Наша камера
на «Ланжероне»
Loboda Loboda
в Садах Победы
Погода в Одессе сейчас +6
ночью +5
Курсы валют USD: 0.000
EUR: 0.000
Регистрация
Фильтр публикаций
Все разделы
Публикации по дате
Дата:

Фармацевтический бизнес по-украински

Пятница, 25 апреля 2014, 19:00

Надежда Супранович

Слово, 24.04.2014

До боли знакомая картина: врач берет чистый листок бумаги и заполняет его перечнем лекарственных препаратов. От множества разных названий просто рябит в глазах. В углу заполненного рукописными каракулями листа - логотип известной фармацевтической фирмы. Этот же логотип вышит и на кармане медицинского халата. Самый дорогой лекарственный препарат из рекомендованного списка - продукция все той же фирмы.

На сегодняшний день уже ни для кого не секрет, что многие врачи получают так называемые бонусы от фармацевтических компаний. Само собой, все расходы, связанные с продвижением нового лекарства на рынке, потом закладываются в цену этого лекарства.

Совет не болеть в таких условиях будет выглядеть, по меньшей мере, тривиально. А когда болеешь, не выполнять предписания врачей опасно...

Закон, что дышло

В конце позапрошлого года был даже принят специальный Закон «О внесении изменений в основы законодательства Украины о здравоохранении». Согласно этим изменениям медицинские и фармацевтические работники теперь не имеют права: получать так называемую неправомерную выгоду от реализации лекарственных препаратов, рекламировать эти препараты, скрывать информацию о наличии лекарственных средств с аналогичным действующим веществом или средств по иной цене. Кроме того, врачам теперь запрещено получать от фармацевтических компаний образцы лекарств. Исключение составляют лишь случаи законных клинических испытаний.

Еще на стадии утверждения новый законодательный акт был подвергнут жесткой критике со стороны специалистов. Начнем с так называемой неправомерной выгоды. В юридической практике такой выгодой считается получение денег или имущества без законных на то оснований. По мнению одних юристов, эта формулировка очень размыта. По мнению других, она лишь дублирует некоторые положения Закона «О принципах предотвращения и противодействия коррупции». В любом случае, запрет на получение «неправомерной выгоды» не может принести никаких конкретных результатов.

Теперь по поводу рекламы лекарственных препаратов. По закону это - распространение информации о товаре среди широкого круга лиц. Таким образом, выписывание конкретного лекарства конкретному пациенту вовсе не является рекламой. Другое дело, надписи на медицинских халатах или использование листочков с логотипами. Выходит, данный запрет тоже имеет, в основном, декларативный характер.

Что же касается сокрытия полезной для пациента информации, то здесь даже не надо быть юристом. Надо лишь уметь рассуждать здраво. Допустим, врач не сообщил больному о том, что то или иное лекарство с брендовым названием имеет так называемые генерики - аналоги, содержащие то же самое действующее вещество, но, возможно, другой состав вспомогательных веществ. Как было установлено на практике, терапевтическое действие любого генерика, зачастую, слабее, а побочных эффектов у него, наоборот, иногда больше. И это, в определенной степени, может служить оправданием для врача.

И, наконец, кто же должен зафиксировать факт сокрытия полезной информации, если таковой имел место? Сам пациент? Такое даже трудно себе представить.

Практическое применение может иметь, пожалуй, лишь самый последний запрет - на получение врачами образцов лекарств. Однако здесь законодатель скорее, наоборот, перегнул палку. Ведь любой врач обязан хорошо знать все фармакологические свойства имеющихся на рынке лекарств, в том числе и новейших.

В целом, Закон «О внесении изменений в основы законодательства Украины о здравоохранении», в значительной степени, лишь обозначает назревшую в медицине проблему, чем решает ее.

Побочные «сюрпризы»...

Нельзя не заметить, как стремительно расширяется ассортимент лекарственных препаратов на прилавках аптек. И каждый новый препарат усиленно продвигается самими врачами. Само собой, чем новее, тем дороже. Однако, это еще не означает лучше.

- Когда я лежал в больнице с инсультом ,- рассказывает одесский пенсионер Александр Володин,- мне выписывали дорогой оксибрал. Я много раз напоминал врачам о том, что есть более дешевый циннаризин. Они отвечали, что это лекарство, дескать, уже морально устарело. Тем не менее, когда мне, наконец, поставили капельницу с циннаризином, я почувствовал себя, по крайней мере, не хуже, чем после оксибрала.

Следует также иметь в виду, что любой лекарственный препарат, прошедший все клинические испытания, все-таки до конца не изучен. И в процессе его широкого применения могут обнаружиться дополнительные побочные эффекты. Само собой, чем новее любое лекарство, тем выше вероятность подобных «сюрпризов».

К примеру, в процессе использования целекоксиба выяснилось, что он способен вызывать серьезные проблемы в сердечно-сосудистой системе. Широко применявшийся в качестве жаропонижающего и болеутоляющего амидопирин оказался канцерогенным.

Весьма загадочная история у антивирусного препарата - тамифлю. Думается, многие еще помнят массовую истерию 2009 года, связанную с эпидемией калифорнийского гриппа. На фоне этой истерии множество раз упоминалось название данного препарата. Многие СМИ о нем говорили, как о единственном спасении. Более эффективную рекламную кампанию нельзя себе и представить. За счет бюджетных средств тамифлю закупили даже многие больницы. Однако вскоре последовала ответная реакция. В некоторых СМИ появились сообщения о том, что данный препарат еще недостаточно изучен для широкого применения.

На сегодняшний день тамифлю имеет для широкой продажи все необходимые документы. Однако большинство аптек явно не спешат выкладывать этот препарат на свои прилавки. К примеру, в Одессе мне удалось обнаружить тамифлю лишь в четырех аптеках.

Люди, как подопытные кролики

В условиях постоянной гонки за новизной далеко не праздным является вопрос: насколько либеральны украинские правила допуска иностранных лекарств на внутренний рынок? Возможно ли здесь появление малоизученных или некачественных препаратов? Как известно, в Украине были зафиксированы случаи, когда дети умирали сразу после вакцинации.

К сожалению, ни в одном из них так и не удалось докопаться до истины. Каждое начатое расследование неизменно приводило к централизованным закупкам имуннопрепаратов Министерством здравоохранения и на этом фактически заканчивалось. Лишь в конце прошлого месяца пресс-служба Генпрокуратуры Украины сообщила, что против теперь уже бывшего заместителя министра здравоохранения начато уголовное производство по 364-й статье Уголовного Кодекса о злоупотреблении служебным положением, повлекшим тяжкие последствия.

Следует также признать, что, благодаря беспринципности некоторых врачей и коррумпированности чиновников, Украина может стать вполне подходящим полигоном для массовых клинических испытаний новых лекарств.

К сожалению, подобные случаи в мировой практике уже есть. В частности, по данным сайта www.medicinform.net, Верховный суд Индии недавно обвинил несколько крупнейших фармацевтических компаний в том, что они используют жителей страны в качестве «подопытных кроликов». Новые экспериментальные лекарства тайно тестировались на людях, которые вовсе не знали о том, что участвуют в испытаниях. Индийские организации здравоохранения полагают, что в таком тестировании участвовало от 350-ти тысяч до двух миллионов человек.

В СМИ также описан случай, который произошел в Волгограде. Там на годовалом ребенке, Вике Гераськиной была незаконно испытана живая ослабленная вакцина против ветряной оспы. После злосчастного укола ребенок начал отставать в развитии.

Неисповедимые пути на украинский рынок

Насколько же застрахованы от подобных случаев жители Украины? На бытовом уровне в нашей стране давно ходит упорный слух о том, что зарубежные фармацевтические компании сначала налаживают массовую реализацию нового препарата здесь, и лишь потом решаются предложить его своему потребителю. Между тем, судя по материалам официального сайта Государственного Фармакологического центра (ГФЦ), дело обстоит как раз, наоборот: с украинскими покупателями зарубежные препараты встречаются намного позже, чем с потребителями своей страны. Сделать в этой области какой-либо анализ довольно трудно, потому что за рубежом, как правило, продаются брендовые препараты, а здесь - генерики, имеющие совершенно другие названия.

Быть или не быть новому препарату на нашем рынке решает уже упомянутый выше ГФЦ. По официальным данным, около 40% предлагаемых ему препаратов отсеивается еще на стадии рассмотрения документов.

В некоторых государствах все импортные лекарства должны проходить повторные экспериментальные и клинические испытания. В Украине достаточно повторить одни лишь клинические испытания или даже их часть. Сначала фирма-изготовитель представляет ГФЦ вместе с образцами лекарства все данные о его фармакологических свойствах, токсичности и результатах клинических испытаний. Затем это учреждение занимается организацией повторных испытаний. И надо полагать, их необходимый объем определяется индивидуально для каждого отдельного случая.

Вместе с тем, среди работников аптечной системы ходит упорный слух о том, что властные структуры зачастую ограничиваются лишь переводом иностранной аннотации на украинский язык. Чиновники наличие подобных случаев, конечно же, отрицают.

Тем не менее, в позапрошлом году на сайте www.pharmvestnik.ru было опубликовано сообщение о том, что на украинских прилавках примерно 30% импортных лекарств не имеют международного сертификата качества GMP. Эту информацию Государственная лекарственная инспекция обнародовала в канун ввода лицензирования на импорт зарубежных лекарств. Иными словами, если бы Министерству здравоохранения не понадобилось оправдание для каких-то дополнительных мероприятий, мы бы о наличии сомнительных лекарств на территории нашей страны никогда не узнали.

Что же собой представляет так называемая лицензия на импорт лекарственных препаратов? И что нужно для того, чтобы ее получить? По данным официального сайта Министерства здравоохранения Украины, предприятие может получить этот документ в случае соответствия установленным нормам своей материально-технической базы и квалификации персонала. Иными словами, речь, очевидно, идет об условиях транспортировки и хранения лекарств. Есть среди условий получения лицензии и весьма размытая формулировка о контроле за качеством. Хотя полностью удостовериться в этом качестве можно лишь при повторных клинических испытаниях. В целом, введение лицензирования на импорт лекарств весьма напоминает очередной правительственный трюк для обложения предпринимателей дополнительной данью.

Итак, стремительная гонка новизны на фармацевтическом рынке, безусловно, имеет свои «издержки», о масштабах которых можно только догадываться.

Теперь вернемся к началу данной публикации. Что же следует делать, если врач предлагает вам дорогое сверхновое лекарство? Высказывать явное недоверие, конечно же, не стоит. Однако не лишним будет спросить о том, есть ли у данного препарата более дешевый и проверенный временем аналог. Думаю, иной раз гораздо правильнее сначала испробовать традиционный, хорошо испытанный метод лечения и лишь потом прибегать к новаторству...
   
Post Scriptum
Если кто-нибудь из специалистов захочет высказаться на данную тему, мы готовы предоставить ему газетную площадь.
5958

Комментировать: