Наша камера
на «Ланжероне»
Loboda Loboda
в Садах Победы
Погода в Одессе сейчас +7 ... +10
вечером +6 ... +7
Курсы валют USD: 0.000
EUR: 0.000
Регистрация
Фильтр публикаций
Все разделы
Публикации по дате
Дата:

Бретонский душегуб

Суббота, 21 марта 2015, 14:37

Игорь Плисюк

Слово, 12.03.2915

Жил в Бретани страшный человек. Шести футов росту, с огромной бородой синего цвета, доходившей до пояса. Нрава он был мрачного и лютого, никогда не ходил в церковь, и сопровождали его повсюду три свирепых пса размером с быка. Замок барона Синяя Борода стоял в глубине темного леса, и обходили его окрестные жители десятой дорогой.

Так начинается старинная французская сказка о кровожадном бароне, убившем шесть жен и побежденном братьями седьмой. Нам она больше знакома по блестящей обработке Шарля Перро, включившей старого злодея в «Сказки Матушки Гусыни». Легкость пера и тонкая ирония великого сказочника превратили господина с подозрительной растительностью на лице в фигуру, не лишенную черного комизма. Метаморфозы его продолжили классические иллюстрации Гюстава Доре, изобразившего Синюю Бороду как персонаж сугубо сказочный. Этакий дюжий бородач, напоминающий Карабаса Барабаса… А уж новелла Анатоля Франса «Семь жен Синей Бороды» и вовсе «реабилитировала» женоубийцу, сделав его трагикомическим рогоносцем и неудачником, никого вовсе и не губившим. Более того – сам он пал жертвой женского коварства… Шутка гения!

«ПРЕДКИ» СКАЗОЧНОГО ЗЛОДЕЯ

А между тем – были прототипы и у этого собрата Кота в сапогах и Золушки. Первый из них – Комор, бретонский король шестого века, имевший скверную привычку рубить головы своим женам, как только те беременели. Его по средневековой легенде разоблачил и укротил святой Жильдас, умудрившийся даже приживить голову последней, седьмой жене злокозненного похотливца. И дурные наклонности, и основную примету – окладистую бороду нездорового цвета, сказочный феодал унаследовал от маньяка времен легендарных. Однако, прозвище это «по наследству» досталось другому бретонцу, творившему чудовищные преступления через девять веков после «чудаковатого» провинциального монарха. И Жюдь Мишле, и Шарль Гюисманс, и Поль де Сен-Виктор, писавшие о Синей Бороде, называют так не Комора, хоть его и упоминают, но Жиля де Ре.

СОРАТНИК ОРЛЕАНСКОЙ ДЕВЫ

Жил он во времена Столетней войны. Династический спор за право наследования французской короны, право владения изрядной частью современной Франции, превратился в долгую англо-французскую войну. На престоле святого Людовика – Карл Седьмой, еще официально не коронованный. Слабый, порочный и коварный властелин. И при дворе его блистает Жиль де Лаваль, барон де Ре. Наследник огромного состояния, владелец множества замков и обширных владений, он считается самым богатым дворянином Европы. К тому же, властный дед, заменивший ему рано умершего отца, женил совсем юного Жиля на богатейшей невесте Франции, Катрин де Туар. На свет появилось двое детей, но брак заключен не по любви, и молодой барон навсегда покидает семью. Королевский двор полон соблазнов, нравы его напоминают нынешнюю богему. С разукрашенными придворными куртизанками успешно соперничают нарумяненные пажи и певчие, сам король не чуждается содомского греха…Возможно, именно тогда Жиль, невзлюбивший женщин после неудачного брака, склонился к богопротивному пороку. Он щедро тратит деньги на придворные утехи и сам король, порядком обедневший из-за разорительной войны и не менее разорительных увеселений, часто с истинно монаршей небрежностью обращается к бездонному кошельку юного повесы.

Но идет война, и барон де Ре становится храбрым полководцем. Начинается блистательная эпопея Жанны де Арк – Орлеанской Девы, превратившей затяжную династическую бойню в патриотическую, народную войну.

Здесь не место обсуждать таинственную, и доселе окончательно не решенную загадку происхождения Жанны. Есть весьма аргументированные версии, рисующие ее королевским бастардом – внебрачной дочерью Изабеллы Баварской и герцога Орлеанского. Но блестящий аристократ по королевскому приказу становится ближайшим соратником Девы, обеспечивая ее безопасность. Он лихо дерется с англичанами и их союзниками-бургундцами, достигая серьезных военных успехов. Утверждают даже, что его, как и Жанну, посетило таинственное видение, давшее понимание высшей цели жизни. Учитывая дальнейшую судьбу барона, разное можно предположить об источнике сего «божественного вдохновения»… И с еще большим рвением идет он в бой. Но уже тогда некая черта вызывает пристальное внимание современников: повсюду за спиной благородного рыцаря остаются мрачными верстовыми столбами виселицы. Французы-перебежчики, да и любой, заподозренный в «недостаточной любви к королю», попадают в петлю. И глаза Жиля светятся странным огнем – с каким-то сладострастием следит он за муками повешенных…

Война успешно продолжается. Войска Жанны де Арк вступают в Реймс – древнюю столицу французских королей, где Карл седьмой наконец-то коронуется, а Жиль – становится самым молодым маршалом Франции. В двадцать пять лет! И получает он редкую и почетную привилегию – право носить королевскую лилию на одежде. Июль 1429 года становится высшей точкой взлета молодого аристократа. А затем…затем следует печальный конец героической эпопеи Орлеанской Девы. Роль барона в истории коварного пленения и неправедного суда до конца не выяснена. Одни историки обвиняют его в предательстве или малодушии, другие приписывают ему отчаянный поход на Руан, где казнили Жанну… Впрочем, в свете версий о спасении Девы от костра, сопрягающихся с данными о ее царственном происхождении, все становится на свои места, Жиль вполне мог играть в этой тайной операции ключевую роль. Но, в любом случае, его война закончена. Через несколько лет под странным предлогом – обвинив барона в «расточении фамильного состояния», король удаляет барона и маршала от двора. Возможно, в этом сыграла роль покинутая жена молодого вельможи, тревожившаяся о родовых богатствах. Но так или иначе, а поступок Карла был предательством. Уж больно многим был он обязан Жилю – и материально, и морально. Увы, сильные мира сего не любят видеть рядом тех, кто помог им взойти на трон. Оскорбленный королевской неблагодарностью, барон удаляется в свой бретонский замок Тиффож. И год 1432 становится началом страшной истории Жиля-Синей Бороды.

МРАЧНЫЙ ИЗГНАННИК

Жиль ведет разгульную жизнь. При его дворе – сотни рыцарей и множество слуг. К нему стекаются художники, комедианты и менестрели. И без того богатая фамильная библиотека пополняется драгоценными манускриптами. Прекрасно образованный барон, в отличие от большинства тогдашних рыцарей, не только умеет читать и писать, но и с детства знает древние языки… И ищут пристанища у щедрого и просвещенного сеньора чернокнижники, коим он дает убежище и возможность заниматься запрещенной магией да алхимией. Среди них и флорентиец Франческо Прелати, сыгравший страшную роль в падении Жиля…

Но не только веселые пиршества и охоты происходят во владениях барона – замках Тиффож и Машекуль. Ко всему привыкшие крестьяне замечают исчезновения детей в их окрестностях. Самые красивые мальчики, а иногда и девочки, пропадают там. Замечают слуг Жиля, заманивающих несчастных из все более отдаленных от замков барона, мест. И больше никто не видит их – страшные замки словно пожирают свою добычу…

Что происходило там, какова была судьба попавших в сети коварных слуг Жиля? Есть множество версий падения славного рыцаря – от полного оправдания его иными историками – до не менее полного признания его вины. Мы же постараемся взвешенно рассмотреть дело Жиля де Ре, опираясь на факты.

Итак – первое и основное: пропажа детей – подтвержденная документами Нантского суда истина. Сотни имен зафиксированы в них, и от этого посмертным адвокатам Жиля деваться некуда. И второе, не менее значимое: еще в конце XIX века исследователи находили в замках «оклеветанного героя» тайные захоронения множества детских скелетов. Думаю, комментарии излишни!

Творилось же в башнях мрачных замков чудовищное. Дети, попадавшие в руки барона, становились жертвами его извращенной страсти. Удовлетворив же ее, он подвергал их медленной и мучительной смерти, буквально купаясь в крови и получая мерзкое наслаждение от их мук… Что подтолкнуло его к столь гнусным деяниям? – Можно предположить, что с юности развившиеся гомосексуальные наклонности под влиянием жестокостей войны приобрели уж совсем жуткий облик. Можно, следуя показаниям самого Жиля, частично переложить вину на… античных историков. На суде он утверждал, что жизнеописания извращенных римских императоров (и впрямь – полные мерзких натуралистических подробностей!) заставили его подражать древним извергам…Но есть и другие реалии, послужившие составляющими страшной метаморфозы храброго и благородного воина. Сама земля Бретани полна мрачных поверий и остатков друидских культов с кровавыми жертво-приношениями детей…

К тому же, барон начал разоряться – бесконечные пиршества и охоты да огромная свита подточили и его несметные богатства. Он начинает продавать земли, но королевский указ запрещает ему нарушать права наследников. Герцог Бретонский Иоанн Пятый игнорирует сие повеление, ему выгодно прирастить свои владения, да и Бретань еще не полностью подчиняется королю. И все же – Жиль озабочен проблемами снискания презренного металла. И тут на помощь ему приходит Прелати – некромант и дьяволопоклонник, обещающий барону добыть философский камень – средство превращения свинца в золото. Но опыты требуют огромных расходов и…крови. Прелати склоняет Жиля к сатанинским ритуалам, требующим жертвоприношения детей. Вполне возможно, зная мерзкие пристрастия своего покровителя, коварный флорентиец решает использовать их. И – из «обычного» садиста и маньяка, Жиль превращается в сатаниста, совмещая жуткие кровавые оргии с черными ритуалами служения повелителю тьмы… Страшное семя пало на плодотворную почву, барона все больше затягивает трясина извращенности телесной и духовной. Золота же – все нет! Но теперь – барон убежден в своей неуязвимости, он уверен в прочной защите самого Сатаны!

Кто знает, сколько бы продолжалась гекатомба в Тиффоже – в те времена к жалобам крестьян мало кто прислушивался, и вседозволенность развращенной знати была почти полной. Да и положение де Ре делало его почти неуязвимым для суда. Но всему приходит конец!

ОЧИЩАЮЩИЙ ОГОНЬ

Жиль избивает священника, да еще и родственника епископа Нантского – Жана де Малеструа. И епископ вместе с герцогом Бретонским вызывают мятежного вельможу на суд. 15 сентября 1440 года барон и маршал Франции добровольно сдается властям, должно быть – уповая и на свое происхождение, и – на помощь князя тьмы.

На первом заседании суда все обвинения – в содомии, детоубийстве и поклонении дьяволу, он высокомерно отвергает. Более того, осыпает судей чудовищными и богохульными проклятьями. Зато уже на втором – кается во всех грехах. И, возможно, дело не в пытках: сомнительно, чтобы даже инквизиторы рискнули применить их ко столь высокопоставленной особе, ограничившись «устрашением» — демонстрацией «орудий правды». Но возможно, барон просто понял, что великий обманщик-дьявол заманил его в смертельную ловушку. И – решил принести покаяние, признав и содомский грех, и убийства детей. Подробности его признаний были столь ужасны, что епископ закрывает распятие черным крепом. Пред Ликом Божьим негоже даже упоминать подобные мерзости!

Но поклонение Сатане он отрицает, надеясь на снисхождение судей. Тогда ему угрожают пыткой и… пред судом предстает Франческо Прелати, священник-сатанист и некромант, предающий своего покровителя и описывающий все совершенные совместно с ним черные ритуалы. Судьба Жиля решена, и он признает уже все обвинения. Он отлучен от церкви и предан в руки светских властей. Сотни детей погубил бретонский изувер…

В своем покаянии, обливаясь слезами, он говорит: Я родился под особой звездой, и то, что сотворил я, не повторит никто!». Он приговорен к смерти на костре, но, учитывая его смирение и покаяние перед Богом, его перед казнью вновь принимают в лоно церкви. А перед сожжением – душат, дабы облегчить муки. В день его казни, 26 октября 1440 года, все женщины Бретани молили Господа о снисхождении к душе великого грешника.

Так закончилась странная жизнь барона де Ре. Жизнь героя – и жизнь извращенного убийцы. Вместе с ним были казнены его сообщники и слуги, но… Прелати среди них не было! И это наводит на подозрение: не был ли преступный священник подослан к нему, дабы спровоцировать барона на бесспорно влекущие за собой смертный приговор сатанинские оргии? Все тогда могло сойти с рук владетельному аристократу, кроме поклонения дьяволу! И не было ли все это подстроено теми, кто желал прибрать к рукам его земли и владения?

Но даже это вовсе не оправдывает преступного и обезумевшего от гордыни и пороков Жиля – детоубийцу и содомита. Жиля – Синюю Бороду.
7181

Комментировать: