Наша камера
на «Ланжероне»
Loboda Loboda
в Садах Победы
Погода в Одессе сейчас +5 ... +8
вечером +5
Курсы валют USD: 0.000
EUR: 0.000
Регистрация
Фильтр публикаций
Все разделы
Публикации по дате
Дата:

Балетная школа: конфликт без счастливой развязки

Воскресенье, 22 марта 2015, 13:32

Мария Гудыма

Порто-франко, 20.03.2015

Творческие коллективы — место, где всегда кипят страсти, искрят эмоции, сталкиваются мнения, но о каждом конфликте не напишешь, да и не нужно читателям вникать абсолютно во все дрязги служителей искусства. Однако мы сейчас говорим о совершенно особой ситуации. Несколько месяцев продолжалось в Приморском суде рассмотрение двух исков, направленных против городского департамента культуры и туризма. С чиновниками судились уволенные директор Одесской городской хореографической школы, заслуженный работник культуры Украины Анатолий Литвиненко и преподаватель Валентина Наваева. Оба дела находились на рассмотрении у одного судьи — Руслана Абухина.

Уволенные не раз на протяжении многих лет становились фигурантами статей в прессе, только статьи эти были восторженные, с похвалами их творческой и педагогической деятельности. Если погасить все эмоции, сдержать нормальные человеческие реакции на явную несправедливость, вырисовывается такая картина: в ходе судебных разбирательств стало очевидно, что оба увольнения незаконны, одно даже было аннулировано. Со стороны ответчика в судебные заседания являлся начальник юридической службы департамента Дмитрий Сербин, истцов представляли их адвокаты. Лишняя эмоциональность, присущая артистическим личностям, стали работе законников помехой. А в беседе с журналистом можно отвести душу...

— Мой педагогический стаж составляет 50 лет, — волнуясь, говорит Анатолий Литвиненко. — 35 лет из них я работал директором Одесской балетной школы, ныне носящей название «Детская хореографическая школа города Одессы». Отдал своему детищу самую лучшую половину своей жизни! 21 ноября 2013 года в 18.00 часов вечера меня уволили с работы. Под большим давлением чиновников департамента культуры я вынужден был поставить свою подпись об ознакомлении с данным приказом. Заявление о согласии с указанным приказом я не писал. 22 ноября в обед юрист департамента собрал членов коллектива и зачитал им приказ о моем увольнении, а также приказ о назначении завуча школы Оксаны Анатольевны Книжник исполняющей обязанности директора школы. В этот же день, будучи в шоковом состоянии от происшедшего, я попал в больницу. Я находился на больничном с 22 ноября по 2 декабря включительно. А потом каждые десять дней я вынужден был посещать консультации врача-кардиолога, сдавая анализы на протромбин и делая кардиограмму.

Казалось бы, зачем так поступать с уважаемым специалистом, который, по идее, должен бы готовить красивый юбилейный вечер (школе исполнилось в 2014 году 75 лет, Анатолию Николаевичу — 70, а о его полувековой творческой деятельности мы уже упоминали). Получив заслуженные поздравления, подведя итоги хорошей работы, можно было бы и о подготовке достойной смены подумать (именно подумать!), но кому-то очень не терпелось...

Уволенный директор полагает, что под надуманными предлогами департамент освобождал его кресло для дочери депутата облсовета Анатолия Мирошникова Оксаны Книжник, не имеющей никакого отношения к искусству балета, преподаванию хореографии. Такое предположение похоже на правду. Перед тем, как уволить Литвиненко, департамент прислал в школу комплексную комиссию, которая выявила такие «вопиющие» нарушения, как отсутствие номенклатуры дел за последние годы (списка изданных приказов) или отсутствие графика отпусков.

Литвиненко обратился в Госинспекцию по труду, которая сочла увольнение незаконным как по форме, так и по существу. Но возвращать заслуженного человека на работу с подобающими извинениями не входило ни в чьи планы.

— 23 декабря я приехал в школу забрать свои личные вещи, — вспоминает Анатолий Николаевич. — Исполняющая обязанности директора не предупредила меня о том, что приказ о моем увольнении аннулирован, и я восстановлен в должности, потому что такой информации еще не было. Она позвонила мне домой и предложила взять педагогические часы в школе, на что я ответил отказом. Я предложил назначить меня художественным руководителем школы с педагогической нагрузкой в одну ставку. Мое предложение было отклонено. 8 января 2014 года я получил два письма из департамента, в которых от меня требовали предоставить все мои больничные листы и объяснения, почему я не выхожу на работу (очевидно, чиновники забыли, что они меня уволили?!), но в этих письмах не было ни слова о том, что меня восстановили в должности. Лишь из письма от Госинспекции по труду Украины, полученного мною 13 января 2014 года, я узнал, что приказ № 126 от 21 ноября 2013 года — недействителен (нет моего заявления и согласия на увольнение). Этот приказ получен мною по почте 27 января 2014 года. Что же мы видим? Приказ № 131/1 об аннулировании приказа об увольнении № 126 от 21 ноября 2013 года издан задним числом, а именно — 22 ноября 2013 года, только лишь после проверки областной инспекции по труду, признавшей приказ об увольнении недействительным. Указанная комиссия проводила проверку по моему личному делу в конце декабря 2013 года, о чем говорит письменное освидетельствование Госинспекции по труду Украины. Вот почему в конце декабря 2013 года я еще числился уволенным, и ярким подтверждением этому стало и новое расписание групповых занятий, составленное Книжник с 1 декабря 2013 года, где уже отсутствует моя фамилия. Это расписание — тоже вопиющее нарушение трудового законодательства, так как я в это время был еще на больничном листе вплоть до 3 декабря 2013 года, а меня уже с 1 декабря исключили из расписания! Приказ о моем восстановлении на работе отсутствует, я такой приказ не видел и не подписывал. Приказ № 127 от 22 ноября 2013 года о назначении Книжник на должность и. о. директора до сих пор не отменен, значит, мне просто нет места в директорском кресле.

Между тем во всех письмах от департамента культуры и туризма, получаемых Литвиненко, самым главным вопросом стоял вопрос о его нахождении на больничном листе, и ни слова о том, что он восстановлен на работе. Лишь 27 января 2014 года по почте Анатолий Николаевич получил приказ о своем увольнении № 126 от 21.11.2013 г. и второй приказ № 131/1 от 22.11.2013 года о том, что приказ об увольнении аннулирован.

Впору бы порадоваться, но 28 января Литвиненко вторично уволили «за прогул в течение трех часов без уважительных причин». О каких именно трех часах идет речь, опальный директор так и не понял — у него ведь ненормированный рабочий день...

— Основанием для приказа о моем вторичном увольнении стал акт о невыходе на работу 28 января 2014 года, составленный без моего присутствия и моей объяснительной. Вторым основанием для моего вторичного увольнения стало якобы согласие профсоюзного комитета школы от 28 января 2014 года. Ни заседания профкома школы за 28.01.2014 года о моем увольнении, ни личного моего присутствия на таком заседании не было! Для того, чтобы доказать, что я якобы все-таки должен продолжать свою педагогическую деятельность в школе, чиновники департамента заявляли мне, что меня уволили с должности директора, а как педагог я должен был выходить на работу! Книжник в срочном порядке в середине января 2014 года снова составляет новое расписание, где моя фамилия возвращается с 1 декабря 2013 года. Но при этом Книжник забывает, что с 1 декабря она распределила нагрузку концертмейстерам, работавшим со мною, поэтому в этом новейшем расписании она ставит вместо фамилий концертмейстеров просто слово «фонограмма» — вроде бы я работаю под фонограмму... Все перечисленные нарушения законодательства о труде говорят о незнании чиновниками департамента самых элементарных основных положений законодательства о труде, говорят о фальсификации и подлоге документов.

Увы, подлогом документов попахивает и дело о восстановлении на работе прекрасного педагога Валентины Феоктистовны Наваевой — согласие профсоюза на ее увольнение не задокументировано, а суды переносились словно для того, чтобы дать возможность новому руководству школы изготовить и оформить протокол задним числом... А как иначе, как не задним числом, можно было изготовить акт, датированный... 31 декабря?

Конфликт опытнейшего педагога с новым «руководителем» школы начался с несправедливо урезанной педагогической нагрузки.

— Согласно приказу директора школы Литвиненко от 26 августа 2013 года у меня была нагрузка 20 часов в неделю, — поясняет Валентина Феоктистовна. — В ноябре того же года внезапно узнаю, что с октября мне начисляют зарплату всего лишь за 18 часов. Прошу ознакомить с соответствующим приказом Книжник — отказывается, обращаюсь в профком — на заседание она не является, прошу помощи в обкоме профсоюзов. Но не могу же я по устному заявлению лишить детей столь необходимых им часов подготовки концертных номеров — продолжаю работать по 20 часов. Это же только весьма далекий от балета человек не понимает, что с детьми сегодня отработаешь элемент, а завтра они могут напрочь все забыть, им нужно закреплять в классе пройденное! Вторично я обратилась в обком профсоюзов в январе 2014 года, и там приняли решение: за два месяца, то есть октябрь и ноябрь, доплатить за 20 часов нагрузки, а с 1 декабря директор департамента культуры и туризма Татьяна Маркова подписала тарификацию на 18 часов. Председатель обкома профсоюзов Тамара Фомина объяснила мне: «В нашей компетенции возместить недоплату только за два месяца, остальное надо решать в суде». Я делаю вывод: и. о. директора Книжник не заинтересована в приказе, но требует, чтобы я работала не 20, а 18 часов в неделю. А если это провокация, результатом которой станет статья о невыходе на работу? Оксане Анатольевне надо было бы отменить приказ Анатолия Николаевича о нагрузке в 20 часов, но там также есть фамилии моих коллег, целый список фамилий, значит, ей нужна только я...

Так вот, о новогодних приказах. На одно из судебных заседаний сторона ответчика предоставила интересную бумагу. В то время как в школе не было никого по причине зимних каникул, оказывается, Валентина Феоктистовна отказалась подписать приказ о 18 часах нагрузки, что, в свою очередь, засвидетельствовали своими подписями сама Книжник (почему-то «завуч», а не «и. о. директора»), педагоги Колесникова и Слабых.

— Если бы я была ознакомлена с таким приказом, то, как законопослушный человек, работала бы не 20, а 18 часов, — уверяет Наваева. — Но этого не случилось, так как на самом деле сей сомнительный «документ» был изготовлен задним числом для предъявления в суд! И почему же во всех последующих приказах в феврале и марте (выговоры за якобы не так заполненный журнал и увольнение) нет ссылки на этот «новогодний» приказ? Впервые оказываюсь в такой ситуации. Никогда не думала, что по окончании ГИТИСа, имея опыт работы худрука хореографического училища, поставив десятки балетов на сценах академических театров, окажусь в таком положении. В какой-то момент я устала от руководящих должностей и пришла в балетную школу преподавать, отдала ей 15 лет, и вот так меня за это отблагодарили.

Финал этой истории оказался еще грустнее, чем начало. Хотя Валентина Наваева и была восстановлена по суду, это не помешало администрации школы искусственно создавать удобные «мизансцены» для вынесения очередных выговоров, как известно, влекущих за собой... новое увольнение по статье. Так, за то, что Валентина Феоктистовна выразила нежелание работать с концертмейстером, которая подписывала ранее акты против нее (в конце концов, это по-человечески неприятно), ей вынесли выговор.

Не желая вновь проходить через унизительное увольнение и новые судебные процессы, Валентина Наваева уволилась по собственному желанию, написав заявление, которое мы с её разрешения приводим полностью.

Директору детской хореографической школы Книжник О. А.
Педагог-хореограф высшей категории Наваева В. Ф.

ЗАЯВЛЕНИЕ

Не имея даже элементарного понятия об искусстве хореографии и не желая постигать профессиональные правила и законы, Вы начали свою деятельность с порочного метода руководства «Я — начальник, ты — дурак».

Я закончила хореографическое училище, танцевала на сцене академического театра, поступила в ГИТИС и с 1964 года работала в оперных театрах балетмейстером-постановщиком (высшей категории), а также худруком хореографического училища. Давала мастер-классы дома и за рубежом (Китай, Венгрия, Германия, Франция, США). Мой принцип — «Служить бы рад — прислуживаться тошно» (Грибоедов) пришелся Вам не по нраву, поэтому началась откровенная травля с угрозой увольнения, что вскоре и случилось. Но, не соблюдая элементарных законов трудового законодательства, Вы проиграли суд и вынуждены были восстановить меня на работе.

Издавая неграмотные приказы, Вы жестко наказываете за невозможность их выполнения. Ваша некомпетентность превзошла все допустимые границы, зато в сплетнях, интригах, шантаже и особенно в провокациях Вы — большой мастер. В школе узаконена слежка за неугодными высокопрофессиональными педагогами, от которых Вы «не чувствуете отдачи», и потому без всяких причин перевели их на 1/2 ставки — что незаконно.

Школьный (вернее, карманный) профсоюзный комитет во главе с Золотовской Г. П. (Фоминой Т. А.) подписывает любые заведомо сфальсифицированные Вами приказы, выступает лжесвидетелем в суде по иску Литвиненко А. Н., что является уголовным преступлением.

Я неоднократно обращалась в департамент (Маркова Т. Ю.), а позднее и к мэру Одессы (Труханов Г. Л.) с просьбой создать независимую профессиональную комиссию, чтобы не дать единственной в городе балетной школе потерять свой профессиональный статус, лишив театры квалифицированных кадров. Но, по-видимому, их этот вопрос не волнует. Так пусть же потомки знают имена «героев», безразличных к культуре вообще и к искусству хореографии в частности. 16 лет я работала в творческом коллективе этой школы, но сегодня вместо творчества создан полицейский режим. И это даже не «террариум единомышленников» (Раневская Ф.), а настоящий гадюшник, работать в котором — значит, себя не уважать, более того, предать своих педагогов, воспитавших в нас преданность своей профессии, превратив ее в смысл всей жизни, а не в средство обогащения.

Прошу освободить меня от занимаемой должности с 26.11.14.

«Беда — коль пироги начнет печи сапожник,
А сапоги тачать пирожник».

(Крылов И. А.).

26.11.14 в 14.30.

А что же Литвиненко, экс-директор? Увы, по его делу не было даже промежуточных решений, которые послужили бы поводом для радости. Вот и Верховный суд Украины по его кассационной жалобе вынес решение: «жалоба является необоснованной, и изложенные в ней аргументы не вызывают необходимости проверки». Отказано Анатолию Николаевичу. Сейчас бывший директор готовит открытое обращение к прокурору области, а тем временем школа обновила свой сайт, зайдя на который, Анатолий Литвиненко и вовсе загрустил. Ему не оказалось места в истории этого учебного заведения. Ни словом не упомянуты 35 лет, проведенных под его руководством, его имя ни разу не упомянуто. Словно и не было жизни, отданной любимому делу...

От редакции. Публикуя этот материал, мы готовы предоставить возможность противоположной стороне конфликта привести свои аргументы.
7184

Комментировать: