Наша камера
на «Ланжероне»
Лобода Лобода
в Садах Победы
Погода в Одессе сейчас +1 ... +2
ночью -2 ... +1
Курсы валют USD: 25.638
EUR: 27.246
Регистрация
Фильтр публикаций
Все разделы
Публикации по дате
Дата:

А. Курлянд: "В. Машков в «Ликвидации» только внешне смахивает на отца..."

Вторник, 26 марта 2013, 08:56

Александр Левит

Факты, 15.03.2013

Исполнилось 100 лет со дня рождения легендарного оперативника Давида Курлянда, ставшего прототипом Давида Гоцмана в популярном сериале

У входа в здание милицейского главка в Одессе недавно установили скульптуру милиционеру-оперативнику. Сами правоохранители сразу же окрестили ее памятником Давиду Гоцману — грозе бандитских авторитетов, главному герою популярного сериала «Ликвидация». Прототипом Гоцмана, роль которого сыграл актер Владимир Машков, был знаменитый Давид Курлянд. Уголовники называли его «волкодавом», а коллеги — профессором по борьбе с бандитизмом.

«ПОСЛЕ СМЕРТИ МОЕГО ОТЦА МАТЬ, ВСЯ ОПУХШАЯ ОТ ГОЛОДА, НЕ СУМЕЛА НАС, ОСТАВШИХСЯ ТРОИХ ДЕТЕЙ, КАК-НИБУДЬ ПРОКОРМИТЬ. И Я ОКАЗАЛСЯ В ДЕТСКОМ ДОМЕ»

Будущая легенда советского сыска родился в Одессе в феврале 1913 года и был третьим, младшим ребенком в семье. Давиду исполнилось всего семь лет, когда не стало его отца.

«ФАКТАМ» удалось ознакомиться с личными дневниковыми воспоминаниями Давида Михайловича Курлянда, которые хранятся в Народном музее органов внутренних дел Одесской области. Приведем короткую выдержку:

«Далекой зимой 1920 года, когда еще кое-где продолжалась гражданская война и свирепствовали голод, холод, разруха, когда смерть заглядывала в каждый дом, в каждую квартиру, в каждую семью, умер мой отец. Мать, вся опухшая от голода, не сумела нас, оставшихся троих детей, как-нибудь прокормить. Я был в семье самый младший, мне тогда было семь лет, и я оказался в детском доме... Находился там около трех лет — 1920-1922 годы. И только после окончания Гражданской войны, когда старший брат был демобилизован из Красной армии и вернулся домой, он забрал меня из детского дома»...

Вот вам и первая «перекличка» с фильмом «Ликвидация», в котором главный герой Гоцман берет на воспитание пацаненка из детдома...

Окончив семилетку, Давид Курлянд вначале пошел по стопам отца: работал учеником печника, а затем — печником. Параллельно учился на сапожника, но чинить штиблеты и возиться с дратвой ему так и не пришлось. Жизнь диктовала свое, и места работы менялись: соевый завод, управление пожарной охраны, суконная фабрика... А однажды хорошо зарекомендовавшего себя молодого комсомольца вызвали в обком и предложили поработать в уголовном розыске.

В разгар нэпа в Одессе действовали организованные банды, приезжали преступники-»гастролеры», оживились шулера, контрабандисты и жулики, участились пожары и кражи. А воспитанный в детдоме молодой человек знал о криминальном мире не понаслышке...

Имея образование всего семь классов, Давид безукоризненно грамотно писал, и это было отнюдь не единственным его талантом. Он оказался просто незаменимым человеком в розыскном деле: не только планировал операции, но и сам в них участвовал. Вот так в 1934 году с должности помощника уполномоченного и начались милицейские будни Давида Курлянда в уголовном розыске, где он прослужил три десятилетия. И за все время службы не случилось у него ни единого прокола, не осталось ни одного нераскрытого дела.

— Давида сразу заметило руководство: он был трудоголиком, бесстрашным, быстро принимал решения и демонстрировал неимоверную интуицию при раскрытии преступлений, — рассказывал «ФАКТАМ» создатель народного Музея истории органов внутренних дел Одесской области полковник милиции Василий Давиденко (недавно ушедший из жизни), который был лично знаком с Курляндом. — Четыре года спустя, в 1941-м, начальником областного управления стал генерал Дмитрий Балбасенко. Наиболее отличившихся сотрудников рекомендовали для учебы в Высшей школе милиции СССР. Давида и его сослуживца Петра Коршака направили в Москву сдавать экзамены. Но дальнейшие планы друзей нарушила война. 22 июня вступительные экзамены были прекращены, а всем слушателям предписали немедленно выехать к местам службы.

Как вспоминал потом Давид Михайлович, вернувшись в Одессу, они с Петром не узнали города. На улицах — груды мусора и битого стекла. На месте некоторых зданий — развалины, из которых валит черный дым; окна домов заклеены, водопровод разрушен, наружное освещение отключено, горожанам запрещено появляться на улицах с 24 часов до 4.30 утра...

«В 1947-М ОБНАРУЖИЛОСЬ, ЧТО ПРОДУКЦИЯ С МЕСТНОГО МАСЛОЗАВОДА ПОСТУПАЕТ ПРЯМИКОМ В... КРАНЫ В ДОМАХ ОДЕССКИХ НАЧАЛЬНИКОВ»

Очень непросто было в Одессе во время фашистской оккупации, но еще сложнее оказалось в первые послевоенные годы. Тогда «жемчужина у моря» вошла в тройку городов «особого списка». Обострению криминогенной обстановки содействовали засуха и неурожай 1946 года. Проблемы с продовольствием толкали людей на преступления. Армию воров и бандитов постоянно пополняли «дети войны» — беспризорники. Уровень бандитизма буквально зашкаливал.

— В 1947-м обнаружилось, что продукция с местного маслозавода поступает прямиком в... краны в домах начальников, — вспоминал Василий Давиденко. — Давиду удалось нащупать и перекрыть эту жилу. То был особый случай: тогда так еще не воровали, даже в Одессе. В тот же послевоенный год просто неприличным стало также число разбойных нападений и ограблений в темное время суток. Выяснили, что этим занимается банда Тарзана. Розыск главаря поручили самым опытным — Курлянду и Павлову (он был местным Жегловым, возглавлял отдел по борьбе с бандитизмом). Внедрив в банду своего человека, оперативники получили необходимую информацию, в результате чего удалось полностью ликвидировать грозное формирование.

«Тяжело было всем службам УВД в освобожденном городе, — писал Курлянд о послевоенной Одессе. — Преступники активно действовали, особенно дезертиры, которые, как правило, были вооружены. Они совершали разбойные нападения, похищали государственное и личное имущество».

Одним из громких дел была ликвидация известной банды «Черная кошка», состоявшей из 19 отпетых рецидивистов. Кроме обычных граждан, они зверски убивали и милиционеров, и сотрудников госбезопасности, и армейских офицеров — чтобы заполучить их оружие и форменную одежду. За короткий срок совершили 12 убийств, налетов и ограблений.

Одним из наиболее нашумевших эпизодов было ограбление кондитерской фабрики. Бандиты забрали крупную партию муки, сахара, кондитерских изделий, масла. Это в то время, когда рабочий человек получал в сутки 800 граммов хлеба, а служащий — 600... Через агентуру оперативники выяснили, что «малина» с награбленным находится на Ближних Мельницах. Устроили засаду и задержали нескольких бандитов. Выяснили: вожак банды — Николай Марущак, а помощником у него — Федор Кузнецов по кличке Когут. Курлянд поставил перед подчиненными задачу в сжатые сроки захватить или уничтожить «Черную кошку». Оперативники угрозыска шаг за шагом сжимали кольцо вокруг банды, но опытные преступники всякий раз оказывались проворнее. Однажды удалось выследить вожака. Хорошо знавший многие ходы в катакомбах, он нырнул в один из них и через время прибыл в свою «штаб-квартиру» — глубокую пещеру на Куяльнике... Через какое-то время при очередной облаве на городской барахолке в числе прочих был арестован один из сообщников Марущака, что и помогло оперативникам наконец выйти на его «штаб-квартиру». Ранним утром сотрудники УГРО бесшумно пробрались вплотную к логову и окружили его. Бандиты решили прорваться сквозь кольцо и, выскочив наружу, открыли ураганный огонь. Оперативники начали стрельбу на поражение. Тяжело раненный вожак еще пытался отстреливаться из пистолета, но его схватили и обезоружили. Прекрасно понимая, что за содеянное ему спуску не будет, Марущак предпочел умереть добровольно и успел раскусить ампулу с ядом...

«Мы работали, не жалея своего здоровья. Память о тех, кто погиб в схватке с преступниками, навсегда останется в наших сердцах... Как и у других сотрудников, у меня были неприятности по службе и дисциплинарные взыскания, но это никак не отражалось на добросовестном выполнении мною обязанностей», — напишет позже в своем дневнике Давид Курлянд.

— В сложнейших обстоятельствах Давид действовал просто гениально, — говорил Василий Давиденко. — Неудивительно, что он довольно скоро дослужился до заместителя начальника угрозыска. У него была важная для милиционера черта — не откладывать дела в долгий ящик. И даже коллеги, когда у них что-то не ладилось, говорили: «Идем к Курлянду — он поможет». И помогал. Всем. При этом очень скромным был человеком и людей умел слушать.

— Следует заметить, что начальник УГРО мог быть и номенклатурной единицей, а вот его заместителем непременно ставили «рабочую лошадку», — поясняет ветеран милиции, участник Великой Отечественной войны, полковник в отставке Исай Бондарев. — В мирное время с такой фамилией, как Курлянд (намек на злосчастную «пятую графу». — Авт.), быть удостоенным боевых наград, в частности ордена Красной Звезды, — это многое значило! И в то же время Давид Михайлович был абсолютным бессребреником. С любимой женой Надей и детьми всю жизнь прожил в коммунальной квартире. Обошли героя стороной и две высокие награды. В 1957 году за успешную операцию по розыску детей, потерявшихся в катакомбах, Курлянд был представлен к ордену «Знак Почета», но получил лишь... благодарность «за находчивость и проявленную инициативу». Еще один орден — Красного Знамени — в 1958 году заменили медалью «За безупречную службу 1-й степени». Так и проходил знаменитый сыщик всю жизнь с одним орденом Красной Звезды. Как и »списанный» с него герой картины «Ликвидация» Давид Гоцман...

С этими словами мой собеседник подходит к одному из музейных стендов:
— Вот личные вещи Давида Курлянда. Это его табельное оружие — браунинг калибра 7,62 мм, в те годы — так называемый пистолет оперативника. Мощный, безотказный, он свободно помещался и в заднем кармане брюк, и за голенищем сапога. Это было очень удобно, в отличие от висевшей сбоку кобуры, которая не только мешала, но и выдавала работника милиции. А вот орден Красной Звезды...

«ДАВИДА МИХАЙЛОВИЧА УВАЖАЛИ И БОЯЛИСЬ ДАЖЕ БАНДИТЫ: САМА ФАМИЛИЯ КУРЛЯНД ПРИВОДИЛА ИХ В УЖАС»

— По воспоминаниям деда, послевоенный период был невероятно сложным, — рассказывает внук знаменитого оперативника Владимир Курлянд. — Чтобы люди могли спокойно жить и работать, без опаски ходить по улицам, сотрудники уголовного розыска трудились день и ночь. Дед был главным спецом по работе с агентурой. Знаю, ее было немало. Правда, профессиональными секретами дед дома практически не делился...

— Отца уважали и боялись даже бандиты: сама фамилия Курлянд приводила их в ужас, — рассказывал его сын Анатолий Давидович. — Помню, когда я женился на москвичке, она взяла мою фамилию. После этого год не могла устроиться в Одессе на работу: ее боялись. Руководство каждого предприятия переживало, а вдруг она станет что-то выяснять, выведывать, ведь ее свекор настоящий сыщик. Еле нашли супруге работу... Что ж до киношного образа замначальника уголовного розыска Одессы, то его серьезно исказили. Владимир Машков только внешне смахивает на отца, но отец был добрее... Жаль, что во время съемок со мной не советовались...

— Давид Курлянд был двоюродным братом моего прадеда Ефима Самойловича, — поведала «ФАКТАМ» 37-летняя правнучка сыщика Екатерина Курлянд, депутат Одесского горсовета. — О легендарном родственнике я узнала, когда занималась на юридическом факультете. Как-то сдавала зачет у очень пожилого преподавателя, и тот, увидев в зачетке мою фамилию, спросил, не родственница ли я »того самого Курлянда». Я призналась, что это так, но знаю о прадеде очень мало. Он удивился и, поставив мне зачет «автоматом», сказал: «Из уважения к такому человеку...» После этого я начала расспрашивать своих отца и бабушку о Давиде Михайловиче. По их рассказам, он пользовался огромным авторитетом не только среди коллег, но и среди бандитов. Имелось у него и немало врагов, поскольку он был очень честным и принципиальным человеком. Когда умер, не осталось не то что капитала, а даже просто сбережений. Да и похоронили его без почестей, которые он вполне заслужил (супруги Курлянд покоятся на Троицком кладбище, что на Овидиопольской дороге, за городской чертой Одессы. — Авт.).

Теперь бронзовый памятник, встречающий одесситов и гостей города на улице Еврейской, 12, воздает заслуженные почести и Давиду Курлянду, и многим его коллегам.

— Человек в милицейской форме тех далеких лет спускается по ступенькам на специально воссозданную брусчатку одесской улицы. Он как бы выходит из того времени в наше, — пояснил «ФАКТАМ» идею скульптурной композиции ее автор скульптор Александр Токарев. — В кобуре — пистолет, на боку — планшетка, на груди — знак за ранение и орденская колодка. Но ведь это одесский милиционер, который был и в душе остается моряком. Потому воротничок его милицейской гимнастерки расстегнут и из-под него видна тельняшка. А еще он обычный одесский мальчишка, мечтой которого в те времена были голуби — отсюда и бронзовые изваяния этих птиц...
4268

Комментировать: