Наша камера
на «Ланжероне»
Loboda Loboda
в Садах Победы
Погода в Одессе сейчас +5 ... +8
вечером +5
Курсы валют USD: 0.000
EUR: 0.000
Регистрация
Фильтр публикаций
Все разделы
Публикации по дате
Дата:

Договариваться надо…

Понедельник, 21 апреля 2008, 09:45

Леонид ШТЕКЕЛЬ

Правое дело, 12.04.2008

Интервью с первым заместителем одесского городского головы Анатолием Ивановичем Ворохаевьм берет главный редактор ПД Л.И. Штекель.

Штекель.: Как можно защитить права людей, дома которых оказались задействованы в инвестиционных проектах? По закону о реконструкции жилого фонда им нужно предоставлять жилье, но в законе не указаны никакие меры воздействия на инвестора.

Ворохаев: В каждом инвестиционном проекте есть свои существенные отличия. Одно дело — застройка квартала. Если говорить о старой Молдаванке — это ветхие аварийные дома. Если человеку, живущему в ветхом аварийном доме, угрожает опасность чисто физическая — обрушение стен, потолков, перекрытий — там могут быть меры прокурорского воздействия в плане принудительного выселения, но опять-таки, в аналогичное, положенное по закону жилье. В каком районе — это как договорятся.

Дальше — вариант строительства дороги Север-Юг. С 82-го года все знали, что по улице Туристской пройдет дорога, и там не разрешали никому никакой реконструкции, никакого дополнительного строительства, чтобы люди не тратили денег и не вкладывали средства в дома, которые рано или поздно будут сносить. Есть закон о том, что если речь идет о социально значимых проектах, то дома там подлежит сносу, люди обеспечиваются соответствующим жильем и получают компенсацию за домостроения. Это опять-таки согласно закону. Мы говорим о защите прав. В каком районе? Опять будут договариваться.

Лузановка. Пришел инвестор, рассказывает разные сказки. Чтоб мы не путали, речь идет не о строительстве нового спортивного комплекса, где только зачаточная стадия, а о микрорайоне Лузановка. Мы знаем, в каком состоянии он находится. Там и подпочвенные воды высокие, и подвалы, залитые канализацией, и прочее. Это двух- и пятиэтажные в основном общежития бывшего ЗОРа, супернеблагоустроенные. Там лучше не жить, чем жить. Но, тем не менее, появляется куча провокаций, инвестор говорит: «У меня есть жилье на поселке Таирова, есть на поселке Котовского, на так называемом Поле Чудес. Это вы уже сегодня получаете жилье, уходите, и мы начинаем расселять. Если вы не хотите, а привязаны к этому месту, я строю здесь первый дом-пионер, и вы в нем получаете соответствующее жилье». Не договорятся — он повернется и уйдет из такого микрорайона, как Лузановка. Хорошо это или плохо? Наверное, больше плохо. Это поймут несколько позже.

Конечно, в районе улицы Туристской при расселении для строительства дороги — есть то, что социально значимо и то, что нужно для строительства города, все равно будет отселяться, и в том районе никто жилье не предоставит. Им будет предоставляться жилье согласно действующему законодательству.

Мы имели аналог с Книжным переулком, где аварийный дом. Мы имели аналог с Красным переулком, не до конца разрешенный, и, если четко проследить, во всех случаях мы, представители власти, становимся на позицию человека, которого отселяют.

Хотя аппетит приходит во время еды. Есть такие жильцы, которые, имея однокомнатную квартиру 16 метров в аварийном доме... Дети имеют плохую тенденцию расти, у них, когда они вырастают, появляются свои дети, из одной семьи появляются три семьи, и когда вместо 16-метровой квартиры получают двухкомнатную и трехкомнатную, все равно идут жаловаться... Если эта квартира не подходит для проживания, как выяснила комиссия, это один вариант. Если квартира нормальная, есть действующее законодательство, но для каждой категории отдельно. В ветхом и аварийном случае — свои, для социально значимых мест свои, а если просто инвестор... Кто мне сегодня запретит выкупить 10 замков и построить один дворец? Никто. Но надо договориться с этими десятью.

И вот тут непонимание этих людей. Вот на Чубаевке. Я очень сомневаюсь — там стоят такие дома, в отличие от Туристской, в отличие от Лузановки... Я сомневаюсь, что какой-то инвестор сумеет договориться и выкупить там 3-4-5-10 домов с тем, чтобы строить там высотные дома. Насколько будет эффективна экономика этого строительства. Дома там достаточно дорогостоящие. И там, в большинстве случаев, есть уже приватизированная земля.

Ш.: Бывали случаи, и неоднократно, что инвестор говорил — даю квартиру, и так далее, а потом он не выполнял своих обязательств.

В.: Есть такие случаи, и мы становимся на сторону человека. В каждом случае назначается комиссия городским головой, и идет разбирательство в каждом отдельном случае. В Книжном переулке, так или иначе, тему разрешили.

Ш.: А не лучше ли создать постоянно действующую группу, куда можно было бы обращаться?

В.: Думаю, что лучше это решать в законодательном порядке, чтобы появился некий закон, который бы регламентировал все эти вещи в каждом конкретном случае. В чем беда наших законов? Мы даем закон о застройке кварталами. Или любой другой закон. Этим законом поручается Кабинету министров разработать определенный механизм. В силу объективных причин — поменялся Кабинет министров, что-то еще произошло — эти механизмы не разрабатываются. Получается закон без механизма — это не закон. Реализация его невозможна.

Ш.: На сегодняшний день неизбежно сложится следующая ситуация. Когда в советское время принимался закон о ветхом или аварийном жилье, рыночная стоимость особой роли не играла. Сейчас ветхое жилье в центре города — это нечто иное, чем жилье на окраинах. Есть рыночная цена, и в законе с реконструкции жилого фонда есть намек на то, что в принципе она должна учитываться. Насколько сегодня готов город отстаивать права граждан, учитывая рыночную стоимость жилья?

В.: Начнем с того, что в законе не должно быть намеков. Это раз. Во-вторых, закон об отселении ветхого и аварийного фонда никто не отменял, вернее, существующее законодательство. За последние три года очередь нуждающихся проживающих в ветхих и аварийных домах уменьшилась на 6000 семей. Было 28 тысяч, а стало 22. Наверное, есть эффективность работы. У одного человека есть право продать, у другого человека есть право купить. Поэтому в каждом конкретном случае договариваются две стороны.

Ш.: Есть важный нюанс. Законодательство неизбежно провоцирует поджоги жилья. Если его поджечь, оно переходит в состояние ветхое, в другую градацию, и жильцы начинают сторожить по ночам, чтобы их не подожгли.

В.: Я не слышал о таком.

Ш.: А Пушкинская, 23?

В.: Полный бред. Это совершенно невыгодно. Это надуманная ситуация. И ведь несколько квартир же дали людям — в Чудо-Городе, в других местах... Более того, на сегодня нет инвестора, желающего там строиться. Мы будем восстанавливать этот флигель за счет средств, которые выделяются городом на капитальный ремонт. Это история, придуманная на ровном месте.

Ш.: Я бы не говорил, но моя жена участвовала в помощи галерее, которая там находилась. Все были абсолютно уверены, что это поджог.

В.: Если бы на следующий день появился инвестор, который бы занялся ремонтом... Но тогда бы не город выселял, а этот инвестор. Так можно любую ситуацию представить. Это как сегодня собираются пикетировать по поводу трассы Север-Юг. Ну скажите, трасса нужна городу? В этом нет никаких сомнений. Значит, все равно кто-то попадет под отселение. Уже 26 лет их предупреждают: там ничего нельзя делать. Эта зона идет под отселение, так же как первая линия на других улицах, где есть частная застройка. Какое же иначе возможно развитие города? Так, как в Черноморке. Когда он передвигал, как Жванецкий рассказывает, свой забор на метр-два, и его никто не трогал, он не вспоминал, что это незаконно. А сегодня все вспоминают, что кто-то мешает.

В.: И Черноморка... Что такое Генплан? Это стратегическое направление развития города. Ты купил 10 участков, захотел построить мусоросжигающий завод. Можешь ты построить его в Черноморке? Наверное, не можешь. А если ты купил 10 домов и хочешь построить мини-пансионат? Наверное, можешь. Приехали, поселились, выкупались в море — все то же самое, так же, как и в частном секторе сдаются комнаты и целые дома.

Ш.: Не думаете ли Вы, что необходима какая-то система по выработке механизма городскими властями процедуры участия городских властей в роли посредника между инвестором и жителями? Чтобы была постоянно действующая процедура, состав людей, которые бы отвечали за согласование.

В.: Не думал над этим, но если факты имеют некоторую тенденцию повторяться, нужно будет подумать о какой-то постоянно действующей системе, чтобы это не было от случая к случаю. Наверное, назрело. Будет устав города, там будет прописано, как проводить публичные слушания. Но и инвестор — любой инвестор! — должен понимать, что пока не договорится с людьми...

Ш.: Простой пример. Я живу в доме, возле которого «Гефест» возводит дом. Фундамент нашего дома подчистили таким образом, что он уже начинает подтекать. Состояние дома ухудшилось, и «Гефест» не должен был такого допускать.

В.: Это отдельный случай. Надо написать конкретную жалобу, есть у нас Кучук, который занимается этими вопросами, есть соответствующие службы... Если «Гефест» строит неправильно, стройка будет приостановлена, и соответствующим службам будет поручено проконтролировать, пока «Гефест» не устранит все недостатки, связанные с фундаментом. Никто не говорит о том, что любой инвестор, любой застройщик ведет себя стерильно, а виноваты во всем только люди, которых отселяют.

Ш.: Я говорю о том, чтобы эта процедура была постоянно действующей и легко достижимой.

В.: Эти службы работают постоянно. Если будут жалобы, будет реакция, тут двух мнений быть не может.

Ш.: Хорошо, будем ждать.
1513

Комментировать: