Наша камера
на «Ланжероне»
Лобода Лобода
в Садах Победы
Погода в Одессе сейчас -2 ... +1
утром -1 ... +2
Курсы валют USD: 25.638
EUR: 27.246
Регистрация
Фильтр публикаций
Все разделы
Публикации по дате
Дата:

Итак, я жил тогда в Одессе

Среда, 2 декабря 2015, 14:58

И. Михайлов

Порто франко, 20.11.2015

(Продолжение. Начало см. ЗДЕСЬ.)

Близкие друзья Александра Сергеевича приглашают его на свою свадьбу (М. Ф. Орлов и Е. Н. Раевская), которая должна состояться в Киеве 15 мая 1821 г. Однако ради Собаньской поэт спешит в Одессу. Он неистово ухаживает за Каролиной, посещает ее салон, читает ей свои произведения…

Майские две недели, проведенные Пушкиным в Одессе, были достаточно плодовиты. Он заканчивает работу над «Кавказским пленником», пишет стихотворение «Дионея».

Однако не только страстное физическое влечение к Собаньской принуждало Пушкина буквально галопом преодолевать более сотни верст по пыльной дороге. Графиня пыталась увлечь поэта мистическим учением.

Все началось в 1816 году, когда Каролина добивается от церковных властей разрешения жить отдельно от мужа. Вскоре она переезжает в Вену, где Розалия Ржевуская содержала салон, в котором, по выражению Ф. Ф. Вигеля, графиня Собаньская получила «высшее светское образование».

Надо заметить, что родственница Каролины собирала в своем салоне наиболее просвещенные умы тогдашней Европы. Среди посетителей салона оказались поклонники спиритизма, более того — приверженцы каббалы. Высшее общество удивлял некий доктор Макс Гартман, умевший не только отгадывать прошлое, но и предсказывать будущее. Он познакомил завсегдатаев салона со священной книгой каббалистов «Зогар».

Это Макс Гартман сообщил Каролине точную дату смерти ее отца и последовавший за этим официальный развод с Иеронимом Собаньским. Но и это еще не все. Среди посетителей салона Р. Ржевуской был венский банкир Рипп, который однажды привел туда свою дочь Амалию.

Гартман, увидев будущую мадам Ризнич, подошел к Каролине и, показав на миловидную девочку, сказал, что пройдет совсем немного времени, и они встретятся в России, однако несчастье будет преследовать дочь банкира всю жизнь. Каббалист уверял графиню, что среди ее многочисленных поклонников будет человек, который обессмертит ее имя.

Нам неизвестно, что ответила Каролина Гартману, но через несколько лет она серьезно заинтересуется этим мистическим учением, поверив, что с его помощью сможет влиять на окружающих.

Конечно, генерал Инзов догадывался о причинах частых отлучек неугомонного Пушкина. Но настало время, когда наместник Бессарабии был вынужден отказать своему подчиненному в поездке в Одессу.

Не следует забывать, что Пушкин пребывал в Кишиневе отнюдь не по своему желанию. Петербургское начальство с учетом «смутного времени» потребовало от Инзова отчет о поведении поэта. По всей вероятности, в столицу шли донесения, согласно которым Пушкин якшается с подозрительными личностями, ездит в Одессу, где располагался центр бунтующих греков, недовольных итальянцев, не признающих властей испанцев… В Европе — революционное брожение, так что российские власти посчитали за благо более внимательно присматривать за своими «неблагонадежными» подданными.

Но вот, наконец, опять Одесса, где поэт мог чувствовать себя свободнее, а местное общество — ему по душе. По прибытии Пушкин поселился в гостинице «Северная» (ныне — ул. Пушкинская, 13), прожив в ней более месяца.

25 августа 1823 г. Александр Сергеевич сообщает брату в Петербург: «Мне хочется, душа моя, написать тебе целый роман — три последние месяца моей жизни. Вот в чем дело: здоровье мое давно требовало морских ванн, я насилу уломал Инзова, чтоб он отпустил меня в Одессу, — я оставил Молдавию и явился в Европу. Ресторация и итальянская опера напомнили мне старину и ей богу обновили душу».

Что более всего удивляло интеллигентного человека, приезжающего в Одессу? Там существовала относительно свободная пресса, издавались книги, которые вряд ли могли появиться в других частях Империи; можно было купить в книжных лавках солидные волюмы, напечатанные в период французской революции конца XVIII в., и дешевые английские памфлеты, высмеивавшие правительство и английский клир…

1 апреля 1820 г. в Одессе стал выходить «толстый» журнал на французском языке… А итальянская опера!.. «Музыка и театр — главнейший источник одесских удовольствий!» — восклицает Скальковский, которого принято считать первым историком Одессы.

Здание театра здесь стали строить в 1804 г. по проекту архитектора Томона, соорудившего собор и городскую больницу. Александр I даже пожаловал на строительство оперы 38 тысяч рублей ассигнациями.

Перед прибытием Пушкина в Одессу в ней творил сардинский зодчий Боффо, проектировавший сцену. Кроме того, этот архитектор построил дворец Воронцова и ряд других важных сооружений. Но своими театрами одесситы по праву гордились всегда.

В городе той поры нередко можно было наблюдать забавную сцену: прямо на улице какой-то человек поет полюбившуюся арию. Собирается толпа, кто слушает, а кто ему подпевает, и все остаются довольны.

Содержателем одесской оперы был богатый купец Ризнич. Это тот самый Иван Степанович, в жену которого, Амалию, Пушкин какое-то время был страстно влюблен. Еще до встречи с «негоцианткой молодой» Александр Сергеевич, пребывая в Одессе, непременно посещал дом завзятого театрала.

И на этот раз, едва успев расположиться в гостинице на Итальянской улице, Пушкин спешит засвидетельствовать почтение своему одесскому знакомому Ризничу, а заодно поздравить с женитьбой. Александр Сергеевич был представлен Амалии, и с той минуты образ «итальянки» занимает мысли, чувства и сердце поэта.

А ложа, где, красой блистая,
Негоциантка молодая,
Самолюбива и томна,
Толпой рабов окружена?
Она и внемлет и не внемлет
И каватине, и мольбам,
И шутке, с лестью пополам…
А муж — в углу за нею дремлет,
Впросонках фора закричит,
Зевнет и — снова захрапит.

Одесса, расположенная между Бугским и Днестровским лиманами, сильно страдала от нехватки пресной воды, было мало зелени, зато много песчаной пыли. Причем стоило подуть небольшому ветерку, как город буквально окутывался пылью, оседая на чахлую растительность, дома и городские постройки, затрудняя дыхание одесситам; песок проникал даже в закрытые помещения. Зато в осенне-зимний период песчаная пыль превращалась в непролазную грязь, в которой легко застревали экипажи и могли утонуть нетрезвые пешеходы. Правда, тротуары и дороги стали покрываться камнем.

В своем знаменитом романе в стихах «Евгений Онегин» можно прочитать:

В году недель пять-шесть Одесса,
По воле бурного Зевеса,
Потоплена, запружена,
В густой грязи погружена,
Все домы на аршин загрязнут,
Лишь на ходулях пешеход
По улице дерзает вброд;
Кареты, люди тонут, вязнут,
И в дрожках вол, рога склоня,
Сменяет хилого коня.
Но уж дробит каменья молот,
И скоро звонкой мостовой
Покроется спасенный город,
Как будто кованой броней.
Однако в сей Одессе влажной
Еще есть недостаток важный;
Чего б вы думали? — воды.
Потребны тяжкие труды…

Пушкин в отеле «Северный» жил недолго и в конце июля 1823 г. перебрался в известную гостиницу Рено, располагавшуюся неподалеку от театра. Жаль, что здание не сохранилось, но литератор К. П. Зеленецкий указывал: «…потом поэт наш жил на Ришельевской улице, на углу ее с Дерибасовскою, в верхнем этаже дома, принадлежавшего сперва барону Рено, а потом его дочери княгине Кантакузеной. Окна дома выходят на обе улицы, и угольный балкон принадлежал поэту, который налево от него мог видеть и море. Почти в глазах у него был театр… и одноэтажный дом, в котором лет за восемь до него жил герцог Ришелье» (Сведения о пребывании А. С. Пушкина в Кишиневе и в Одессе).

Между прочим, И. П. Липранди, живший в то же время в Одессе, утверждал, будто Пушкин обитал в «клубном доме у Отона».

Он писал: «Покойный Отон, приехавший в Одессу вместе с герцогом Ришелье, содержал в 1820-х годах небольшую превосходную гостиницу на Дерибасовской улице, в небольшом домике… В этом домике были две или три небольшие квартиры, в которых останавливались люди высшего класса и где жил один из друзей Пушкина, известный кутила князь NN. Очень может быть, что Пушкин, имевший аристократические привычки, занимал одну из этих квартир, тем более, что он любил Отона и даже воспел его в описании Одессы» («Русский архив»…).

Шум, споры, — легкое вино
Из погребов принесено
На стол услужливым Отоном;
Часы летят, а грозный счет
Меж тем невидимо растет.

Увы, следует признать, многие здания, непосредственно связанные с поэтом, не сохранились. Так где же жил Пушкин в Одессе? Вполне возможно, что все версии имеют право на существование. Александр Сергеевич жил и в отеле «Северный», и в домах Рено и Отона… Непоседливый Пушкин любил менять не только места проживания. Его многочисленные любовные связи только способствовали такому образу жизни.

Жаркое одесское лето 1823 года в этом отношении оказалось удачным. У графини Собаньской появилась соперница — Амалия Ризнич, но, в отличие от загадочной полячки, не менее таинственная «итальянка» была к поэту более благосклонной. Во всяком случае, Амалия не лукавила, когда откровенно обсуждала с Пушкиным сугубо личные проблемы.

…Поздней осенью 1823 г. мадам Ризнич часто хворала. В один из ненастных дней Пушкин навестил больную. Служанка сообщила Амалии о появлении поэта и поспешно удалилась, оставив молодых людей наедине. В этот вечер Амалия, наконец, решилась рассказать Пушкину о том, что ее так сильно волновало.

(Продолжение следует)
8980

Комментировать: