже в холерный год все равно здесь было много людей. Я был в десятом классе, когда играли два еврея, два дяди Саши. Один из них заболел, и я был на подмене. Вот тогда я почувствовал, что такое коммунизм. Стоял большой картонный ящик, и туда бросали 50 копеек, рубчик, набирались приличные деньги. Тогда можно было купить пиво в «Гамбринусе» за 35 копеек, а с двумя рублями вообще можно было ни с кем не разговаривать.

Пиво заливали внутрь по специальной трубе, а там уже по таблице Менделеева разбирались, кому чего. В 60—70-е годы летом на каждого жителя Одессы приходилось 3—4 приезжих, плюс куприновский бренд, центр города, да и вообще в те времена было не так много питейных заведений, вот и выстраивалась очередь до самого Русского театра».

Сейчас питейных заведений в Одессе достаточно и в очереди стоять уже не нужно. Остается бренд, который просто необходимо использовать по назначению — привлекать туристов.

«ВЫ ХОЧЕТЕ ПЕСЕН — ИХ ЕСТЬ У МЕНЯ»

На Дерибасовской, у входа в Горсад, сидит на лавочке бронзовый Утесов и с утра до вечера фотографируется с прогуливающимися. Ну а напротив, в подвальной части ресторана «Гамбринус», каждый вечер звучат старые одесские (в том числе, разумеется, из репертуара Утесова) и новые, свеженаписанные песни. Трио «Гамбринус» работает в следующем составе: Александр Заболотный (пианино), Валерий Сприндис (скрипка), Валерий Морозов (гитара). По выходным трио превращается в квартет, на аккордеоне играет Леонид «дядя Леня» Шерер. 40 минут музыканты услаждают слух посетителей заведения, затем 20 минут курят и отдыхают. В эти промежутки они и общаются с «2000».

«Трудно сказать, чья это была идея, — говорит г-н Заболотный, — может, моя, может, Сережи Водоплавающего, с которым мы играли, но сейчас он в Майами. Короче, наша. Мы заняли эту нишу и вполне достойно в ней себя чувствуем уже несколько лет. Нас часто приглашают в другие города, один парень звал в Саратов в свой ресторан на всю зиму, звали в Питер, Москву, Киев. Иногда выезжаем, но в последнее время сосредоточились на работе в Одессе. Мы записываем альбом под рабочим названием «Куда я денусь от тебя, Одесса-мама», некоторые песни, «Карлик Изя», «Уличный музыкант», «Моя гитара», уже опробованы на публике, и их заказывают — это показатель. Пишем альбом в студии с профессионалами, аранжировщиками, музыкантами. Нас часто снимают телевизионщики, приезжал Ширвиндт-младший со своей программой, которая идет на Первом канале, промучил нас полдня, записывая сюжет».

Музыканты жалуются, что в последние годы туристов стало заметно меньше, и прежде всего из России. Они связывают это с ухудшением отношений между нашими странами и надеются, что этим летом, после того как упомянутое «ухудшение» на высшем уровне вроде бы отменили, турист попрет в Одессу, как в старые добрые времена. «Сначала, конечно, заказывают одесские песни, — продолжает г-н Заболотный, — потом проверяют нас на вшивость, знаем ли мы их песни, кто откуда прибыл. Кабацкий музыкант, вы понимаете, должен играть все жанры и уметь в доли секунды сориентироваться, иначе он не будет востребован».

«Рестораны, свадьбы — это такая школа, — делая акцент на слове «такая», дополняет Валерий Морозов, — приходилось играть по 12 часов. Особенно деревенские свадьбы, а тут рядом Молдавия, там такие свадьбы... Бывает, что и тут играем до поздней ночи, летом, на день города, на Юморину, работа кипит. Бывают очень сложные заказы, помню, один киевлянин подошел, дал приличную сумму и говорит, что ему надо «Боже, царя храни», гимн Украины, гимн СССР, еще много разных гимнов и закончить «Семь сорок», в общем, сделать такое попурри за пять минут. Мы обсудили тональности и запалили ему нон-стоп минут на 15. Он еще говорит, я хочу, чтобы все закурили и стоял дым коромыслом, как в старые времена. Так он потом стоял с отвисшей челюстью».

Задача ресторанных музыкантов — сделать окончательно счастливым подвыпившего человека. Угодить таковому бывает нелегко, но в этом и заключается профессионализм «лабуха», приходит на выручку и богатый опыт. Порой, рассказывают музыканты, заказывают такие песни, которых и в природе не существует, но исполняются и такие пожелания. И дело не только в деньгах, иногда к ним подходят с двумя гривнями и просят что-нибудь сыграть. Такой человек тоже встретит понимание и услышит свою «страдательную».

ЛИТЕРАТУРА, МУЗЫКА И УГРОЗЫСК

Жизнь музыкантов трио «Гамбринус» не ограничена подобными историями. Как всякие творческие люди они имеют много интересов, профессий, работ. К примеру, Валерий Сприндис, выступающий в роли Сашки-музыканта, то есть играющий на скрипке, — известный фотограф, сотрудничает со многими СМИ. «Я не чувствую никаких противоречий, — уверяет г-н Сприндис, — глаз фотографа, конечно, остается. Иногда, стоя на сцене, я вижу интересные моменты, когда мне хотелось бы иметь в руках не скрипку, а фотоаппарат. Положил скрипку, взял фотоаппарат, одна часть меня слышит, другая видит, а вместе они неплохо сочетаются».

«Я трубач, духовик, играл со школы, в армии тоже все топали по плацу, а я дул в трубу, — рассказывает гитарист и автор многих песен трио Валерий Морозов. — Ну а потом ушел в рейс и 30 лет отработал музыкантом, руководителем ансамбля на судах».

Биография Александра Заболотного, изложенная им самим в предисловии к книге «Укороченные рассказы для любого переходного возраста», полна неожиданных поворотов. В 14 лет получил первый гонорар за игру на клавишах, в 16 стал чемпионом СССР по волейболу среди юниоров, затем закончил филфак ОГУ (Одесского госуниверситета) и пошел работать в уголовный розыск. Тяга к литературе и расследованию преступлений переплелись в Александре, почти как у героя «Зеленого фургона». Собственно, и Евгений Петров (Катаев) служил в угрозыске.

«Работал старшим опером, — вспоминает г-н Заболотный. — Это были вырванные годы, когда нормальному человеку работать в милиции было практически невозможно, он был между молотом и наковальней. Приходилось прятать уголовные дела, потому что заставляло начальство, а с другой стороны, если у тебя обнаружат уголовное дело, ты садился за решетку. Каждый день надо было рисковать такой мелочью, как жизнь. Если вы смотрели сериал «Менты», то там процентов на 40—45 показана сермяжная правда. С перегаром, небритым, с «Макаровым» под подушкой, за копейки вперед... Что самое интересное, были честными. Начинал в Одесском угрозыске, пару убийств раскрутили, и меня забрали в Ленинград, там работал на Васильевском острове, пока не комиссовали. Сам виноват, полез, как Чапаев на лихом коне, и получил свою порцию кастетом, потом больница, ну и пришлось уйти из милиции».

Затем Заболотный преподавал в вузах русский язык, по вечерам играя в ресторанах, что не всегда нравилось институтскому начальству. В 90-е, как сам описывает в биографии, «трудился где угодно и кем угодно — от частного предпринимателя до парковщика машин». «Капитал на творчестве не сделаешь, — констатирует г-н Заболотный, — приходилось зарабатывать на хлеб насущный всеми методами в пределах доступного, приказано было выжить и кормить семью».

Как литератор Заболотный также отличается многожанровостью. «Легендарный «Гамбринус» он сам описывает как «историко-литературно-развлекательно-рекламного характера повествование», которое, кстати, пока еще не увидело свет, хотя, казалось бы, подобную книгу с удовольствием приобретали бы посетители «Гамбринуса». В своих «укороченных рассказах» автор делится мыслями в сжатой форме, делая акцент на «незлом юморе», который, по его мнению, нужнее и полезнее юмора злого, то есть сатиры.

Александр Заболотный и его друзья относятся к тем одесситам, которых обязательно нужно встретить отдыхающим, приезжим, чтобы не говорить по возвращении в свои города, что Одесса уже не та и не осталось в ней никакого колорита. Еще одесские бандиты в 20-е годы горевали, «во что превратился некогда третий город Российский империи», эта мысль поднималась не раз и позже накрепко засела в головах в трудные годы «перестройки-независимости», когда самые колоритные одесситы навсегда покинули родной город. Но он остался тем же, особенным, здесь по-прежнему немного иначе говорят, думают и чувствуют, загадочно воздействует на психику солнце, ласково плещется Черное море, а в легкие поступает все тот же воздух, «который я в детстве вдохнул», как пел Леонид Утесов, «и вдоволь не мог надышаться».
2630

Комментировать: